Седьмой царевич 3 (СИ)

Не теряя ни мгновения, я отскочил в сторону и ударил Серпом, метя под колено, и одновременно зажал спуск, выпуская последние патроны прямо в лицо монстру. Он среагировал мгновенно, закрылся Щитом, но Серп вонзился сзади, вскрывая его ногу своими золотыми зубьями.
— Нет! — взревел гигант, рухнув на одно колено. — Нет!
— Сдохни! — оскалившись выдохнул я, метя знаком в шею, но Безликого окружило золотое сияние, а в следующее мгновение он подпрыгнул на одной ноге и в светящемся коконе полетел от меня к вершине горы.
  
— А ну, стой, трус! — крикнул я, бросаясь в погоню.
Не сводя глаз с противника, я тем не менее умудрился, наконец, понять, где нахожусь. Обломки деревянных перил, сложенная лестниц, ведущая вверх по склону, валяющиеся таблички на нескольких языках, включая русский. Похоже, усопший водила довёз меня до какого-то туристического объекта. И судя по разрушениям Безликий здесь что-то искал.
А когда я поднялся бегом выше, стало понятно, что он нашёл то, что хотел. Меж руин зияла идеально ровная каменная площадка. Судя по оползням и царапинам, очищенная буквально несколько дней назад. Может, даже вчера. Пять из шести постаментов по краям было занято скрижалями, а в центре на алтаре лежала растянутая верёвками Аня.
—\\—
Финал будет на следующей неделе, в пятницу, вместе с эпилогом
  
