Таннер (ЛП)

- Ты не ошибаешься, - говорю я. - Однажды я прочитал запись в блоге, где автор назвал Скагуэй “красивым, но непостижимым”. Мне понравилось это определение. В этом был смысл, понимаешь? Потому что здесь все причудливо.
- Да, чертовски причудливо.
- Тебе же здесь нравится? - спрашиваю я ее, с удивлением осознавая, что ее мнение имеет для меня значение. Если ей здесь не понравится, это причинит мне боль, потому что это мой дом, и я его люблю.
  
- Начинает нравиться, - говорит она, вырывая свою руку из моей и направляясь к полке, заполненной шампунями, кондиционерами и другими женскими туалетными принадлежностями.
На самом деле, думаю я, сжимая руку в кулак от потери и глядя, как она уходит, ты мне тоже начинаешь нравиться.
***
МакКенна
- Кен! О, боже мой! Расскажи мне все! - визжит Изабелла.
Я морщусь от боли, ощупывая телефон, чтобы уменьшить громкость в динамиках.
- Изи, из-за тебя я оглохну!
- Я так рада тебя слышать! Как там? Как он? Какая у тебя работа? Тебе нравится Скагуэй? Или ты его ненавидишь? Рассказывай!
- Ладно. Во-первых, я живу в Дайе, это недалеко от Скагуэйя. У меня потрясающий коттедж, он в моем полном распоряжении и безумно мне нравится. Я была в Скагуэйе всего дважды — один раз, когда прилетела, и один раз сегодня, — и пока меня там все устраивает. Мой босс эксцентричный, но, кажется, неплохой человек. Вот что. Мне придется надевать на работу длинную юбку и блузку в крестьянском стиле и изображать из себя героиню 1890-х годов.
- Я думала, ты работаешь барменшей.
- Так и есть.
- В театре?
- Нет. Это исторический бар.
Я ложусь на массивную кровать Таннера и смотрю на сосны сквозь потолочное окно над головой.
- Ладно. Это немного странно, Кен.
- Да, - признаю я. - Немного. Но чем лучше ты перевоплощаешься, тем больше, судя по всему, чаевых получаешь.
- Хорошо, что ты посещала театральные курсы в колледже.
- Наверное. Предполагается, что я буду прачкой тире барменшей или кем-то в этом роде. Не знаю.
- Ты разберешься с этим, - заверяет она. - А как тот парень? Я умираю от любопытства!
Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, вспоминая последние пару дней. Это была информационная и сенсорная перегрузка.
- Честно? Я, наверное, немного ошеломлена.
- Ох. Правда?
- Да. Я имею в виду, он красивый, понимаешь? Более шести футов ростом, блондин, мускулистый и...
- Да, пожалуйста, девочка!
Я закатываю глаза.
- Не закатывай на меня глаза, МакКенна Диана Кэбот!
Она слишком хорошо меня знает.
- Расскажи мне больше, - требует она.
- Но, Изи... он не из тех, кого я обычно ищу, заходя в бар или выбирая из числа претендентов.
- И все же...
- Не знаю, - говорю я, думая о сегодняшнем утре. Я не возражала, чтобы он прикасался ко мне. Это точно. - Есть что-то непривычное в том, чтобы играть на публику, понимаешь? Ты как будто вживаешься в роль. Предполагается, что я его невеста, и когда мы гуляем по городу, держась за руки, или он представляет меня кому-то, обнимая меня за талию, это... сбивает с толку.
- Потому что он тебе нравится.
- Изи! Будь реалистом! Я едва его знаю.
- Но он горяч.
- Да, он похож на гигантского, крупного, устрашающего бога викингов. Думаю, он симпатичный.
- Бог викингов? - восклицает она. - Боже мой, Кен! Как думаешь, ты нравишься ему?
На самом деле ты не в моем вкусе.
Ты тоже не в моем. 
- Нет, - вздыхаю я, вспоминая его утренние слова. - Я так не думаю.
- И все же...
- Пожалуйста, прекращай со своими “и все же”, Изи.
- Ты такая нерешительная, а ты редко бываешь нерешительной. Это наводит на определенные мысли.
- Как я уже сказала, вся эта ситуация сбивает с толку. Сегодня утром, когда мы были в городе, мы держались за руки, вернее, он обнимал меня и представлял как свою невесту, а я называла его “малышом”, и...
