Обратная сторона Луны (СИ)

– А ёлка тоже настоящая была? – погладил его по волосам Тим.
– Ага, – кивнул Тимур, – отец в ближайшем лесу сам рубил. Тогда можно было. Они, бесспорно, не идеальные получались, – махнул он рукой на ту, что стояла в гостиной, – но пахли так же вкусно.
– Хочешь, я тебе тоже из леса принесу? – предложил Тим.
Тимур ухмыльнулся на это и помотал головой:
– Тима, мне не пять лет. Кривобокой и лысоватой ёлке я, пожалуй, предпочту идеальный конус, где иголочка к иголочке.
  
– Твоё право, – кивнул Тим и решился всё же спросить: – А потом всё изменилось?
– Ну, с дедом Новые года потеряли несколько свою ламповость, это точно, – ловко обошёл неприятную тему Тимур, и Тим понял, что на сегодня, наверное, хватит с Бэмби откровений.
Как бы он ни хотел во время оставшегося вечера сделать вид, что ничего особенного не произошло, стоило оказаться в постели, как Тим едва не вылизал Тимурово тело до гематом – держать себя в руках тупо не получалось, и даже мысль о том, что человек от волчьей пусть и нежности может не быть в восторге, не останавливала рвущиеся на волю желания. А хотелось всего лишь покрепче обнять, будто в себя спрятать, укутать от всего этого пережитого Тимуром дерьма и залюбить до полной амнезии. Впрочем, в конце концов Тимур так резво скакал на нём с совершенно маниакальным взглядом, что Тиму на секунду показалось, что лишить омегу разума он всё-таки смог.
Поэтому и утром хотелось проснуться от сонной возни под боком, а не от мелодии звонка. Тим вспомнил, как редко что-то шло по его плану, и мысленно чертыхнулся. Потом всё же дотянулся до телефона и глянул на экран – звонил Костя.
– Соскучился? – зевнул в трубку Тим. Шептать не было смысла, потому что Тимур тоже проснулся от трезвона и лениво протирал глаза.
– Может, лет через сто, – хмыкнул в трубку Костян, – у тебя там Тимур рядом?
Тимур, расслышавший своё имя, начал проявлять больше интереса к чужому разговору и одними губами спросил: “Кто?” – Тим молча отодвинул телефон от уха и показал надпись на экране. Тот нахмурился ещё больше, явно не понимая, зачем он понадобился Косте. И был, чёрт побери, в этом вопросе не один.
– А что? – напрягся Тим.
– Разговор есть, – не стал расшаркиваться Костя.
– Вы, по-моему, в прошлый раз уже поговорили, – не уступал Тим.
– А я не об этом с ним хочу поговорить, я про грибы хочу.
Тимур, судя по реакции, последнюю фразу хорошо расслышал, потому что даже на постели приподнялся и теперь гневно зыркал на Тима.
– Трепло! – шикнул на Тима он и пяткой для верности посыла ему двинул, но потом всё же протянул руку для трубки.
Тим нехотя отдал аппарат, в очередной раз поблагодарив богов за сверхъестественный слух.
– Алло, – ровным голосом сказал Тимур.
– Привет, Тимур, – поздоровался с ним Костя.
– Привет, – ответил тот.
– Слушай, ты только не обижайся на Тимошку, но он мне шепнул, что ты грибы особые выращиваешь, – тут же перешёл к делу Костя.
– Мы с Тимошкой… – начал было Тимур.
– Да-да, сами разберетесь, я помню, – усмехнулся в трубку брат.
– Сколько тебе нужно? – перестал ерепениться Тимур, услышав правильный ответ, даже плечи расслабленно опустил.
Вот тут Костя и поплыл:
– А сколько нам нужно? – мимо трубки спросил он у кого-то. В ответ послышалось суетливое: “Да дай ты мне самому с ним поговорить”. Костян поколебался, видно, да и передал трубку кому-то.
И Тим вскоре узнал голос на другом конце провода – Рома, Санина Пара, красавчик из Костиной ненаглядной деревни.
– Привет, я Ромка, это мне грибы понадобились, – затарахтел в трубку он, – я точно не знаю – у меня тут как бы чёткой инструкции нет, но чем больше, тем лучше, наверное.
– Со спущенными спорами или без? – попытался уточнить хоть какие-то детали не совсем понимающий, что происходит, Тимур и потёр лицо.
– Эм, не знаю, а в чём разница? – тут же поинтересовался Ромка.
– Ну, основной концентрат галлюциногена как раз в спорах, поэтому…
– А, не, нам не для этого, хотя… – задумался тот, – давай и тех, и тех, и если есть, то сушёных ещё.
