Седьмой царевич 3 (СИ)

— Найдите свою охрану. Сейчас, — сказал я отстранившись. Хлопки, которые я едва услышал несколько секунд назад, быстро приближались, но, похоже, на фоне музыки на них никто не обратил внимания. Не это ли опасность, о которой меня так настойчиво пытался вчера предупредить Лебедь? Если так, то это предательство на самом верхнем уровне.
— В чём дело? — обеспокоенно проговорила княжна, не собираясь отходить от меня ни на шаг. — Вы что-то заметили.
  
— Да, блин, — бросил я оглядываясь. Нужно было срочно заканчивать этот балаган, но даже закричи я, мало кто обратить на меня внимание. Если только… Простите меня, музыканты.
Сформировав Длань, я впечатал метровый символ в спину дирижёру, бросив его на скрипачек, а их дальше в сторону виолончелистов и кого-то ещё, кого я не видел за перилами. Музыка тут же прекратилась, смешавшись в общую какофонию. Но не успел я ничего сказать, как двери первого этажа распахнулись и в них вбежал гвардеец, намериваясь предупредить… Но раздалась автоматная очередь, и он рухнул, как и несколько человек перед ним, оказавшихся в секторе огня.
— Тревога! — рявкнул я, хоть и так было понятно, что ситуация экстраординарная.
А в следующее мгновение сразу несколько тяжеловооружённых групп в полной выкладке, бронежилетах, некоторые в сапёрных костюмах, в шлемах Алтын и все как один с автоматами наперевес.
— Сидеть, дворянские выродки! — подобрав микрофон, рявкнул один из нападавших. — Дёрнетесь, и все здесь лягут! А если правительство исполнит наши условия, вы даже уйдёте отсюда живыми и нормальными гражданами. Без всей этой мути с титулами.
  
