Боташка (ЛП)

— Вообще-то, она моя спутница, и она и так горячая штучка, — сказал Остин, немного покраснев. — Не слушай его, Салли. Ты определенно горячее, чем многие, если не самая горячая девушка здесь.
Как бы сильно я ни наслаждалась тем, что Остин отстаивал мой уровень великолепия, я была готова закончить этот разговор и пойти смотреть кино. Я не думала, что Хукер может превысить фиаско с Дейзи, но это вне конкуренции. Это официально было мое самое неловкое свидание.
— Мы идем? Уже почти полночь. — Не дожидаясь ответа, я потащила Хукер ко второму залу справа, оба моих спутника последовали за нами. — Скажи мне, что не делала этого.
— Я хотела, чтобы тебе было из чего выбирать, — стала объяснять она. — Два парня, одно свидание, шансы на успех удваиваются. Разве не гениально? На этот раз ты можешь выбирать: умный и странноватый — опять же, мальчиковая версия тебя — или сексуальный и... сексуальный.
— Ты передо мной в долгу за это.
— Знаю, знаю, — сказала она, сверкая глазами. — Но определенно после этого тебе будет что записать в твой дневник. И респект за сексуальную прическу. Я прям завидую. У меня так никогда не получится.
Я чуть не споткнулась.
— Что?
Хукер кивнула.
— Тебе идет. Теперь все, что нам нужно, — найти подходящий лифчик, чтобы придать твоим девочкам более презентабельный вид, и ты в дамках.
Закатив глаза, я пошла по проходу, чувствуя, что мне нехорошо. Поддерживающий лиф был последней из моих проблем. Это было ясно еще до начала просмотра трейлеров.
В итоге я села между Остином и Чезом. Первый предложил мне подлокотник, спросил, удобно ли кресло, поинтересовался, нужно ли мне что-нибудь из буфета. К десятому вопросу— «Почему людям нравятся Люди Икс? Лига Справедливости круче» — мне было уже достаточно. Кино — не место для разговоров, и нескончаемые вопросы уже пора было прекратить. Кроме того, все знали, что это несопоставимо. Члены Лиги Справедливости были лишь подражателями Людей Икс, просто и ясно. От того, что он каждые пять секунд шептал что-нибудь мне на ухо, я едва слышала, о чем говорили в фильме.
Чез, хоть и не такой болтливый, был так же невыносим, но по другим причинам. Он пытался положить свою руку мне на бедро, несмотря на то, что я множество раз сбрасывала ее. Его постоянные попытки заглянуть в вырез моей футболки привели к тому, что я так близко наклонилась к Остину, что один раз мы даже стукнулись головами. Обломавшись, Чез развалился в своем кресле и сказал мне, чтобы я пошла и купила ему большую колу и попкорн с дополнительной порцией масла. Услышав его слова, Остин возмутился, назвал его кретином, и эти двое начали спорить и переругиваться через мою голову.
Перепалка не прекращалась до тех пор, пока не подошел один из парней-секьюрити и не пригрозил вышвырнуть нас. После этого они, к счастью, замолчали. Но к этому времени кино практически закончилось.
Когда пошли титры, Чез потянулся, а потом сказал:
— Похоже, правду говорят, Шпиц. Ты и впрямь зажатая.
Я резко развернулась к нему:
— Прости, что?
— Зажатая, — повторил он. – Ну, типа фригидная.
— Кто так говорит? – спросила я, не веря своим ушам. Я была рада, что Остин где-то внизу – ищет под сиденьем свой телефон. Он уронил его во время просмотра фильма. Мне бы не хотелось, чтобы это кто-то услышал.
— Люди, — пожал плечами Чаз. — Лилиан сказала, что ты совсем отчаялась.
Хукер придется многое объяснять.
— Ich bin nicht das, was Du gerade über mich gesagt hast, — прошипела я. — Und Du bist ein Idiot. (прим. — с немецкого — Я не такая, как ты говоришь. А ты — идиот!)
Судя по растерянному выражению его лица, я, похоже, произнесла все это на непонятном для него немецком. Плюс-минус несколько ругательств.
— Неважно.
А потом он ушел. Слава богу, потому что еще две секунды, и я бы использовала против него хук слева, как меня учил Бекс.
— Итак, — сказала Хукер, подойдя ко мне, — как все прошло?
Мои брови поднялись, я набросилась на нее.
— Ты сказала ему, что я отчаялась?
Ее глаза расширились.
 
