Попаданка под прицелом (СИ)

Я зажгла камин, чтобы разогреть себе еды. Аппетита у меня уже давно нет, однако мне приходится заставлять себя есть, чтобы способность к исцелению возвращалась быстрее.
Все мои мысли испарились как морская пена, когда до ушей донёсся мужской стон.
Я тут же подскочила с места.
– Проснулся?! Сейчас помогу встать.
Я с натугом приподняла Ника так, чтобы он опирался на изножье кровати. Простынь не сильно туго заправлена, я специально её так оставила, чтобы было легче перемещать тяжёлое мужское тело.
  
– Я сам, – прохрипел осипший голос.
Я застыла над Николасом, а затем резко наклонилась к нему.
Впервые за долгое время его зрачки проследили за моими движениями. Не быстро, лениво, но всё же.
Я расплылась в лучезарной улыбке и засмеялась.
Это самый лучший день в моей жизни! Он говорит, смотрит на меня и понимает, что происходит. 
– О, Ник! Наконец-то! Я так долго ждала тебя! – я вжалась в грудь Николаса, расцеловала всё его лицо по кругу, а потом резко отпрянула и приказала: – Проследи взглядом за моим пальцем!
Я медленно передвинула указательный палец перед его глазами сперва слева направо, затем сверху вниз. Маленькие зелёные орбиты не спеша проследили за движением.
Я в это время никак не могла перестать улыбаться.
Рука Николаса поднялась, и я поспешила её поймать.
– Не напрягайся. Тебе нужно беречь силы.
– Твоя улыбка… стоила того… чтобы прийти в себя… – устало просипел Николас.
– Боже, Ник… – я снова вжалась в его тело.
Его дыхание стало резче или мне так только показалось.
– Я принесу тебе воды.
Он давно не говорил, наверняка недопивал, хотя я его поила. Ему обязательно нужно промочить горло.
– Подожди! Дай мне минуту…
Я только рада остаться в его объятиях, насытиться теплом его тела.
– Сколько прошло времени?
Я поднялась с его груди.
– С тех пор как ты вернулся? Месяц.
– А перемирие? Это правда?
– Да. Договор подписали недавно.
– А Артур? Жив?
– Я не з… Он числится как без вести пропавший.
Николас испустил шумный выдох. Я оставила его на минутку наедине и отправилась налить стакан воды.
– Как Лили?
– В отчаянии… – передёрнула плечами.
– Она не хотела его отпускать…
– Никто из нас вас не хотел отпускать, Ник.
– Знаю, Элина. Спасибо, что исцелила меня снова, но больше не делай так.
– Я бы и рада, Ник, чтобы ты был настолько здоровым, чтобы мне не пришлось тебя исцелять. Но если ты не заметил, твоё бедро пострадало. Без моей помощи ты не встанешь на ноги ещё несколько месяцев.
Николас опустил взгляд на гипс и будто впервые увидел его.
– Вот же…
– Я ещё не пробовала её залечить, поскольку в приоритете был твой мозг.
– Я не хочу забирать твои силы…
– В этом нет ничего постыдного, честно. Тем более ты не сможешь передвигаться. Тебе нужно разминать мышцы, ходить в туалет, мыться в конце концов! Мне в любом случае придётся тебе помогать, а ты вымахал совсем не маленьким. Мой вариант быстрее, безболезненнее как для тебя, так и для меня.
– Ты права… Ладно.
Я счастливо улыбнулась своей победе.
– Ты не должен переживать за меня. Я родилась целителем. Мне повезло, что я смогла исцелить тебя. Мы должны благодарить Бога!
– Я благодарен тебе, – Ник легонько сжал мою ладонь в своей.
– Поскорее выздоравливай, это будет самая большая благодарность!
– Постараюсь… – он тепло улыбнулся, глядя на меня ожившими зелёными безднами. Я с замиранием сердца залюбовалась ими. Как же я давно не видела оживших искор в его глазах.
Вот что значит, истинное счастье.
– Я постараюсь! А теперь давай займёмся твоей ногой!
  