Глава 6
 
— Руки за головы! Всем сесть на пол, немедленно! — крикнул один из нападавших, и длинная очередь ушла в потолок, кроша с любовью восстановленную мозаику и лепнину. — Никому не двигаться, твари!
Паникующая толпа попыталась метнуться к выходам, но тут же попала под перекрёстный огонь. Люди, такие разумные по одному, превратились в испуганное стадо, которому отрезали все выходы. Двери оказались заперты, и перед каждой стоял заград-отряд. Мало мне было всеобщей паники, ещё и Берёзова повисла на руке.
— Мамочка…— взвизгнула девушка, прижимаясь к моему плечу.
— На пол! Быстро! — ещё раз рявкнул террорист, и люди послушно падали на колени, где стояли.
Оглянувшись, я мгновенно оценил ситуацию. Сорок террористов на балконе, окружавшем зал с четырёх сторон. По крайней мере, по пять у трёх входов. Даже будь я со своим комплектом оружия, перекрыть сразу всех не успел бы чисто физически. Пять, да даже десять — легко. Двадцать, если одну сторону прижать дланью, а по второй ударить, возможно. Больше, да ещё и в одиночку, — никак.
Только я и был не один. Нашёл глазами замерших Саню и Наташу. Слишком далеко, почти на краю зала. Братья царевичи? Удивительно, но они держались достаточно спокойно. Даже слишком спокойно для людей, которым угрожают смертью. Нет, Михаил и двое младших запаниковали, а вот Александр с Алексеем… Наши взгляды встретились, и цесаревич коротко кивнул.
Готов действовать? Знать бы ещё, что у него за знак. Трое — уже неплохо, но всё равно мало. Не для текущей ситуации.
В толпе раздавались горестные всхлипывания, кто-то тихо подвывал, глядя на лежащие у входа тела, пытавшихся прорваться людей. Никто не учил этих людей, как вести себя при захвате заложников… а нет, похоже, некоторых учили. Сидят руки за голову, но не на коленях, а на корточках. Готовые в любую секунду как лечь на пол, так и вскочить, рванув в очевидном направлении спасения — к большому панорамному окну во внутренний дворик.
Если честно, я тоже о нём сразу подумал, но слишком очевидное направление, его должны были прикрыть в первую очередь, и не только автоматчики на балконе, но и какая-то группа на втором этаже или даже на крыше.
Вообще, ситуация абсурдная, весь свет новой аристократии собирается в одном месте, а охраны кот наплакал. Так, ещё и император не присутствует на рождественском балу, как должен был, а ссылаясь на занятость сразу уходит после начала. И вчерашнее предупреждение Лебедя. Явная подстава. Теперь бы ещё понять зачем.
— Камеру сюда! — рявкнул главарь террористов, и четверо бойцов выволокли какую-то дамочку в облегающей юбке, белой блузке и розовом пиджачке. А за ней оператора вместе с оборудованием. — Снимай!
— Д-да, конечно, — проговорила, быстро кивая, женщина.
— Если не дадут через три минуты прямой эфир, я прострелю тебе ногу, и ты будешь вести репортаж, истекая кровью, ясно тебе?
На это она даже отвечать не стала, лишь ещё раз кивнула, поправляя причёску, и взялась за ухо.
— Это ещё что? — террорист наотмашь ударил её по лицу, так что девушка упала на покачнувшиеся перила и чуть не свалилась вниз, с балкона. — Я тебя спрашиваю, что это, гадина?
— Наушник, рация. Связаться с руководством, — забормотала она, но достаточно громко, чтобы я её слышал. А вот главарю совсем необязательно было так орать. Похоже, он в курсе, что живым их отсюда не выпустят в любом случае. А значит, единственная их цель — сделать как можно более громкое заявление.
Отчаянные люди, пошедшие на отчаянные меры. Хотя все скрывают лица под балаклавами, но это им не сильно поможет. Не в самом центре, где, скорее всего, уже перекрыли все улицы. Ну, если безопасники не полные идиоты. А учитывая, что они почти гарантированно знали о будущем нападении… двойное заявление? Смотрите, наши дети тоже в опасности, но мы никому не дадим спуска?
Политические игры, за которые уже заплатили жизнями семеро. И ещё двое-трое истекут кровью до прихода помощи. Ненавижу уродов, использующих людей втёмную. Есть у нас специалисты по такому, но я не из этих. У каждого должна быть своя роль, и моя довольно проста.
— Я сказал руки за голову и сидеть! — рявкнул террорист, когда я помахал ладонью, привлекая внимание.
— Позвольте перевязать им раны? У вас будет больше живых заложников, — спросил я, не пытаясь подняться.
— Сядь, я сказал! — вскинув автомат рыкнул главарь, и в тот же момент я понял, что ошибся. Он только играл роль главаря, а настоящий, в балаклаве и бронежилете, стоял неподалёку, подошёл к нервному и что-то шепнул на ухо. Мгновение, и ствол уже опустился. — Хорошо, можешь перевязать этих придурков. Но одно лишнее движение, и я прикончу и тебя, и твою подружку, ясно?
— Да, — кивнул я и демонстративно медленно поднялся, держа руки над головой. Двинувшись по залу, я как бы случайно прошёл мимо Александра. — Твой север.
— Ладно, — коротко ответил цесаревич, сместив взгляд.
— Не разговаривать! — снова рявкнул нервный, и я сделал вид, что испугался, вздрогнул и вжал голову в плечи, так чтобы террористы не видели моего лица.
«Юг» — беззвучно, но максимально чётко выговорил я, глядя почти в лицо среднему брату. Тот коротко кивнул и словно случайно подался на полшага назад. Не слишком заметно, но так, чтобы оказаться рядом с ещё двумя довольно рослыми парнями.
— Мне нужно их осмотреть, могу я опустить руки? — спросил я, чтобы не вызывать лишних подозрений и одновременно отвлечь внимание от братьев.
— Ты и чтобы пёрнуть, меня спрашивать будешь? Работай, но так чтобы я видел, — рявкнул террорист, и я подчинился команде.
У ближайшего ко мне парня было два попадания. В ногу и в туловище. Серьёзные, без срочной помощи он не протянет и пятнадцати минут. Оценить повреждение брюшной полости я не решился, но, повернув его, увидел, что пуля не прошла навылет, а осталась в теле. Сейчас это и плюс, и минус.
  
— Смотри на меня. Слышишь? — я похлопал раненного по щекам, но тот лишь слабо дышал. Значит, придётся обходиться чем есть. Снял с него ремень и перетянул ногу, остановив кровотечение. Не слишком сильно, но и не слабо. Авось до скорой он дотянет без отмирания тканей. А нет, так лучше лишиться ноги, чем жизни.
— Покажи мне камеру! Не смей снимать нас, снимай заложников и только то, что я тебе скажу! Ясно, тварь⁈ — ругался тем временем террорист на втором этаже. Похоже, журналистка хотела взять общий план, который вполне мог помочь группе антитеррора. — Мы в эфире?