Влипла! или Смотри, не влюбись (СИ)

- Красивое, - одобрительно кивнула я и слегка пошевелила пальцем, наблюдая за тем, как камни отражали свет.
- Белое золото, шестьдесят три бриллианта… - устроил промо продавец.
- И стоит оно как год моего обучения, - вздохнула я разочаровано, снимая кольцо. – Может, всё-таки, «Спаси и сохрани»? Я даже сама могу за него заплатить.
- Упакуйте, - потребовал Мирон Александрович, отдав кольцо продавцу.
- Отличный выбор! – дежурная фраза и такая же дежурная улыбка продавца, у которого явно были вопросы к нашей странной парочке, но чувство такта не дало ему их задать. – Вашей невесте очень идёт.
- А почему именно это? – решила я полюбопытствовать, пока мужчина упаковывал кольцо и пробивал чек. – Раздробили один большой бриллиант на кучу маленьких, пока я отвернулась?
- На глаза твои похоже, - ответил Мирон Александрович, убирая кредитку в кошелек.
- На глаза? Такое же круглое?
- Такое же яркое и блестящее, - ответил он и заглянул в мои глаза. От столь пристального и сосредоточенного на мне взгляда я даже слегка смутилась. – Если посмотреть в твои глаза, когда ты улыбаешься – а улыбаешься ты часто – то может показаться, что в них сияет россыпь звёзд. Это очень красиво, - уголка его губ коснулась легкая улыбка.
- Спасибо, - смущенно опустила я глаза.
- Но с зашитым ртом было бы еще красивее, - добавил Мирон Александрович словно между делом.
- Убийца романтики, - вздохнула я и обратилась к продавцу, с которым как раз встретилась взглядом. – Представляете, за кого замуж приходится выходить?! Он даже «себе в зеркало не улыбается от того, что серьёзный такой».
- Противоположности притягиваются сильнее всего и держаться крепче, - знающе ответил мужчина и поставил передо мной маленький бумажный пакетик с кольцом. – Счастья вам и всего доброго! Вы очень красивая пара!
- Спасибо, - улыбнулась я и пошла вслед за Демоней, который клал на комплименты нашему «союзу» с высоты своей важности.
  
Глава 19
 
Глава 19
Напевая себе под нос, тихо вошла в лифт за Мироном Александровичем, чтобы подняться в его квартиру. Опустила взгляд на кольцо и пошевелила пальцем, чтобы полюбоваться игрой света на бриллиантах. Красиво, черт возьми!
- Чему улыбаешься? – раздался совсем рядом голос Демони, который, наконец, отлип от телефона и электронной почты в нем.
- Да так, - повела я плечом, вздохнула и посмотрела в металлическую стену перед собой. – Думаю, как Тимке попу мыть с такой россыпью бриллиантов? А если какули застрянут между камнями? Неудобно потом будет его возвращать.
- Оставь себе. Оно твоё.
- Тогда можете не платить мне зарплату за месяц работы у вас. Я сдам кольцо в ломбард и покрою год обучения. Шучу, конечно, - посмотрела я на мужчину и слегка пошатнулась, обнаружив, что всё это время он на меня смотрел, подперев спиной стену лифта. – Я его верну. Возможно, оно пригодится вашей настоящей невесте.
- Я не планировал никаких невест кроме одной фиктивной. Так что в этом кольце нет никакой для меня нужды.
- Вы в монастырь собираетесь уйти? – спросила я, и лифт остановился, выпустив нас из узкого пространства.
- Это тебя не касается, Уральцева, - ответил Мирон Александрович и открыл дверь своей квартиры, пропуская меня вперед.
Благоразумно прикусила язык. Если его жена умерла при родах или сразу после, то его нежелание строить личную жизнь с кем-либо мне понятно. И вмешиваться в эту тему с, наверняка, тупыми вопросами, я больше не стану.
- Мам, мы приехали, - оповестил Демоня о нашем присутствии.
- Слышу, не глухая, - тут же донеслось бабкино ворчание, а следом в дверном проеме появилась и она сама с Тимом на руках. На щеках его были видны дорожки слёз, а по заплаканным глазкам сразу стало понятно, что плакать он закончил буквально только что. – Весь день сегодня капризничает. Сам не свой. Не знаю, что с ним делать, - передала она малыша отцу.
- Зубик, наверное, режется, - вытянула я губки трубочкой и тронула Тимку за руку, отчего он сразу потянулся ко мне. – Иди ко мне, сладкий. Любиться будем. Да?
  
- Руки сначала помойте, барышня, - тут же полился яд в мою сторону от демонической мамочки.
- Ох, точно! – в общем-то, тут она была права – руки после улицы нужно мыть, но тон ее мне категорически не понравился. – Как раз смою пыль с новых бриллиантиков. Красиво, правда? – показала я ей кольцо на пальце, махнув рукой прямо перед ее лицом.
Кажется, демоническая мама за эту короткую секунду успела сосчитать все шестьдесят три бриллианта и прикинуть стоимость этого кольца.
- Мирон, ты в самом деле настроен серьёзно? – обратилась она тут же к сыну.
- Мам, ты же все прекрасно видишь своими глазами. К чему эти глупые вопросы?
- Ты никогда не слушаешь моих советов, - дергано бросила женщина и схватилась за свое пальто.
- Один раз я тебя уже послушал и к чему меня это привело? – холодно спросил Мирон Александрович и родственники устроили между собой переглядки, в которых я Тим явно были лишними.
- Пойдем, солнце, руки мне помоем, - мягко забрала малыша из рук Мирона Александровича и ушла с ним в гостиную, где оставила его среди игрушек на несколько секунду, быстро сполоснув руки в ванной комнате. – Теперь твоя нянька чистая. Смотри, какая блестяшка!
Показала ребенку кольцо, которое он вместе с пальцем захотел засунуть себе в рот. Не позволила. Мало ли – проглотит кольцо.
- Слюней у тебя сегодня многовато, Тимурчик. Похоже, и правда второй зубик напрашивается, - протянула я задумчиво и снова подхватила просящегося ко мне малыша на руки. – Идём. Помашем твоей бабуле ручкой.
- …не совершай ошибку, Моня. Она же еще совсем молода и наивна. Ты ее задушишь своей холодностью. Я всю ночь о вас думала. Это сейчас она в тебя влюблена и многого не замечает, а потом розовые очки треснут, и она больше не сможет мириться с твоим равнодушием. Прекрати весь этот фарс. Не порти девочки жизнь. Отпусти ее, пока она еще не потеряла способность улыбаться. Тебе нужна совершенно другая – взрослая, понимающая, на одной с тобой волне… 
Теперь-то мне стало понятно, что демоническая мама не против меня. Она за меня, но не в жизни ее сына – всё просто. Но как-то обидно за Демоню, что ли… неужели он настолько безнадежен.
- Помашем бабуле ручкой? – начала я издалека, чтобы не было понятно, что я хоть что-то слышала из разговора матери и сына. – Пока-пока, бабуля. 
- Я отвезу тебя, мам. По дороге договорим, - произнес Мирон Александрович, открывая для своей матери дверь на выход.
- Подождите… Подожди… Мирон, - окликнула я своего «жениха», который несколько опешил, когда его намерение выйти из квартиры вслед за мамой было прервано. – Ты ничего не забыл, любимый? – улыбнулась я широко-широко, но понята не была.
- Что я мог забыть? – похлопал мужчина по карманам.
- Не стесняйся своей мамы, любимый, - промурлыкала я игриво и сама подошла к этому истукану поближе. – Вечерние поцелуйчики. Ты забыл нашу традицию? – захлопала я глазками, играя фальшивую обиду.
- Какую? – едва слышно спросил Демоня, хмуря лицо максимально сильно.
- Целуй, - указала пальцем на свою щеку и привстала на цыпочках, чтобы ему было меньше наклоняться. – Ну, же, любимый. Ты же у меня самый нежный и ласковый.
Тяжело вздохнув и натянув на губы тошнотворно фальшивую улыбку, Мирон Александрович наклонился ко мне и чмокнул щеку. Провел носом по моей скуле и прижался к уху губами, чтобы ласково шепнуть:
- Я прибью тебя.
- Я тоже тебя люблю, Моня, - чуть отстранилась я, подарив ему лукавую улыбку. А затем повернулась к его маме и, чтобы она больше не считала своего сына совсем уж бесчувственным камнем, добавила. – Когда мы наедине, он постоянно меня целует… Ох, и простите, что вам пришлось увидеть маленький момент нашей нежности. Моня такой внимательный, чуткий и…
- Идём, мам, - оборвал меня человек, которому я тут пыталась накинуть плюсов в глазах его же собственной мамы.