Бабочка огня (СИ)

– Не откажусь, прямо сейчас и начну!
За работой на Василисином подворье Илья продолжал обдумывать сложившуюся ситуацию. Не покидала его мысль о том, что ДТП вполне могли подстроить. Но захочет ли Кречетов, чтобы открыли дело? Ему светиться ни к чему.
– А ведь все равно будет рыть, – пробормотал он, забивая гвоздь. – Значит, и мне надо узнать. Первому.
Илья достал телефон и позвонил знакомому оперативнику с просьбой наведаться вместе с ним в «Занзибар», чтобы посмотреть записи видеокамер. Чтобы все успеть, Илья подтянул рукава и стал работать с удвоенной силой.
    
Глава 37
 
Рита
Я собрала всю волю в кулак, чтобы ничем не выдать свое состояние детям. Читала, объясняла, рассказывала и занималась с Ваней развитием речи. Но мальчики словно считывали мое настроение: касались меня, заглядывали в глаза и демонстративно шалили. Наверное, чувствовали, что мысли мои заняты чем-то другим, и пытались привлечь мое внимание. Но я и так думала только о них, просто к этим мыслям примешивался страх неизвестности и жалость к их матери. Да, я жалела Ольгу! Слезы подступали к моим глазам, и мне было невероятно трудно сдержать их. Судьба Ольги Кречетовой совсем не похожа на судьбу моей матери, но бесславный конец их обеих заставлял меня думать об этом с горечью и болью.
Будь я моложе, меня бы, как и Танюшку, отдали в детский дом. Может быть, если бы мы попали туда вместе, я бы даже не огорчилась, но теперь, когда я выросла, чувство стыда за невозможность заботиться о ней заставляло меня чувствовать себя никчемной. Я знала, что мне потребуется время, чтобы встать на ноги, но для такой нищебродки, как я, это время растягивалось на долгие годы. Ох, как права Таисья, когда все время тычет меня носом! Я не должна забывать о своей главной цели. Однако я понимаю, что быстрые деньги просто так не даются, а если оказываются в досягаемости, то значит, рядом обязательно находится мышеловка.
Кречетов, разумеется, не сдаст своих детей в детский дом. По сути, мальчики могут даже не ощутить каких-то заметных изменений в своей жизни. Но они растут и совсем скоро будут задавать вполне резонные вопросы. Их отец не сможет все время держать их взаперти, он и сам это понимает.
Так что я ждала того момента, когда он придет.
Но до обеда так никто и не появился. Я спустилась, чтобы разогреть обед и накрыть на стол. Через окно наблюдала за тем, как отъезжают и приезжают машины. В холле приглушенно звучали голоса и хлопали двери.
Кречетов появился около трех, когда я уже уложила детей. На дневную прогулку я их не повела, потому что во дворе находились чужие люди. К ним чуть позже присоединились хозяин и Дмитрий.
Я вышла из детской и увидела Кречетова.
– Михаил Айвазович... – Я замерла, стараясь ничем не выдать того, что знаю.
– Рита, кое-что произошло сегодня, – начал он. – Нам нужно поговорить.
– Да, конечно, – пожалуй, слишком поспешно ответила я. – Мне подойти в ваш кабинет?
– Нет, – покачал он головой. – Ольга погибла, разбилась на машине.
Я автоматически потянула дверь детской на себя.
– Мне очень жаль... Примите мои соболезнования. – Опустив глаза, я стояла, не в силах посмотреть на него. – Вы... вы скажете об этом мальчикам?
– Да, конечно.
– Только, пожалуйста, сделайте это аккуратнее!
– Это как? Завернуть про небеса и все такое?
– Почему бы и нет. – Я стиснула зубы.
– Приведи их ко мне.
– Сейчас они спят.
– Хорошо, тогда приведи, когда они проснутся! – Рявкнул Кречетов.
– Поняла! – В том же духе ответила я.
Наши взгляды пересеклись. Желваки на лице Кречетова ходили ходуном. Он развернулся и ушел, а я еще несколько секунд стояла в коридоре, усмиряя разгоревшуюся внутри злость. Я боялась того, как он будет разговаривать с детьми и боялась их реакции на этот разговор. Поэтому бросилась следом за хозяином и догнала его у дверей в комнату Ольги.
– Михаил Айвазович, подождите!
– Что тебе?
– Мне – ничего. Я просто хотела сказать вам, что мне действительно жаль вашу жену. Но если бы вы хоть на минуту задумались о том, что этого могло бы не случиться, если бы вы...
Кречетов открыл дверь и вошел внутрь. Я стояла снаружи и не знала, как поступить. Была ли эта раскрытая дверь приглашением войти, или он просто ушел от разговора.
– Иди сюда! – Раздался его голос.
Я встала на пороге и вдохнула запах духов, которым пропитался воздух в комнате.
– У нее было все! Я дал ей все! – С яростью в голосе сказал Кречетов, остановившись у окна.
– Вам виднее. – Я оглядела дорогую мебель и безделушки. Дверь в гардеробную была открыта: за ней – многочисленные вешалки с нарядами и полки с туфлями и сумками.
– Любая отдала бы все за такую жизнь!
Я не удержалась и хмыкнула. Его фраза оказалась очень созвучна с тем, что произошло с Ольгой. Добавить мне было нечего.
Кречетов медленно повернул голову, а я сжалась под его пристальным взглядом.
– Ты что-то знаешь...
– Я? О чем вы?
– Ходишь здесь, вынюхиваешь...
Я подумала о том, что слышала, как Ольга разговаривала с кем-то по телефону. Тогда мне показалось, что с мужчиной. Но говорить об этом Кречетову я не собиралась. Мое положение в его доме и так было похоже на осадное, так что...
– Вы ошибаетесь, Михаил Айвазович. Все, что меня интересует, это благополучие ваших детей, – тихо произнесла я.
– Ей было почти столько же, как и тебе, когда мы встретились. Она сама подошла ко мне.
Я отвела глаза и мысленно продолжила: «...наверное, потому что знала, кто ты». Девушки влюбляются в артистов и киноактеров, но для некоторых этого мало, и тогда они находят себе подобных типов с отрицательной энергетикой и таинственным флером. Моя бабка, кстати, тоже была такой: любила деда Толю до потери пульса, а когда его посадили, ждала, не обращая внимания на злые языки. В отличие от Ольги Кречетовой, она не купалась в богатстве, честно трудилась медсестрой в больнице. Жаль, умерла рано от тяжелой болезни. Дед Толя так и не женился потом, воспитывал дочь один.
– Похороны послезавтра.
– Вы хотите, чтобы дети тоже присутствовали? – Осторожно спросила я.
– Разумеется. И ты тоже.
Спорить с Кречетовым было бессмысленно. Когда я уходила, то пребывала в отчаянии от свалившихся на меня трудностей. Я не обладала нужным опытом в таких делах и переживала: смогу ли стать поддержкой для детей в эти сложные дни. Но все же надеялась, что детские умы еще не могли в полной мере осознать постигшую их трагедию. А это была трагедия, в любом случае, уж я-то точно это знала.
  