Глава 23
 
Естественно, он не собирался исполнять обещание. Теперь это стало очевидно, ведь таким тварям непонятна концепция чести по отношению к тем, кого они считают низшими. Я с подобным сталкивался не раз. «Боги» соблюдают свои клятвы лишь по отношению к более сильным или равным, пока не превзойдут или не договорятся с другими, чтобы ударить вместе. Желательно в спину, так чтобы им не могли ответить.
И сейчас он явно планировал избавиться от меня, раздавить как букашку, а затем использовать Аню для завершения ритуала. Какого? Сейчас для меня это не имело значения, я не собирался его допускать.
На площадку я успел вскочить за мгновение до того, как между пьедесталами возникла золотая стена, покрытая письменами и отрезавшая нас от остального мира.
— Назойливое насекомое! — взревел гигант, обрушив на меня Длань. Но символ не сумел меня раздавить, напоровшись на ограждение, я же успешно скользнул в сторону и ударил Серпом. Да-да, по тому самому месту.
— О, а ты, оказывается, мужик. Был, — со смешком заметил я, когда враг взвыл, хватаясь за пах ладонями. Искра в глаза, он успел отвернуться, и Знак прошёл по шлему. Серп он принял на браслет, закрывавший предплечье. Ещё Серп!
Противник, сжавший губы в тонкую линию, закрылся в купол, но именно этого я и добивался. Подбежал к алтарю и одним движением распорол верёвки, сдерживающие Аню. Не хватало ещё, чтобы этот урод в процессе успел убить девушку. Та едва сдерживала слёзы радости, попыталась вскочить, но ноги её не держали. Выдернув кляп, я коротко поцеловал её и сунул за алтарь.
— Сиди здесь. Увидишь, что идёт, смещайся на противоположную сторону.
— Поняла! Не смей проигрывать!
— Никогда, — с улыбкой ответил я, выходя к врагу. — Ну что? Пора заканчивать.
— Именно, — проговорил он, но вместо того, чтобы атаковать, вновь замер, скрестив руки на груди и не отпуская защитного купола.
Из уст гиганта полилась непонятная речь, но каждый слог бил, словно ударная волна от взрыва. Меня шатало, пришлось создать Щит, чтобы удержаться на ногах, и только из-за этого я не сразу понял, что происходит. Символы на скрижалях активировались один за другим, загораясь золотым светом.
Я ударил по противнику Серпом. Раз, другой… Его защита заискрилась, но выдержала, а речь всё ускорялась. Символы на скрижалях будто ожили, начали сползать по постаментам и устремились в центр, к алтарю. Воздух стал тяжёлым и давящим. Пахло озоном и пепелищем. Стало очевидно, что драться со мной он не собирается. По крайней мере, честно.
Что он там говорил? Открыть врата? Очевидный напрашивающийся вывод — чтобы призвать армию себе подобных.
— У тебя ничего не выйдет, последней скрижали у тебя нет! — крикнул я, и в этот момент по пустующему постаменту тоже начали спускаться символы. А затем он достал прямо из воздуха мою скрижаль, и я понял, что на ней горит больше половины Знаков. Я сам принёс ему недостающую деталь. Но раз так…
Я ударил по ней серпом. Помнил, что стрелять и даже взрывать её бесполезно, но вот символы действуют. И оказался прав, ведь на камне осталась глубокая борозда. Ещё удар — пара символов была перечёркнута царапиной, но они всё равно светились. Он рассмеялся, закрываясь куполом. Неужели бесполезно?
Отвлёкшись на мгновение, я увидел улыбку на сосредоточенном лице твари. Похоже, гигант уже праздновал победу. Я никак не мог ему помешать. Скрижали оказались лишь ключами, сам он закрылся непроницаемым куполом. И даже разрушение площадки не имело никакого значения.
Почти.
— Аня, в сторону! — крикнул я, а затем создал гигантский Серп, обрушившийся на алтарь. Камень выдержал, но по нему побежала глубокая трещина. Не медля ни секунды, я ударил ещё раз, а затем ещё, пока ложе не раскололось на две неровные половинки.
— Не смей! — взревел зеленокожий, увидев, что я собираюсь продолжать. Его речь сбилась, но я даже не подумал останавливаться.
Серп выбил искры из воздуха. Куски алтаря разлетелись от возникшего в середине площадки золотого купола. А под ним я увидел шестиугольный шип обелиска, смотрящего в небеса. Но сейчас было неважно, главное — урод перенёс защиту и понял это уже после того, как я создал очередной знак.
Длань ударила его по повреждённому колену, выбивая в сторону и заставляя опустить руки в попытке удержаться на ногах, а скрижаль вылетела из его лапы. Я тут же прыгнул вплотную, едва разминувшись с золотым скипетром. Враг с остервенением ударил цепом, расколовшим камень тремя своими главами. Я же поднырнул под руку и запустил ему Искру прямо в глаза.
Взвыв от внезапной боли, гигант отшатнулся, инстинктивно пытаясь прикрыться, и тут же получил Серпом под колено. Я окончательно перерубил ему сухожилия, заставив рухнуть. Но в последнее мгновение он умудрился вонзить в камень жезл, не упав, а лишь встав на одно колено.
На которое я тут же вскочил, как на козырёк подъезда, подтянулся и, оказавшись в непосредственной близости, создал Серп максимального размера. Начертание заняло у меня почти секунду, и враг успел среагировать, ударив меня цепом.
Сломанные рёбра ожгло нестерпимой болью, меня швырнуло в золотую стену, откинув на несколько метров, и чуть не размазало. Подскочившая Аня успела поймать меня у самого пола, не дав упасть. Но с моего лица не сходила кровожадная улыбка. Ведь я успел первым.
Двухметровый Серп вскрыл своими зубьями шею твари, из рваной раны, достигшей позвоночника, хлестала потоками зелёная кровь. Гигант безуспешно пытался сдержать её ладонями, но жизнь утекала у него между пальцев.
— Я. Победил, — хрипя и булькая проговорил Безликий. — Вы. Все. Сдо…
Договорить я ему не дал. Длань прижала врага к полу, а следующий за ней Серп, словно ржавой кривой пилой отчекрыжил голову, покатившуюся по каменной площадке.
— Он же мёртв… почему символы не гаснут? — спросила Аня, поддерживающая меня под руку.
— Не знаю, — честно ответил я, поджав губы. И дело было не в боли от поломанного тела.
Золотые стены, начав покрываться символами, вначале потеряли прозрачность, дойдя почти до жёлтого цвета, а затем начали стремительно бледнеть. А за ними виднелся совершенно другой мир.
  
Уходящие к небесам обелиски. Величественные пирамиды. Диковинные существа и големы с сияющими глазами. Но что хуже всего — армия зеленокожих гигантов, готовящаяся к вторжению. Тысячи и тысячи уродов, наподобие того, которого я только что прикончил.
И я ничего не мог с этим сделать. Ровным счётом.
Я мог разрубить скрижали, разрушить алтарь, разбить на куски каменную площадку. Золотые символы продолжали струиться по воздуху. Жертвенная кровь гиганта пузырьками вплеталась в их узор, усиливая божественные символы.