Чуть больше мира (СИ)
— Да, говорю же, по-настоящему думал, а не чтоб тебя умаслить. Поэтому клянусь, когда станешь моей женой, я не допущу, чтобы тебе приходилось заниматься мужскими делами. Обещаю: огражу от всех бед и невзгод. Стану стеной, за которой…
— Так, стоп, — Кайран выставила руку вперёд, как будто отгораживаясь от элва. И борясь с горячим желанием этой же рукой себя по лбу шлёпнуть. — Общую мысль поняла, дальше можешь не развивать. А цену твоим обещаниям я семь лет назад узнала. Давай на этом и закончим.
— Нет, я только начал! — рыкнул Натери, решившись, видимо, перейти к активным действиям.
Аэр сграбастал Лан, явно собираясь её поцеловать.
— Да-а, память у тебя и вправду короткая, — удивилась элва, поудобнее перехватывая стилет, упёртый рыжему в пах. — Говорила же, спроси сначала разрешения, прежде чем ко мне прикасаться.
Кайран махнула рукой, останавливая и Редгейва, и Нагдара, бегущего от башни.
— Всё в порядке, — крикнула им Лан. И добавила уже тише. — Ведь, правда, всё в порядке, Райл? И послушай совета: поезжай в форт прямо сейчас. Присмотри за приготовлениями к встрече отца, ладно?
Натери молча разжал руки и отступил, глядя на аэру исподлобья. Зыркнул на её брата, охранника. Развернулся и начал спускаться, ни слова не говоря.
* * *
Лан обеими руками опёрлась о стену, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось, будто собираясь в груди дыру пробить. Страх никак не хотел отпускать, сковывал позвоночник льдом. Казалось, что он даже похрустывает при малейшем движении. Рыжий таки сумел напугать её до колик. Ведь в любой момент мог сделать всё, что угодно — элва бы и пискнуть не успела!
Только вот всем знать это необязательно. Спасибо брату. Встал так, чтобы загородить, дать возможность дух перевести. А холодный ветер хлестал пощёчинами, прогоняя панику.
— Всё должно быть иначе, — Нагдар снял треуголку, зачем-то растрепал примятую шевелюру и натянул шляпу обратно. — Я вот вспоминаю тебя… Да и себя тоже… В общем, всё должно быть иначе!
— Золотые леса, залитые солнцем. Деревья до неба, детский смех, да? — усмехнулась Лан. Повернулась к стене спиной, облокотившись на ступенчатый край зубца. — А как иначе? Точнее, ты себе и можешь выбрать другую жизнь. Даже сейчас. Но не я. Тут и мечтать не о чем.
— Да нет же! Выдай отец тебя замуж…
— За кого? — поморщилась Кайран. — Собственно, это не имеет никакого значения. Даже одари меня духи любящим и заботливым мужем, тёплым очагом, достатком… Что там ещё входит в список стандартных желаний? Так вот, будь у меня это всё, кончила бы я как наша мачеха.
Нагдар посмурнел.
Нежная Налин, вторая супруга их отца, прошлой весной отправилась в Серебряные Леса, пытаясь произвести на свет девятого ребёнка Ланара. Роды начались на три месяца раньше, чем положено. Да и то все вокруг удивлялись, как элва смогла доносить до такого срока.
Впрочем, не меньше поражались и неразборчивости самого главы Говорящих с Водой. Глаза он, что ли, завязывал, забираясь в супружескую постель? Кому охота спать со старухой? А тридцативосьмилетняя аэра выглядела как настоящая ведьма, да ещё и болела постоянно. То спину у неё скручивало, то кровить не в ту пору начинала, то животом маялась. Видать, опять Ланар упился до беспамятства, да и спутал родную супружницу с хорошенькой служанкой.
— Ну, она неплохо жила, — протянул, наконец, лейтенант.
Впрочем, вышло у него не слишком уверено.
— Неплохо? — усмехнулась Лан. — Знаешь, какие наставления от неё я перед свадьбой получила? Дословно, конечно, не помню, но что-то вроде: «Потерпи, деточка, это ненадолго. Как только ребёнка понесёшь, так муж тебя в покое оставит. А потом и после родов несколько месяцев в твою спальню не заглянет». Счастливая семейная жизнь! Именно такой её себе и представляю.
