Его истинная любовь
Astra Maore
Его истинная любовь
Глава 1. Комната в башне
ИЛОНА
План влезть к королевскому наместнику в башню и поквитаться с ним родился у меня спонтанно. Это по его вине мы с братом сироты. Это он обложил наш народ непомерными налогами. А еще именно из-за него я каждый день рискую всем. Сначала мы с братом брались за любую работу. Выживали, как могли. А потом мой брат примкнул к банде, ну и я с ним. Куда мне еще было деваться.
А тут совсем не безопасно. Хотя из-за моего брата парни и делают вид, что я тоже их сестра, я как-то в это не особо верю. На заморыша я не слишком похожа, формами не обижена.
В банде мой план одобрили – им если что и терять, то только меня. Самое пустяковое, угу. Брат обозвал меня чокнутой и сказал, что меня ждет верная смерть. Но я стояла на своем и в конце концов убедила его.
– Охрану на стене Кривой Тео и Римус возьмут на себя. Маркус подсадит. Уверена, что не завалишь дело? Серьезно уверена, малявка? На вот, выпей для храбрости, – брат протягивает мне фляжку обжигающей дряни.
Я вижу, что он пытается быть стойким и ни в коем случае не хочет прощаться, но… Стискиваю его в объятии сама.
– Уверена. Еще увидимся, Бэзил.
Забираю у брата фляжку. Храбрость мне позарез нужна.
* * *
Альрик Аррингтон, чтоб ему икалось, спит в высокой башне с окном-бойницей. Я влезу туда и воткну нож ему в нужное место, пока он спит. Подло? Не думаю. Я девчонка, в открытом бою мне с ним не сладить. Да и драться я не училась, только еду готовить. А он воин.
Кривой Тео и Римус свое дело знают: путь за стену пробили. Постарались аккуратно. На дворе ночь, если Альрик проснется, то выставит новую охрану. Но уже будет настороже.
Надеюсь, он там вообще спит. Не трактаты же в темноте читает, умник. Еще хуже, если он с женщиной. Просчитать это снаружи нереально. Ну, тогда они вряд ли меня заметят, а я как-нибудь обратно вниз уползу. Если он там не один, осуществить план всяко будет нереально.
Мы с Маркусом, который должен меня подсадить, спускаемся по веревкам во внутренний двор Альрикова логова. Я надела удобные штаны и рубаху, а волосы спрятала под шапку, чтоб не мешались.
В другой раз я бы вздрагивала от каждого шороха. Но сейчас у меня в крови кипит решимость. Зачем мне мешковатая рубаха? Не потому что так лазать удобнее. Просто если Альрик проснется и обнаружит, что перед ним девушка с хорошей такой фигурой, которую рубаха временно скроет, он хотя бы на крохотный миг да растеряется. А я этим воспользуюсь.
Точно тени, мы с Маркусом пересекаем двор и вот уже стоим у подножия высоченной и страшной в темноте башни. Снизу идут гладкие плиты, а выше неровные булыжники вперемешку с кирпичами, вот по ним-то я и собираюсь ползти. По уму бы забросить в окно крюк с веревкой, но подозрительное звяканье крюка может разбудить мерзавца Альрика.
Меня слегка потряхивает. Шанс кулем рухнуть со стены нешуточный такой. Встаю Маркусу на плечи, подтягиваюсь…
Башню построили хоть и неказистой, но на совесть. Камни держатся крепко, не вываливаются, когда я цепляюсь за них мертвой хваткой. День мы, разумеется, выбрали сухой, не дождливый. Моя обувь не скользит. Но темно, и сердце сжимается от страха. А дыхание с непривычки сбивается. Мамочка, знала бы ты, чем я тут занята…
Маркус стоит внизу, с такой высоты он меня еще поймает. Не разобьюсь. Но как начнется пересменка, невезучих охранников обнаружат и поднимут дикий шум.
Надо мне быстрее ползти. Быстро все провернуть и обратно. Выровнять дыхание и ставить ноги аккуратнее… Еще аккуратнее… Я подтягиваюсь на руках и лезу все выше. Снова и снова рискую зависнуть над пропастью на вытянутых руках. Теперь свалюсь – Маркус не поймает.
Бойница приближается. Если все пройдет удачно, я высуну в окно какую-нибудь Альрикову простыню. Маркус забросит крюк, и я относительно комфортно спущусь по веревке. Не как сейчас я вся липкая от пота. При мысли о предстоящем стискиваю зубы. Я сворачивала головы птице, умею приготовить любое животное… Но воткнуть нож в живого человека… Я не убийца, я просто рисковая и дурная.
А все равно отступать поздно и некуда. Наверное, меня ведет какая-то странная одержимость. Благодарю ее за храбрость и подтягиваюсь к окну. Бойница у гада не простая, а со створкой. Остекленная.
И мне везет: створка все еще открыта. Любит свежий воздух гад. А звуков никаких изнутри не слышно. То ли женщины там нет, то ли утомились бедняги и спят. Маркус собирается ждать меня четверть часа. В случае успеха вполне достаточно. Тихо-тихо заглядываю внутрь.
Свечи не горят, но фонари замка высвечивают не только меня на стене, но и внутреннее убранство комнаты, больше похожей на келью. Главное, что людей внутри нет, кроме неподвижной фигуры под тонким одеялом, вытянувшейся в мужской рост. Молиться об удаче уже поздно. Вот она удача. Теперь только действовать.
Стараясь не смотреть под ноги в опасную темноту, я толкаю створку окна, чтобы она пошире распахнулась. Иначе я не пролезу.
Что?! Скрип?! О нет…
Прислушиваюсь, еле дыша – это не окно скрипнуло. Это Альрик кровать продавил. А я уже чуть не описалась от ужаса.
Снова аккуратно подталкиваю створку, подтягиваюсь и… приземляюсь внутри комнатушки. Я долго и упорно тренировалась влезать во всякие щели, когда жизнь заставила. Нож спрятан за голенищем сапога. Теперь только подкрасться к спящему наместнику и…
Делать. Не думать. Делать.
Видимо, градус пойла в моей крови совсем упал. Сердце бьется бешено и часто. Я и дышу тяжело, прямо, как собака. Этак разбужу гада. Крадучись, подхожу ближе и невольно замираю.
Мерзавец, оказывается, слишком красив. Вот не было у меня возможности и печали его разглядывать, он всегда стрелой мимо простого народа носится. Но это он, точно он. Нечеловечески прекрасный и беспредельно жестокий.
Темно-каштановые густые вьющиеся волосы по плечи, изящная лепка скул, чувственные губы, нижняя чуть полнее верхней. Широкие плечи, узкая талия и мускулы воина. Не ленится тренироваться, гад, хотя мог бы днями кататься на мешках отобранного у народа золота и объедаться награбленной едой! А ресницы какие отрастил! Длинные, мохнатые, получше моих.
Внезапная зависть снова придает мне силы. Надо срочно примериться, вонзить нож, провернуть его и бежать, а то чего похуже Альрик вонзит в меня. Я вроде не шумлю, но он же воин. Проснется сейчас от любого шороха. Я и так кучу времени потеряла, любуясь этим гадом.
До его кровати всего шаг. Шажок. Дурацкая шапка лезет мне на глаза. Угу, очень вовремя. Нож зажимаю в руке, отчетливо вижу сильную шею Альрика. Куда бить, знаю. Научили. Другой рукой придерживаю рубаху. Ну, чтоб задрать ее и выиграть спасительные мгновения. Приближаюсь вплотную к кровати, замахиваюсь…
Альрик внезапно открывает глаза, а я задыхаюсь от ужаса: в темноте они натурально светятся, как у кота. Жутким желтым светом.
Моя рука бессильно замирает, я вся замираю, в ужасе глядя на монстра. А он молниеносным движением садится и выворачивает мою руку с ножом, роняя меня куда-то даже не на себя, а прямо в свою постель.
Нож выпадает из моей ладони, матрас бьет меня в лицо, какая-то тряпка попадает мне в рот, затыкая его, будто кляп. И тотчас раздается противный треск ткани.
Я ничего не чувствую, словно заледенела. Вот он и конец моей девичьей чести пришел. Но это вроде не мои штаны треснули. Альрик вроде свое собственное одеяло порвал. Запястья сковывает болью – гад выкручивает мне руки и ловко связывает их тканевым жгутом. Вот и все. Я совсем беззащитна. Попалась дурная дура.
От ужаса меня почти мутит. И почему никто, ни одна живая душа не сказала мне, что поганый Альрик в самом деле монстр?! Его давно пора казнить за колдовство! И как молнией прошибает озарение: живая душа. Всех, кто узнал его тайну, Альрик уже забрал в пекло, откуда сам и вылез! И я тоже вот-вот окажусь там за покушение на него.