- Ты называла его “малышом”? Это сексуально.
- Это не сексуально, - настаиваю я. - Люди называют так друг друга, когда встречаются. Вот и все.
- Ну, если ты так говоришь.
- Именно, - вздыхаю я. - Но сейчас я вернулась в свой коттедж, лежу на кровати и совсем не чувствую растерянности. Он нанял меня для выполнения работы. Он оплачивает мне проезд, проживание и питание. Я делаю эту работу, чтобы заработать деньги для Мими. Вот и все, и здесь определенно нет места романтическим отношениям, которые могут все испортить.
Я чувствую, как Изабелла закатывает глаза в ответ на мои слова.
- Перестань закатывать глаза, Изабелла Мария Гонсалес.
- У тебя плохое настроение, - обижается она.
- Нет.
-Тебе нужен мужчина.
- Нет.
-Сколько времени прошло? - спрашивает она, прекрасно зная, что у меня не было парня с тех пор, как я жила в Монтане. После возвращения в Сиэтл и устройства Мими в специализированное учреждение, у меня не было времени на какие-либо внеурочные забавы.
- К чему ты клонишь?
- Даже не знаю, - нараспев произносит она.
- Может прекратишь?
- Прошло уже несколько месяцев, верно? Как долго ты намерена продержаться, Кен? - спрашивает она. - Без секса?
- Столько, сколько потребуется, - огрызаюсь я. - Мы можем поговорить о чем-нибудь другом, пожалуйста?
- Хорошо.
Мы говорим о ее маме, папе, братьях и сестрах, а также о том факте, что центр по уходу за людьми с потерей памяти, где находится Мими, пока не связывался с ней, а значит, проблем не возникало. Она рассказывает мне о своих последних занятиях в школе — она преподает во втором классе частной школы — и о том, как сильно она ждет летних каникул. Ее голос звучит беззаботно, и это немного цепляет, потому что, в отличие от нее, я чувствую, что на моих плечах лежит огромная ответственность. Она берет с меня обещание, что я позвоню ей через несколько дней и сообщу что-нибудь новенькое, и просит вести себя прилично.
Мы уже собираемся повесить трубки, когда она говорит:
- Эй, Кен!
- Что?
- Летние романы - это весело.
- Тебе лучше знать.
- Дай ему шанс!
- Он не в моем вкусе, а я не в его.
- Вкусы-шмувсы, - говорит она. - Ты влюбляешься не по вкусу. Ты влюбляешься в человека.
- Ему не нужен шанс. Он не в моем вкусе, и он не мой человек, - объясняю я ей. - Мы просто помогаем друг другу.
- Хорошо, - тихо произносит она. - Я не буду вмешиваться.
- Я люблю тебя, Из , - говорю я ей.
- Я тоже тебя люблю, бука, - отвечает она и вешает трубку.
Я опускаю руку с телефоном, смотрю на сосновые ветви над головой и ярко-голубое небо за ними. Я думаю об Изабелле, которая собирается провести все лето, катаясь на лодке, отдыхая на пляже и развлекаясь. Сегодня прекрасный день, а у меня осталось всего двое суток до начала работы на полную ставку, так что я должна по максимуму использовать свое свободное время в эти выходные.
Вчера, когда я только приехала, Таннер упоминал о джакузи и реке позади своего домика. Интересно, что представляет из себя эта река? Вода, наверное, ледяная, но сегодня тепло и солнечно. Держу пари, будет здорово.
Я роюсь в ящике комода в поисках шорт для бега и майки, подбирая в пару к ним толстые носки и походные ботинки. Как только доберусь до места, сниму носки и ботинки и перейду реку вброд. Схватив полотенце и телефон, я выхожу через парадную дверь, спускаюсь по ступенькам крыльца и обхожу домик.
На заднем дворе находится джакузи, о котором упоминал Таннер, и грубо отесанный деревянный знак, указывающий на дорожку из щепок с надписью: “К реке”. Я иду под пологом из нависающих веток, сквозь которые пробиваются солнечные лучи, и с каждым моим шагом звук журчащей воды становится все ближе и ближе. Над головой щебечут птицы, а в кронах деревьев шелестит легкий ветерок. Это божественно, думаю я, глубоко вдыхая прохладный, чистый воздух. Я определенно могла бы к этому привыкнуть.