— Ну, наш отец не образец элва, конечно…
— Да при чём тут отец? — Кайран раздражённо заправила под капюшон выбившиеся волосы. — Я же говорю, каким бы муж ни был, конец всё равно один и тот же. Нет, Нагдар, просто этот мир создан для мужчин. В буквальном смысле. Я порой думаю, что духи женщин откуда-то из другой Вселенной переправили. Чтобы местные не скучали. А, может, мы тут с самого начала водились. Вроде лошадей, коз или там собак. Только не так что-то пошло. При таком раскладе разумом баба от кошки не должна отличаться. Кстати, то, что мужики отказывают нашей сестре в наличие мозгов, подтверждает мою теорию. Опыт предков в них говорит.
— В смысле, мы помним те времена, когда женщины были чем-то вроде собак и лошадей? — усмехнулся Ланар, — а вы действительно обладали куриными мозгами?
— Точно, — совершенно серьёзно кивнула Лан. — Зря смеёшься. Посуди сам. Какое главное предназначение любой элвы? Абсолютно любой — хоть ты крестьянка, хоть благородная аэра. Рожать потомство и удовлетворять мужские нужды. Всё! Остальное вторично. А наши законы? Я сейчас не о Правде говорю и не о кодексе Арана, а просто о правилах мироздания. Они же заточены под мужчин!
— Ты передёргиваешь, сестрица, — мотнул головой Нагдар. — Это просто закон сильного. Как с твоими солдатами. Сама говорила: не станет солдат, не будет никого — ни крестьян, ни служанок. Мужчину духи недаром силой наделили. Он защитник.
— Нет, всё гораздо сложнее. Или проще? Не знаю. Но точно тебе говорю, этот мир создан для вас.
— Ну приведи хоть один пример! Только без предназначений и долгов. Вот просто так, про жизнь, сможешь?
Лейтенант лукаво усмехнулся, наклонив голову к плечу, мол: рассуждать-то все горазды.
— Да легко! — элва вернула ему улыбку. — Вот скажи, как зовут мужчину, покрывающего разом десяток баб? В худшем случае кобелём. Ну а обычно просто завидуют его мужественности. А замужнюю женщину, которую угораздило влюбиться не в супруга? Даже просто влюбиться, а не в постель чужую прыгнуть? Правильно, шлюха. Ещё примеры? Изволь. Как относятся к мужчине, который знать не хочет своих детей?
— Неудачный пример, — ухмыльнулся лейтенант. — Таких тоже осуждают.
— Ладно, поправимся, — кивнула Лан. — Он честный отец, своё имя отпрыскам дал, даже их содержит. Но на этом его родительский долг и ограничивается. Ну? Да никак его не называют. Нормальное положение вещей. Ещё даже и молодец, не бросил же. А попади женщина в точно такую же ситуацию?
— Ну, она же мать. Не может мать бросить своих детей…
— Да почему?! Её же даже не спрашивают, хочет ли она рожать и от кого! И не всякого ребёнка любить получается. Особенно когда он подрастёт.
— Но у вас же инстинкты…
— Вот! Я про то же и говорю. У нас инстинкты, — снова кивнула аэра, — а у вас способность мыслить. Из этого я ещё кучу примеров могу вывести. Допустим, напомнить о том, как относятся к женщинам, берущимся торговать или руководить чем-то.
— Так ведь, как правило, у них ничего хорошего и не получается, согласись!
— Да ты что?
Кайран усмехнулась, глядя на брата.
— Ну, я не тебя имел в виду. И не Её Величество, — смутился Нагдар. — Вы исключение из правил. Но это не меняет сами правила.
— И я не себя имела в виду, — усмешка Лан стала ещё шире. — Рассказать тебе о вдове, оставшейся с тремя детьми и всё своё потомство умудрившейся на ноги поставить? Или о жене мельника, которая мельницей управляет, пока её супруг глаза сидром заливает? Или о Серсе-Птичке. Помнишь, тебе очень нравилось, как она на майский день пела? Так вот Птичка на себе всё хозяйство тянет, двоих детей и мужа, у которого то голова болит, то нога, то живот. А выздоравливает он исключительно лёжа на полатях. Кстати, вот тебе и ещё одно доказательство. Если мужик семью кормит и содержит, то это никого не удивляет. Может, кто-то его ещё и похвалит. Но если женщина то же самое делает — её все жалеют. Как же! Тяжело без мужика! Ну а если это ещё и нравится, то она точно умом тронутая.
— Ну хорошо, ты меня убедила, — Нагдар поднял руки вверх, сдаваясь. — Этот мир создан для нас. Вывод из этого какой?