Глава 38
 
Рита
Когда дети проснулись, я умыла их и накормила полдником, который принесла в детскую. Как всегда, я не следовала приказам хозяина, когда дело касалось мальчиков. Тянула время, размышляя над тем, как пройдет их разговор с отцом. Несколько раз я была близка к тому, чтобы самой рассказать им о случившемся, но в последний миг что-то удерживало меня от этого шага, будто в насмешку за мою сомнительную решимость.
– Ребята, сейчас я отведу вас к папе, – сказала я, собирая чашки.
– Зачем? – Нахмурился Макар, кусая яблоко.
– Зачем? – Тут же повторил за братом Ваня, выстраивая башню из круглых печенюшек.
– Ему нужно сказать вам кое-что важное. Я сейчас вернусь, а вы пока поиграйте, хорошо?
Я спустилась на кухню и вымыла посуду. Через окно увидела говорящего по телефону Дмитрия. Он обернулся и посмотрел в мою сторону. Затем несколько раз кивнул и махнул мне рукой, вероятно, подзывая к себе. Я удивилась, но вышла на улицу.
  
– Ты как, справляешься?
– Да, конечно.
– Нужно заказать доставку продуктов?
– Вы имеете в виду, для детей? – Уточнила я.
– Если что-то понадобится, скажешь мне, – Ответил Дмитрий и отошел, продолжая говорить по телефону.