Эпилог
 
“Дорогая Элина Грейс Баерт, 
Любая война заставляет человека измениться. Душевные раны сперва кажутся незначительными на фоне нестерпимой физической боли. По прошествии же времени все понимают, что это ошибочное мнение. Это мы с вами знаем, как никто другой. Лекарей учат лечить видимые раны. 
Шрамы затягиваются. Разумеется, далеко не всегда, но так и есть. А внутренние травмы остаются с нами до конца жизни. Они мучают нас по ночам, заставляют трепетать и дрожать от страха, словно ничего не закончилось. 
Нам с Николасом повезло. Мы есть друг у друга. Когда одному снится кошмар, другой будит и утешает. Когда одному грустно, второй отвлекает от печали и веселит. 
Пусть мы с вами никогда не встречались, я ощущаю с вами связь. Однако, боюсь, вселенная против нашей встречи. Потому я вам пишу это письмо. 
Прошло полгода с подписания мирного соглашения, семь месяцев как Генерал без вести пропал. Мы с Николасом благодарны вам за неоценимую помощь в прошлом и надеемся, что вас больше не преследуют призраки прошлого и вы избавились от страхов. 
Наконец, всем нам представился шанс начать всё сначала, и мы должны им воспользоваться. Я верю, что, пережив столько горечи, мы не перестали ценить и наслаждаться жизнью. 
Со всеми искренними пожеланиями и любовью, ваша правнучка Элина Баерт.” 
Только я поставила точку, как Николас шумно ввалился в мой кабинет, где обычно принимаю пациентов.
Три месяца назад мы переехали в новый дом в западной части Бельгийского королевства. Мы желали избавиться от ужасов войны и, кажется, у нас это получилось. По крайней мере, мы наладили спокойный быт в тихой деревне.
– Всё никак не можешь дописать письмо? – полюбопытствовал муж, не скрывая лёгкой усмешки. – Какая это попытка? Десятая?! Двадцатая?
Он хмыкнул, снимая с себя тяжёлое кашемировое пальто.
– Что плохого с того, что я не хочу, чтобы моя прабабушка посчитала меня глупой?!
– Ничего! Но я тебя понимаю, она намного строже тебя. Она похожа больше на военного, а не врача.
Я покачала головой.
– Слухи быстро распространяются.
– О чём ты?
– Ко мне обратились снова. В конце деревни нужна кровля крыши. Эх… Не нужно было говорить, что я сам ремонтировал наш дом. – Он почесал затылок, громко вздыхая.
– Думаешь, люди слепые? Они видели, как ты трудился над старой развалюхой и во что ты её превратил.
– Мне помогли.
– Если не хочешь заниматься строительством, то ты всегда можешь всех отправить к Артуру.
– Да… Ему не помешает отвлечься. Соседи жалуются, что они с Лили постоянно кричат друг на друга.
Теперь я тяжело вздохнула.
У этой пары такие непростые отношения… Они оба такие упёртые. 
– Ты с ним говорил об этом?!
– Пытался, – муж сел на кресло, которое расположено через письменный стол, и закинул ноги на его край. – Но это не наше дело.
Я поджала губы. Учитывая, что в какой-то момент Лили винила во всём меня, мне будет трудно так считать.
– О тебе тоже пошла молва. Скоро от пациентов отбоя не будет.
– Мне их уже достаточно…
Я устало сложила листок с письмом в три раза, засунула его в конверт и отложила в сторону.
– Отнесёшь завтра на почту?
– Само собой.
Грохочущий стук по входной двери не только прервал нашу беседу, но и напугал нас. Мы с Ником подскочили с мест и посмотрели друг на друга:
– Наверное, что-то срочное!
– Да. Идём проверим.
– Нет. Оставайся здесь, а я проверю, кто там.
Муж оставил меня в кабинете, тем не менее я не стала прятаться и выглянула из-за угла. Однако сразу же обомлела, глядя на Артура, держащего на руках Лили. Несмотря на мороз на улице, они почему-то без верхней одежды.
– Она потеряла сознание! Где Элина?! – заорал он на весь дом.
Николас сразу же широко распахнул двери перед ним, впуская в помещение.
– Она здесь. Элина!
  
– Что случилось?
– Не знаю… Она готовила, а потом…
Я указала жестом левой руки в сторону соседней комнаты. Артур занёс девушку, а затем положил на койку.
– Вы снова ссорились? – мельком взглянула на Артура.