Судьба Вайлет и Люка (ЛП)

— А может мне нравится гулять, как старая бабка? — я наклонилась так близко к нему, что смогла почувствовать жар его дыхания и заметить, насколько длинные у него ресницы. Но я сделала это только для того, чтобы спутать мысли в его голове.
Он не отстранился, и напряжение поднялось на еще одну ступень, на его лице появилось странное выражение, которое я не могла точно понять, это приводило меня в замешательство.
— Хорошо, тогда, я думаю, что должен позволить тебе хромать дальше, — он откинулся назад в грузовик и посмотрел вперед, сделав обманный бросок.
Я не знала, как ответить. И пропустила удар, что случалось достаточно редко, и может быть поэтому, я сделала то, что сделала.
— Стой, — я коснулась его руки, когда грузовик начал двигаться. Прикосновение поразило нас обоих, и я отдернула руку. — Я собиралась в Макдоналдс. Это в нескольких кварталах отсюда. Если хочешь, то можешь подвезти меня.
И снова он взглянул на меня так, будто собирался рассмеяться.
— Ладно, тогда залезай в машину, и я подброшу тебя.
Поражаясь собственной глупости от того, что в глубине души я получала удовольствие от того, что он снова помогал мне, я обошла грузовик и залезла внутрь.
Дверь скрипнула, когда я закрыла ее, и Люк в раздражении покачал головой.
— Извини, мой грузовик — куча дерьма, — он потянулся к приборной панели за сигаретами.
— Он не кусок дерьма, — я опустила окно, впустив теплый весенний ветерок, — он просто старый.
Он свел брови.
— Ты используешь интересные слова, — Люк взял сигарету в рот. — Это комплимент?
Я расслабленно откинулась на сидении.
— Сказал мне Мистер "Постою в сторонке".
Он сложил руки чашечкой вокруг сигареты и поджег ее зажигалкой.
— Ты должна объяснить мне это, потому что я не въехал.
В самом начале школы, на одном уроке английского, который у меня был совместно с Люком, профессор попросил описать нас что-нибудь в классе, что по нашему мнению было бы сложно описать. Почему-то я подумала о Люке, о парне, который всегда сидел на задней парте со скрещенными руками и "мне на все наплевать" выражением на лице. Он всегда казался неприступным, может даже замкнутым, а может, это было что-то еще. Впрочем, у него были друзья, так что в этом не было никакого смысла. После долгих рассуждений, я придумала Мистера "Постою в сторонке", и хотя я не уверена, что правильно прикрепила его к нему, но каждый раз, когда мы пересекались, прозвище всплывало в моей голове. Но я не собиралась рассказывать ему об этом.
— Не объяснять тебе, вот что делает это привлекательным, — ответила я, когда он кинул зажигалку на приборную панель.
Он глубоко затянулся, а через секунду дым окружил его лицо.
— Так значит ты не скажешь мне? — одна его рука лежала на руле, ей он повернул руль вправо и вывел машину на дорогу.
Я пожала одним плечом.
— Ну, может однажды, но не прямо сейчас.
Он покачал головой, но намек на улыбку появился на его губах.
— Ладно, но я думаю, что мне следует тоже придумать тебе прозвище.
Я повернулась боком на своем сидении, положив колено на него, любопытство вспыхнуло во мне.
— Ох, я действительно хочу его услышать. Дай подумать. Может, "Сумасшедшая стерва". "Психованный прыгун". "Старая бабка"?
Уголки его губ поднялись.
— Я думаю, что все они стали бы неплохим выбором, но я не собираюсь выбирать прямо сейчас. Я подожду до того момента, пока не найду идеально подходящее твоему… очаровательному характеру.
Я закатила глаза.
— Ха, ха, ты смешной, — вообще-то это вроде как правда, и мне пришлось постараться, чтобы скрыть улыбку.
Теперь его улыбка стала широкой, и я почувствовала, как мой сердце глупо пропустило удар. Но потом все исчезло, когда он поспешил высунуть руку из окна, чтобы стряхнуть пепел с сигареты.
— Черт, я забыл спросить, это нормально, что я здесь курю?
— Это твой грузовик, — ответила я, разворачиваясь обратно на сидении и опустив вниз ногу. — Ты можешь делать все, что твоей душе угодно.
