Обратная сторона Луны (СИ)

Своим же волкам Тим запретил пользоваться всем, кроме упомянутого мессенджера, всё ещё свежи были воспоминания о том, как легко Тимуру было найти на них информацию и взломать аккаунты социальных сетей. Никто не переписывался ВКонтакте и не постил фоточки в Инстаграмм, как будто вымерли. И всё же ощущение, что за ними следят, не отпускало никого из них.
Новогодние праздники, кстати, сыграли в итоге на руку. Подготовиться к встрече с прокурорской стаей было невозможно, потому что мотивы пока были не ясны, а вот избежать мордобоя или кровопролития – пожалуйста. Днем Тимовы ребятки работали на своих участках, а ночью тусовались в битком набитом из-за каникул клубе. Даже говорить там было бы затруднительно, не то что волчьи разборки устраивать.
  
К концу праздничных дней Тим уже был настолько вымотан ожиданием, что когда телефон наконец показал “Неизвестного абонента”, сил на удивление не осталось. Тим лишь мог в очередной раз прокрутить в голове речь о своей – мирной во всех отношениях – позиции.
– Здравствуй, Тимофей, – сказали в трубке, снова не дожидаясь Тимового “алло”.
Голос был другой, не тот, с кем он до этого разговаривал, более взрослый, спокойный. От одного только “Здравствуй” веяло если не дружелюбием, то хотя бы нейтралитетом, ну и ноткой высокомерия, естественно.
– Здравствуйте, – ответил Тим, поняв, что от него всё же ожидают хоть какого-то вербального ответа, помимо сопения.
– Меня зовут Макар Фёдорович, я являюсь членом Всероссийской комиссии оборотней по Северному округу, – представился альфа, а потом ухмыльнулся: – хотя тебе ни о чём это не говорит, по большому счёту, так что я скажу тебе, что я отец отравленного мальчика. И я хочу с тобой встретиться.
– На каких условиях? – вырвался вопрос у Тима до того, как он успел удержать за зубами язык.
– Вопрос понятен, – спокойно тем не менее ответил Макар Фёдорович, – мой старший сын – вы с ним успели пообщаться – вёл себя бестактно, наговорил лишнего на эмоциях, едва ли не угрожал – это было крайне некорректно. Поэтому сейчас ты разговариваешь именно со мной. Поверь, я хочу лишь поговорить, узнать подробности осенней истории из первых уст, принять решение о заведении или незаведении комиссионного дела. Я ведь всё понимаю, люди умирают каждый день, и ты не можешь уследить за каждым, однако, пойми, оборотень – это совсем другая история.
Тим понимал. Тим слушал этот голос в телефонной трубке – низкий, плавный, рассудительный, и не мог поверить, что этот альфа меньше пары недель назад потерял собственного ребёнка. Захотелось с ним встретиться, чтобы посмотреть в его глаза, увидеть там ту самую человечность, которая сквозила в каждом услышанном слове. Наверное, он слишком долго молчал в трубку, не в силах остановить поток собственных мыслей, из-за которого сформировать ответ не получилось, поэтому Макар Фёдорович снова подал голос:
– Ну так, об условиях. Понимаю твои тревоги, поэтому даю тебе полный карт-бланш. Хочешь, встретимся в присутствии твоих отца и старшего брата, а хочешь – приводи стаю. Людное место или какой-нибудь закрытый клуб, чтобы не было лишних ушей – всё на твой выбор. Только, – он замялся и с некоей долей смущения пояснил, – у меня мало времени, сам понимаешь, статус обязывает всегда быть на службе.
– Но у вас же траур?.. – зацепился за наименее сейчас важное Тим.
В трубке горько ухмыльнулись:
– Ты хороший мальчик, Тимофей, и мне жаль, что ты оказался впутан в эту грязную историю, поэтому давай поскорее её закончим?
– Хорошо, – сомнений у Тима не осталось, да и место на ум пришло только одно, – приходите ко мне завтра в клуб. В шесть часов, – уточнил он и добавил: – Я буду со стаей.
– Договорились, Тимофей, – подтвердил их встречу Макар Фёдорович и предупредил: – Я тоже приду не один.
Конечно, у стаи были свои сомнения насчёт встречи. Большинство если и не говорили, то точно считали, что это подстава или ловушка, однако продинамить прокурора не решился никто.
– Как я уже говорил, – заметил Тим, – это моя и только моя история, если кто-то хочет отсидеться в сторонке – пожалуйста, – после чего ощутил ещё большее сплочение, подогретое волчьими амбициями.
