Займемся текстом, профессор (СИ)
Сама не ожидала от себя, но проблемы решились сами, все как-то устаканилось. К тому же удалось разрешить ситуацию с землей и больше нам никто не досаждал. За это спасибо, конечно, отцу ребят, он решил вопрос быстро. Вот только он вряд ли рассчитывал, что мы когда-либо еще встретимся, точнее, что будем это делать раз в две недели на семейных ужинах, но Арсений меня таскал с собой, не оставляя одну почти ни на минуту.
Порой я уставала, хотелось побыть наедине с собственными мыслями, но Миронов долго пробыть в одиночестве мне не давал. Однако и злиться на него было невозможно, он дарил мне тепло и внимание, заботился и оберегал, а еще старался, чтобы на моем лице чаще сияла улыбка, разве можно не оценить это? Вот и я не смогла.
— На выходные рванем к твоим? — поинтересовался Миронов.
— С радостью. И мои будут довольны, особенно Аленка, она привет тебе передавала.
— Круто. Сам соскучился по сельским пейзажам, тем более, когда все знают, что искать в вашем огороде нечего.
— Ага, благодаря кому? — хмыкнула я, покосившись на мажора. — В чью голову пришла очередная бредовая идея?!
— Но выгорело же, — развел он руками.
— Однако я бы не додумалась до такого.
— Вот, — протянул он, — просто надо было пустить слух, что в ваших грядках действительно спрятан клад, — засмеялся заливисто Арсений.
— Я бы взглянула на сокровище одним глазком хотя бы, — вздохнула с грустью.
Миронов приобнял меня за плечи, закопался носом в волосы, вдыхая аромат, а потом произнес:
— Да сколько их будет еще на нашем веку, Оль, зато главное сокровище мы все же нашли — это ты и я.
— Ага. Особенно ты, такое уже… — закатила я глаза, фыркнув назло ему.
— Прекрасное, — выпятил он грудь вперед колесом.
— Ну, ничего так.
— Во-о-от, наслаждайся, любимая. Кстати, что там по легенде-то? Государство забрало у нас больший процент или?
— Или, — выдохнула медленно, — продали и купили квартиру, — отыскала я в кармане связку ключей от съемной.
— Какие мы молодцы.
— Точно, особенно молоть языком.
— Ничего, Оль, все будет. Главное — теперь можно не бояться непрошеных гостей, жить и радоваться новому дню.
— Мы этим и занимаемся вроде. Ты, конечно, до ужаса суматошный, — потрепала его по макушке, — но без тебя ничего бы не вышло. Спасибо.
— И тебе, что ты у меня есть. Люблю, — поцеловав Арсений меня в щеку, позволяя утонуть в его объятиях.
Это странная история.
Казалось изначально, что ничего не выйдет. Мы такие разные. А получилось все иначе. В лице друг друга мы отыскали не только поддержку и опору, друга, но и любовь. Хотя, мне кажется, еще, что я пока не до конца осознала, как это любить по-настоящему, но уверена была, что научусь. Обязательно. Ведь чувство, что было внутри, росло. И стоило взглянуть в глаза Арсения, как сердце начинало биться чаще.
Да мне повезло.
Повезло, что все хорошо завершилось, что нам не дали срок, даже административка не светила, а ведь мы напросились тогда не слабо.
Каким-то чудом и стараниями Мироновых обошлось. Везение в мою жизнь постучалось после всех перипетий, что были. Оставалось лишь не потерять это, не разорвать тонкую нить. Сохранить эмоции, веру и чувства.
— Я еще долго, похоже, буду помнить лицо Гургена, — по дороге промолвил Арсений. — Такой удивленный был, когда узнал правду. Почти правду.
— Любой бы удивился. Он рассчитывал на бонусы, а в итоге получил дулю. Обидно парню. Да и папаше его горько. Гонялся за богатством, а мы его перехитрили.
— Ничего, — задумчиво произнес Миронов, — зато будет знать впредь, как заглядываться на чужих девушек и губу раскатывать на то, что ему не принадлежит.
— Да уж. Повезло нам. Надеюсь, удача не решит изменить.
— Даже если и так, у нас есть мы. Ну, что… Займемся текстом? К счастью, алиби больше придумывать не надо.
— Мажор, — закатила я глаза, толкнув его легонько локтем в бок.
— Вообще-то, я о приличных вещах, — фыркнул Арсений, — хотя ход твоих мыслей…
— Замолчи, пожалуйста, — рассмеялась в ответ. — Займемся, ага… Впереди еще два экзамена. Один из, кстати, у профессора.
— Севка нас любит, конечно, но не настолько, чтобы еще встречаться на пересдаче. А вот я тебя очень!
— И я тебя люблю, Сень, — пригладив его вихры от ветра, промолвила тихо.
Конец