 
— Все что душе угодно, говоришь? — он поднял голову, остановился, чтобы сделать вдох и изучал меня в это время. Мы проехали жилую часть города, и теперь заправки и маленькие магазинчики выстроились в ряд вдоль улицы.
— Что если я скажу, что хочу ехать со скоростью 100 миль в час по встречке?
— Тогда я отвечу: вперед! — в некотором роде, мне даже хотелось, чтобы он сделал это, тогда я получу такую нужную мне дозу адреналина. И эти незнакомые эмоции, что вызывал Люк внутри меня, те, которые я не чувствовала на протяжении очень долгого времени, если вообще когда-либо чувствовала, начали зарождаться во мне, то после этого они будут задушены. На самом деле я не была уверена в том, что именно ощущала. Казался ли он мне привлекательным, действующим на нервы или успокаивающим. Несмотря ни на что, я не хотела чувствовать что-либо к нему и мне необходимо было избавиться от чувств, что бы они из себя не представляли.
Он так и держал сигарету снаружи, часть пепла попадала обратно в салон грузовика и оседала на серой Henley, в которой он был, ее рукава были закатаны. Он как будто рассматривал что-то глубинное, когда смотрел на меня, возможно и в самом деле собираясь сделать то, что сказал. Я ждала с намеком на предвкушение. Даже сама идея, что моя жизнь может оказаться в опасности успокаивала меня.
В конце концов, он сосредоточился на дороге, оставив меня немного разочарованной.
— Так откуда ты? Ларами? Или ты живешь здесь из-за учебы? — довольно заурядный вопрос, абсолютно не сочетающийся с напряженностью в его взгляде.
— А откуда ты? — ответила я вопросам на вопрос, надеясь отвести его внимание от меня.
— Отсюда, — сказал он с огоньками в глазах.
Ладно, это оказалось сложнее, чем я думала.
— Кроме как гулять с блондинистой шлюхой по ночам и вторгаться в чужую жизнь, чем еще тебе нравится заниматься?
Его взгляд скользнул от дороги ко мне.
— Я думал, что ты уже знаешь, что мне нравится играть в футбол, помогать девушкам в бедственном положении и слоняться вокруг, оставаясь при этом в стороне.
Я смотрела на него невозмутимо, но смех щекотал заднюю часть горла. Прошло так много времени с того момента, когда я последний раз чувствовала краткий проблеск смеха.
— Туше, Люк Прайс.
Он прижал руку к груди в драматичном жесте.
— Я только что выиграл разговор?
— Ты так сказал, как будто мы играем в игру.
— А разве не играем? — вызов горел в его карих глазах, и я почувствовала, как что-то пробуждается внутри меня, что-то, что я не уверена, просыпалась ли когда-либо раньше.
— Может быть, — я с трудом верила, что действительно ощущаю что-то помимо оцепенения, пусть я пока и не знала, что именно. — Но я бы пока не стала рассчитывать на победу.
Он снова затянулся сигаретой и выдохнул дым. Намек на улыбку промелькнул на его лице, но тени в его глазах делали Люка Прайса нечитаемым, тайной, именно тем, чем я пыталась быть. Я бы могла надавить, чтобы узнать больше о его жизни — откуда он, чем вообще занимается, но думаю, что эти тени здесь не просто так. И если попытаюсь копаться в его жизни, он может сделать то же самое. А я не хотела, чтобы он или кто-либо еще узнавал меня, потому что это пустая трата времени. В конце концов, он все равно уйдет. Все уходят.
Люк
— Знаешь, на самом деле я не фанат гамбургеров, — сказал я. Мы сидели за столиком в Макдональдсе напротив друг друга с подносом еды, стоящем между нами. Я пытался разговаривать на легкие темы, после того как мы затронули более сложные в машине. Из-за нее мои мысли сплелись в клубок. Мало того, что это та девушка, которая выпрыгнула из окна, к тому же она пришла в невероятное возбуждение, когда я сказал, что мог бы поехать по встречке со скоростью сто миль в час. Вайлет, как будто хотела, чтобы это произошло, и я не мог перестать гадать, что происходит в ее голове. Желание узнать, практически превратилось в навязчивую идею. И это мгновенно заставило меня отступить.