Манипулировал, несомненно, но ведь когда-то же надо было узнать, чего стоит его стая. Одно дело тренировки и мотивирующие речи, а другое дело – жизнь. Да, ему было жаль, что их первая реальная проблема исходила со стороны таких влиятельных людей, однако ж выбора Тиму никто в этом вопросе не дал.
– Тима, а мы тоже уже говорили – мы с тобой, – ответил за всех Юрочка, – если ты и правда думаешь, что прокурор был настроен, – он невольно сделал паузу и задумчиво поджал губы, – дружелюбно, то нам не о чем переживать, – оглядел он всех.
– Просто у этих волков определённая репутация, – поднял бровь Малик.
– Пора и нам обзавестись своей, не думаешь? – впервые не согласился с ним Аслан. – Лично я не в игры сюда приехал играть, а обеспечивать защиту своей территории. Меня растили как настоящего бойца, и тебя, кстати, тоже. Нам вообще не надо было дожидаться их разрешения, чтобы отстоять свои позиции… – понесло его.
– Добро пожаловать в цивилизацию, – кисло улыбнулся ему Тим, останавливая, – здесь принято решать конфликты путём мирных переговоров. Повторяю ещё раз, – обвёл он всех цепким взглядом, – мы не будем ссориться с прокуратурой. Я отвечу на их вопросы, мы посмотрим друг на друга с милыми улыбочками на лице и разойдёмся. Как в мультике: “Улыбаемся и машем”, всем ясно?
Со всех сторон послышалось не слишком воодушевлённое: “Ясно”, Юрочка даже подзатыльник схлопотал за закатанные глаза. Единственный, от кого веяло оптимистичным дружелюбием и интересом, был Тами, но он мудро молчал в тряпочку, потому что знал, что Тим не выгнал его с переговоров лишь потому, что тот пока не дал веского повода.
Хотелось увидеть Тимура. Нет, о том, чтобы брать его с собой, и речи не шло, но на Тима накатывала тревога из-за того, что омега был не под его чутким надзором. Хотя в нём могла говорить тоска по паре, ведь всё рациональное подсказывало, что чем дальше он от всех этих волчьих разборок, тем лучше. Тим всё же отзвонился, убедился в том, что Бэмби дома, даже геопозицию его проверил.
Юрочка едва ли не впервые занялся настоящим омежьим делом – накрыл на стол. Есть, ясное дело, никто не собирался, поэтому Юрочка ограничился небольшой кофе-чайной станцией с крохотными сухими печеньками.
– Надо показать своё гостеприимство, – ответил он на немой вопрос в Серёгиных глазах. Тот глаза выпучил, но промолчал.
Тим же наблюдал в окно, как без пяти минут шесть к двери клуба подъезжает уже знакомый гелик, а за ним второй. Тим насчитал восьмерых. Впрочем, паниковать было рано – двое, по указке самого взрослого, седовласого альфы, остались на улице перманентно курить, явно не собираясь заходить внутрь с остальными шестью. Тим метнулся вниз.
Знакомство получилось смазанным и совсем не запомнилось. Только когда они оказались в теперь уже не такой просторной переговорке под ярким голубоватым светом офисного помещения, можно было хорошенько разглядеть новых знакомых. От напряжения в атмосфере можно было прикуривать, однако разили этим самым напряжением именно Тимовы парни. Стая прокурора была на первый взгляд спокойна.
Вообще, впечатление они производили неизгладимое. Мало того, что все родственники – это было заметно в чертах лиц, запахах, так они ещё и сами старались выглядеть похоже. Все пришли в одинакового цвета пальто, хоть и с небольшими различиями в фасонах. На всех один и тот же наряд: белая сорочка и чёрный костюм. Тим заметил краем глаза, что те, кто помоложе, опять-таки старались выделить собственный стиль при помощи кроя помодней, но в целом было видно, что все шестеро вместе. Тим даже немного позавидовал, глядя на свою разношёрстную стаю. Разумеется, тем самым седовласым альфой оказался Макар Фёдорович. Он сел за широкий стол, едва Тим успел на него указать. Трое альф сели около него, один остался стоять, ещё один отошёл к окну и развернулся спиной ко всем, окинув, перед тем как отвернуться, Тима оценивающим взглядом. Он не поворачивался обратно во время всего разговора, и лишь изредка сжимал кулаки, очевидно, вслушиваясь в беседу больше, чем хотел показать.