– Он не должен был говорить тебе этого.
— Хукер, — простонала я.
— Хорошо, хорошо, — сказала она. — Прости. Чаз был чем-то вроде крайней меры. Шикарные волосы, упругая попка, но в голове пусто. А что насчет Остина?
Я покачала головой. Как это могло быть моей жизнью?
— И он тоже не то? — спросила она. — Хорошо, не проблема. Следующий будет лучше, обещаю.
— Не будет никакого следующего. С меня хватит. — Она отошла, а я встала в конце ряда в позу а-ля Россомаха и сделала последнюю попытку. — Ты слышишь меня, Хукер? Хватит. На этот раз я серьезно.
— Да, хорошо, — бросила она — пока, Шпиц.
— Салли? — Остин терпеливо ждал возле двери, с телефоном в руке. — Ты готова?
— Да, — ответила я, дурно себя чувствуя. Я забыла о его присутствии. — Прости за все это. Я понятия не имела, что Хукер приведет для меня еще одного спутника.
— Все нормально.
— Спасибо за понимание. 
Дойдя до него, я покачала головой.
— Остин Харрис, ты слишком милый, себе же во вред.
Остин молча шел рядом, казалось, он глубоко задумался, и я испугалась, что сказала что-нибудь не то. Нам обоим пришлось пережить эти ужасные два часа с Чезом Нили. Этого было достаточно, чтобы испортить настроение кому угодно.
Как только мы вышли наружу, он остановил меня, положив свою руку на мою.
— Салли, — начал он нерешительно, — есть… кое-что, что я хочу сказать... но я не хочу расстроить тебя.
«Так вежливо», — подумала я.
— Хорошо, я слушаю. 
Как бы там ни было, вряд ли это что-то плохое.
Сделав глубокий вздох, он сказал:
— Я думаю, что люблю тебя.
Я выдохнула со свистом.
— Я знаю, что это внезапно, — сказал Остин, взяв меня за руку. — Я знаю, что мы только встретились, но... Я также знаю, что чувствую. Я никогда не встречал девушку, с которой мне было бы так легко общаться. Салли, я просто чувствую. Ты для меня единственная.
Я ответила не сразу. Мой шок был столь сильным, я была настолько удивлена, что едва не проглотила язык.
— Остин, — произнесла я, пытаясь сохранять спокойствие. Ситуация требовала деликатного подхода.
— Да, любимая?
О, это конец.
— Ты сумасшедший?!
— Но....
— Нет, — сказала я, сделав шаг назад. — Ты не можешь говорить серьезно.
— Но, Салли, я люблю тебя!
Его лицо было таким открытым, он казался таким уверенным. Наряду с тем, что его признание напугало меня, я почувствовала искреннее сожаление по отношению к парню. Остин Харрис явно был чокнутым, но чокнутым с сердцем.
— Нет, Остин... — Я покачала головой и заставила свой голос звучать как можно нежнее. — Не любишь. Ты едва знаешь меня.
— Я знаю, что чувствую, — сказал он решительно. — Я люблю тебя, Салли Шпиц, вот и все. — Он сделал паузу, чтобы взглянуть мне в глаза. — Ты... испытываешь что-нибудь ко мне?
— Да, дружеские чувства, — ответила я. — Я бы хотела называть тебя своим другом, Остин, но не более того. Прости.
Глядеть на то, как с его лица исчезала надежда, было подобно пощечине.
— Я все понимаю, — сказал он, ударяя носком своего ботинка по тротуару, глядя куда угодно, только не на мое лицо. — Я на самом деле выставил себя дураком, да?
— Нет, — ответила я. — Ты хороший парень, Остин. Есть кто-то и для тебя. Просто это не я. — Я протянула руку. — Так... друзья?
— Друзья, — согласился он, и мы пожали друг другу руки. — Ты готова идти?
Вспомнив его более чем безопасное вождение, я быстро все обдумала.
— Иди. Я думаю, что остановлюсь у Паулы на кусочек пиццы. У них открыто до полуночи.
 
— Но как ты доберешься до дома?
— Я поймаю попутку. — Я махнула, чтобы он шел к машине. — Иди, со мной все будет в порядке.
— Хорошо, если ты уверена. — Остин снова взял мою руку и поцеловал тыльную сторону. — Приятно было познакомиться, Салли.