– Сушёных нет, – оглянулся и состроил виновато-сконфуженную мордаху на Тима Тимур. Тим этой мордахе вообще не поверил, только глаза закатил – угораздило в грибника-наркомана втюхаться.
– Не страшно, – весело заверил в трубке Ромка, – сами засушим! Сколько с нас?
– Эм-м, – растерялся Тимур, – я их не продаю.
– Да? – растерялся в ответ Ромка.
– Ну, это хобби, типа. Так отсыплю, – объяснил замешательство Тимур.
– Вот спасибо! – обрадовался Рома и куда-то мимо трубки: – Ну и кто говорил, что он странный? Хороший парень! – а потом снова Тимуру: – Мы сегодня если заедем, нормально будет?
Тимур вопросительно глянул на Тима, мол, нормально будет? Тот лишь плечами пожал.
– Заезжайте, – выдал коллективный ответ он.
Ромка ещё раз отблагодарил и быстро попрощался, не дав возможности Тимуру расспросить его подробнее.
– Ох, грибочки мои грибочки, – вздохнул он, свесив ноги из постели, и вернул телефон.
– Ну ты всё-то не отдавай, – предложил ему Тим.
– Так просили же – побольше, – как дурачку разжевал ему Тимур и возмутился: – И как с тобой, Тимошка, в разведку идти, скажи?
– Ну, Бэмби…
– “Ну, Бэмби”, – передразнил он, но потом махнул рукой, решив, что оно того не стоит.
Саня с Ромкой примчались в обед, даже на чай не остались – выбираться из поселения во время формирования стаи было крайне нежелательно. Но Тимур, вместо того, чтобы расстроиться из-за того, что опять не смог узнать, зачем им грибы, ловко припёр Тима к стенке и его расспросами стал мучить:
– Это что ещё за кукла?
– Ромка, – попытался съехать на дурачка Тим.
– Он человек, – подчеркнул вроде бы очевидное Тимур.
– Ну да, он Санина Пара, – кивнул Тим.
– И?.. – с нажимом подтолкнул его к ответу Тимур.
– И… – поморщился Тим, но потом сдался: – Шаман стаи. Эликсиры всякие делает: усилители, там, энергетики.
Тимур отпрянул, ахнув восхищённо, а потом глаза его привычно вспыхнули интересом:
– Нам тоже нужен, – решительно подвёл итог он.
– И не ты ли им случайно заделаться хочешь? – спросил самое страшное Тим.
Нет, он-то из Тимуровых рук любое пойло выхлебает, спору нет, но остальных жалко же. Пацаны только-только вкус свободы ощутили…
– Нет, Тима, у меня в двух из трёх разов суп сладкий получается, тебе ли не знать, – Тимур, оказывается, тоже был осведомлён о своих кулинарных способностях, – зато у меня на примете есть один опытный бармен, который идеально подойдёт на эту должность, смекаешь?
– Женечка? – начал улавливать нить Тим, хоть удивления в голосе скрыть не смог.
– А что? У него даже молекулярная кухня получается! Он мне сам показывал. Думаю, если и допускать кого-то, кто со всей ответственностью отнесётся к тайным рецептам, то только его.
Тим подумал-подумал, да и согласился с кандидатурой. Ему-то шаман не прямо чтобы требовался, а вот пристроить слишком любопытного и оттого знающего-что-не-надо Женечку в стаю кем-то повнушительней наёмного рабочего было бы неплохо. Тем более, что их тесное общение с Мишей, который не так хорошо владел самоконтролем, как какой-нибудь другой, более опытный оборотень, наводило на определённые выводы о том, что в “блаженном незнании” Женечке осталось ходить ой как недолго.
Тим отзвонился в клуб, уточняя, чья сегодня смена, и когда убедился, что не Женечкина, то позвонил почему-то не ему, а Мише.
– Привет, ты дома? Один? – спросил в трубку он, пока Тимур одевался в спальне.
– Ну, не совсем, – не стал давать очевидный ответ Миша, но сказал достаточно.
  
– Заедем к вам на чай? – не стал лепить в лоб Тим.
– Все? – уточнил Миша, Тим даже сквозь трубку чувствовал, что к шумной тусовке тот сейчас не готов.
– Только мы с Тимуром, – успокоил его Тим, после чего получил-таки положительный ответ.
В субботу днём добрались без пробок, Тимур даже заставил Тима притормозить у супермаркета и купил торт. Учитывая, что ни альфы, ни сам Тимур сладкое не любили, мешаниной из безе, карамели и орешков весь вечер давился из вежливости один лишь Женечка. Тимур в какой-то момент глянул на нетронутый торт многозначительно и с тщательно скрываемым злорадством, но почти искреннем беспокойством поинтересовался практически невинно: