Судьба Вайлет и Люка (ЛП)

Наконец я моргаю, оторвав глаза от экрана, и сосредоточиваю свое внимание на кровати. Один из парней прижимается ртом к мундштуку высокого тонкого стеклянного бонга, а в руке у него зажигалка, готовая зажечься. Он что-то говорит Престону, а затем Престон смотрит на телевизор с выражением эйфории на лице.
Я решаю, действительно ли я хочу остаться здесь только для того, чтобы получить кайф от пассивного курения сегодня вечером и сидеть, и смотреть порно с кучей парней, когда Престон замечает, что я задерживаюсь в дверях. Его налитые кровью голубые глаза загораются, когда они взбираются по моему телу, а затем он что-то говорит, когда на его лице расплывается томная улыбка, но музыка слишком громкая, чтобы я могла разобрать его слова.
— Что? — кричу я, прижимая ладонь к уху.
Он убавляет музыку, которая играет из старой стереосистемы, с улыбкой на лице, когда он машет мне рукой. Остальные четверо внезапно замечают меня, и от их пристального внимания мне становится некомфортно. Я знаю, что в этой ситуации что-то не так, но трудно определить, что именно неправильно, потому что я видела так много неправильного, что иногда это начинает казаться правильным.
Я выдохнула, зная, что у меня будут проблемы с пятью обкуренными, возбужденными парнями в комнате. Я подхожу к кровати, и когда дохожу до края, пальцы Престона обвивают мою талию. Вжав в меня кончики пальцев, он подводит меня к себе на колени и усаживает на них. Рубашка у меня все еще завязана, так что его руки касаются моей обнаженной кожи, и я почти уверена, что чувствую, как его стояк прижимается к моей заднице. Я не в восторге от ситуации, поэтому небрежно начинаю соскальзывать с его колен, но он только сжимает хватку и удерживает меня на месте. Он щиплет, и я не удивлюсь, если он оставит красные следы на моей коже. Похоже, он совсем не дружелюбен, а настроен достаточно агрессивно. Кожу пронзают булавки и иглы, когда я испытываю сбивающие с толку, не поддающиеся расшифровке эмоции, связанные с происходящим, с Престоном. Он что-то для меня значит — все что происходит что-то значит. Я постукиваю пальцами по ноге, пытаясь понять, что делать.
Он наклоняется ближе и кладет свой неряшливый подбородок мне на плечо.
— Почему ты такая напряженная? Это травка или видео?
Я выдавливаю одну из своих печально известных пластиковых улыбок, поворачивая к нему голову.
— Я просто устала. Я потратила весь день на сборы, и мне все еще нужно вернуться и закончить. — Я не упоминаю о детективе, потому что не хочу говорить об этом в данный момент.
— Хорошо, я помогу тебе разгрузить машину, — говорит он, его руки блуждают от моей талии к верхней части бедер, когда он смотрит на экран телевизора. — Это должно помочь, верно?
Один из парней сидящий напротив меня, одетый в безобразную шапку, толкает блондина локтем. Они обмениваются заинтересованными взглядами, затем глаза блондина впиваются в меня. Я немного нервничаю, по всему телу проходит дрожь от понимания того, что может произойти. Булавки и иглы вонзаются еще глубже, но я не уверена, испытываю слабость или ужас.
Я киваю, не сводя глаз с блондина.
— Да… это должно помочь. — Уровень адреналина в крови увеличивается, успокаивает и концентрирует мои эмоции, внутри меня происходит борьба. Мне это нравится? Ненавижу это? Хочу ли я, находится еще в большей опасности? Или я хочу бежать? Быть слабой. Пусть булавки и иглы сделают свое дело.
Так как спор в моей голове все еще продолжается, я, постепенно, сдаюсь и отвожу ноги в сторону, опуская стопы на пол. Я до сих пор не знаю, как я отношусь к своим эмоциям в данный момент, но перерыв от ощущения рук Престона и порнофильма может прояснить мою голову.
— Я собираюсь начать доставать коробки из багажника, — говорю я ему, выскальзывая из его рук. К счастью, он легко отпускает меня, а затем следует за мной, один из парней кричит ему, чтобы он не обращал на меня внимания. Я ничего не говорю, возвращаясь через гостиную, а затем выхожу на улицу, игнорируя Трея, когда он снова приглашает меня на шоу. Я делаю короткие шаги, расталкивая людей со своего пути, и быстро иду по подъездной дорожке к кадиллаку Престона. Я открываю багажник, обхожу его сзади, а затем смотрю вниз, упершись руками в бедра, гадая, что вынуть первым, вместо того чтобы сосредоточиться на том, что только что произошло, на том, как Престон прикасался ко мне, и на моем замешательстве по этому поводу.
 
— Эй, куда ты так торопишься? — Престон пробирается к машине, а затем его ноги шаркают по грязи, когда он подходит ко мне сзади. — Ты убежала, как будто дом был в огне.
— Нет, я вела себя как человек, которому неудобно смотреть порно с кучей обдолбанных мужиков. — Я сохраняю спокойный тон и опускаю подбородок, избегая зрительного контакта.
Его руки обвиваются вокруг моего живота, и он прижимается ко мне, выравнивая свое тело с моим.
— Давай разгрузим багажник позже. — Он трется об меня, и я цепенею, как доска.
— Мне нужно выгрузить его сейчас, — говорю я ему, наклоняясь к багажнику, чтобы взять коробку.
Его руки покидают мою талию, но он кладет их на мои запястья. Он грубо прижимает их к краю открытого багажника и прижимает меня, слегка согнув спину. Тревога нарастает в моем теле, но я все еще умудряюсь разозлиться сквозь пронизывающий страх. Одно дело мимолетное прикосновение, но это уже слишком.
— Мне нужна помощь с одной проблемой, — шепчет он мне на ухо, толкая бедра вперед, прижимая свой член к моей заднице.
— Тогда иди дрочи в ванную. — Мой голос звучит неровно, и я вздрагиваю.
Одна из его рук скользит вверх по моей руке, и он обхватывает мою грудь.
— Я принял немного E, Вайолет, и это так чертовски потрясающе… все кажется таким удивительным… ты чувствуешь себя чертовски потрясающе. — Он начинает ласкать ладонями мою грудь, как будто это какой-то мячик для снятия стресса.
— Ну, это кажется глупым ходом, особенно если ты смешал его с травкой. — Я немного беспокоюсь, но не показываю этого. Я видела, что смешивание наркотиков может сделать с людьми, и это непредсказуемо, что и делает поведение Престона непредсказуемым в данный момент. И когда он становится таким, я видела, как в его глазах появляется жестокость.
— Я сделал, хотя… ничего не мог с собой поделать… и, Боже, я чувствую себя так хорошо.
— Он стонет, хватая меня за грудь так сильно, что это причиняет боль.
Свободной рукой я толкаю его под ребра и отталкиваю от себя. Его рука покидает мою грудь, когда он отшатывается назад, и я пользуюсь случаем, чтобы обернуться.
— Послушай, мне жаль, что ты выпил таблетку, от которой хочется трахнуть все, что движется. Но это не моя проблема. Это твоя. Я не собираюсь тебе помогать.
Он скрещивает руки, солнце светит позади него и отбрасывает тень на его лицо, когда его челюсть сжимается.
— Что, если бы я сказал тебе это четыре года назад, когда социальные службы попросили нас принять тебя? Что, если бы мы с Келли отказали им, потому что ты была плохой… что, если бы мы не помогли тебе?… Ты ведешь себя очень неблагодарно.
— Я не неблагодарная. Я очень благодарна вам за то, что ты и Келли дали мне дом, когда никто другой этого не хотел, но… — я неловко повожу плечами и нервно выдыхаю. — Но я не могу заниматься с тобой сексом.
— Почему? Нам могло бы быть чертовски восхитительно вместе. — Он тянется ко мне, но я протестую, отступая назад. Он вздыхает и убирает волосы с глаз. — В чем твоя проблема? И не пытайся внушить мне эту ерунду из-за того, что меня никто-никогда-не-любил-поэтому-я-терпеть-не-могу-прикосновения-кого-то-кого-я-знаю. Я знаю, что ты хочешь быть со мной, но ты не хочешь в этом признаться.
— Дело не в этом, и ты это знаешь, — говорю я сквозь стиснутые зубы, мой пульс бешено колотится. Я была не в настроении быть среди людей после звонка от детектива, и теперь мне приходится иметь дело с похотливой версией Престона, которая хочет прикасаться ко мне, чувствовать меня, заставлять меня чувствовать то, что мне неприятно.