Когда всем страшно

– Эмили сказала, ты все время был рядом, пока я болела. И ушел, как узнал, что опасность миновала.
– Я не потому ушел, – подвесил он котелок над огнем, затем извлек из подвесного шкафчика банку с надписью «чай».
– А почему? Из-за Петера?
– Прежде ты не проявляла столько любопытства, маленькая фройляйн, – теперь Никлас достал с полки две кружки, повертел в руках и оставил ту, что была без скола.
  
– Прежде ты не вызывал у меня любопытства.
– А теперь вызываю?
– Не знаю, Никлас, – ответила честно.
– Я ушел, потому что вернулись Феликс с Памелой. Мне надо было появиться дома, иначе сестра примчалась бы поглазеть, где это я пропадаю столько дней, могла напугать твоих домочадцев. Она… Она немного эксцентрична и импульсивна, – улыбнулся Никлас. – Почему ты пришла сюда, Вита? – намотал он на руку полотенце и снял котелок с огня.
– Ты разве не боишься пламени? – не понимала, спрашиваю ли из любопытства или переживаю, что искра коснется его кожи и причинит вред.
– Тебе еще рано знать ответы на такие вопросы, – подал он мне кружку с горячим чаем, сам сел рядом со мной. – И я первый спросил.
– Ладно, – сделала глоток, горло приятно обожгло брусничным вкусом. – Думаю, ты прав по поводу исчезновения моих родных. Сегодня я попыталась расспросить папу, он не ожидал, оттого не смог сразу совладать с собой.
– Господин Фьель что-то знает, но скрывает, – внимательно рассматривал Никлас мои запястья и пальцы, сжимающие горячую кружку.
– Да. И он не скажет.
– Могу надавить на него, если хочешь.
– Нет. Папа разнервничался от моих слов, и я переживаю за его здоровье. Но ты мог бы… Никлас, сходи со мной к тому жандарму, что вел перепись погибших. Мне он ничего не скажет, а вот, если попросишь ты…
– Ты хотела сказать, если напугаю? – заплясали веселые искорки в черных зрачках.
– Не обязательно пугать. Можно просто клыки показать. Они же у тебя есть?
– Вита, я пойду с тобой к тому жандарму, – не стал подтверждать или опровергать вампир наличия у него клыков. – Взамен кое-что попрошу.
– Проси.
– Вот так просто? Выполнишь мою просьбу?
– Только ту, что посчитаю допустимой. Говори.
– Я хочу поцеловать тебя, Вита.
 
ГЛАВА 8. ПРИГЛАШЕНИЕ
 
– Хорошо, – не мигая, глядела на меня девочка.
– Хорошо? – не верил, что она взяла и вот так сразу согласилась.
– Я же тебе уже дала ответ, – отставила она кружку с допитым чаем. – Только, Никлас…
– Да?
– Не увлекайся.
– Постараюсь, – придвинулся к ней совсем близко, настолько, что наши плечи, локти соприкоснулись.
Она не отводила глаз, и ее фарфоровое личико не заливал румянец. И мне нравилась ее смелость, я не слишком любил смущающихся девиц.
Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга, затем я осторожно дотронулся до нежной кожи лица, провел пальцами по щеке, опустил ладонь на ее шею.
Я чувствовал, как бьется венка под моими руками, слышал стук ее сердца, остро ощущал притягательный аромат. Эти ощущения волновали, так сильно волновали, что затмевали жажду зверя. За сотню лет я вполне научился контролировать себя, мог удерживать себя в человеческих рамках даже возле сильнейшего источника влечения. Я не боялся навредить девушке, потому что она непостижимым образом стала важна для меня. И, если в прошлом было не важно, что чувствует игрушка в моих руках, сейчас это было важно, важно, чтобы она не боялась, доверяла. Я очень этого хотел.
Погладил девичью шею. Ее разметавшиеся волосы немного щекочут мою кисть, и это легкое прикосновение шелковистых прядок к моей коже посылает сладостные импульсы по всему телу.
Дыхание Виты сбивается, длинные ресницы подрагивают, а венка на шее бьется сильнее. Свободной рукой притягиваю к себе девушку за талию и более не медлю, накрываю своими губами ее рот.
Наши губы встречаются, и я слизываю капельку брусничного сока. Из груди девушки вырывается рваный выдох, из-за чего нежный поцелуй превращается в жадный.
В воздухе разливается нечто тягучее и сладкое, а губы продолжают исследовать, дарить чувственное наслаждение.
Меня накрывает от желаний и эмоций. Я глажу ее волосы, плечи, спину и целую, целую так, как никого в жизни не целовал, ни в прошлой, ни в нынешней. Что-то сильное притягивает меня именно к ней.
Вита не сопротивляется. Мягкая, нежная, податливая. Никогда бы не подумал, что она может быть такой покладистой, моя гордая, независимая девочка. Сама обнимает меня за шею, прижимается, отвечает на поцелуй. Где-то в сознании мелькает подозрение, что происходящее сейчас лишь из-за помощи, которую я ей пообещал. Но это неприятное соображение тотчас испаряется, стоит Виталине провести язычком по моим губам. Да вы хулиганка…, маленькая фройляйн!
Наверное, я бы увлекся. Наверное, не отпускал бы ее губ столько, сколько девчонке хватило бы воздуху, но…
– Какого черта! – набросился на меня взбешенный Петер Штемпп. И отлетел к противоположной стене от моего удара.
Я отстранился от Виты, угрожающе зашипел.
– Дьявол! – ругался мой соперник, держась двумя руками за ушибленную голову. – Малышка, почему ты целуешься с ним!? Он заставил тебя?
– А ты как нашел меня, Петер? – показалось, или Виталину забавляет происходящее? Похоже, девочка полна сюрпризов.
– Ты всегда здесь, когда ищешь одиночества, – оказалось, и Штемпп не так уж прост. Выходит, парень интересуется своей невестой. Я-то думал, она нужна ему лишь для статусности, а вот поди-ка… бегает за ней, ревнует. Ревнует. Это слово не нравилось мне, потому что я тоже ревновал. Ревновал свою Гройсс к сыну лавочника.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.