Темный Нижний (СИ)

Всем присутствующим стало очевидно, что исключить из предстоящего дела полицейского не выйдет. Если слишком настаивать, он точно что-нибудь плохое заподозрит. Птицын решил, что знакомство полезное, да и нравился ему лейтенант, несмотря на неудачную первую встречу и общую недоверчивость и подозрительность приятеля. Чего обижаться? Профессия такая, накладывает отпечаток.
Валерка позвал полицейского в лабораторию — заниматься защитой. Раз уж всё равно придётся делать, пусть помогает, чем без дела сидеть. К тому же от будущего охотника на вампиров не укрылась оговорка Демьяна про «почти все ингредиенты для привады». Ключевое слово — почти, и Птицын даже не сомневался, чего именно Демьяну не хватает. Крови девственниц, тут и думать нечего. Вот пусть и добывает, тем более что в честности упыря можно не сомневаться. Убивать «доноров» он точно не станет. Лёха же, наверняка таким доверием не проникнется, и если ему дать время, успеет проанализировать разговор. Опять, небось, начнёт возмущаться и скандалить.
— Лёш, пока мы тут с Алисой всё подготовим, ты подумай, пожалуйста, где лучше это мероприятие проводить? — попросил Птицын. — Ну, чтобы без лишних свидетелей.
— Так, может, прямо на льду? На Гребневых песках, например. С одной стороны — центр города, с другой, место — безлюднее некуда, — предложил полицейский. — Добираться туда, конечно, неудобно, по снегу-то…
— Не подходит, — вмешалась Алиса, возившаяся как раз с тиглем. — Вампиры — почти нежить. Они не любят текущую воду. Остров — самое безопасное место, чтобы от них спрятаться. Я не знаю, о какой приваде говорит Демьян, но не думаю, что они решатся перейти реку по льду даже ради неё.
— Блин, как непросто-то всё, — ругнулся лейтенант. — А если просто на берегу? На пустыре за заводом Балтики? Там сейчас и днём-то никого, а ночью даже случайных бухариков не будет. И от центра, опять же, недалеко. Если географически смотреть.
Валерка на всякий случай глянул на карте и решил, что место подходящее. Был он в этих местах, летом — действительно, очень глухие. Должно подойти.
  
Глава 6
 
В которой герои собираются на охоту
 
Работа по усовершенствованию доспеха на удивление увлекла. Тут, конечно, сыграл свою роль тот факт, что для себя делали, для своей собственной безопасности, и от результатов зависит целостность собственной тушки, но и вообще было довольно интересно. Правда, без помощи Алисы Валерка бы точно не справился. Серебро — это не свинец, металл достаточно тугоплавкий и в обработке сложный. Оружие ближнего боя для себя у Птицына уже было — два кастета, железный и серебряный. Пистолет, к слову, тоже был в наличии, даже какой-никакой запас патронов, в пули только нужно было добавить серебра. Лейтенант крайне неодобрительно отнёсся к наличию у гражданского незарегистрированного боевого оружия, да ещё и явно криминального. Валерка прямо чувствовал, как Лёха пыхтит от возмущения, однако необходимость такого оружия полицейский, скрепя сердце, признавал.
— Я только надеюсь, что ты не станешь применять его против обычных людей, — не выдержал всё-таки Алексей. — И вообще не будешь его применять в обычной жизни. Это не игрушка. Ох, посадят меня, как пить дать посадят, когда тебя заметут.
— Блин, Лёш, вот я сплю и вижу напиться пьяным и в центре города салют устроить из боевого оружия. У тебя чего, профессиональная деформация? Все, кто в полиции не служат, по умолчанию идиоты? Да сто лет мне эта стрелялка не нужна! И кастеты, к слову, тоже. Но вот никак без них не получается, хоть убей. Знаешь, сколько раз меня за последние дни ломали? Руки там, рёбра? Я уже и сам со счёта сбился!
— Что-то по тебе не заметно, что у тебя много переломов.
— Да понимаю, звучит неправдоподобно, — вздохнул Валерка. — Но вон, видел, как я себе серебром на ладонь капнул двадцать минут назад?
— Ну, видел. Говорю же, обработать надо!
— Вот на, смотри. Чего тут обрабатывать? — Птицын протянул ему ладонь. Совершенно чистую, и без всяких ожогов, только по пятнышку светлой кожи можно было определить, куда капнуло серебро.
 
Лёха не поверил, схватил другую руку, заставил раскрыть ладонь.
— Тут вообще ничего нет, — ошарашено констатировал лейтенант. — Это чего, ты тоже монстром заделался?
— Да сам не знаю, — вздохнул Птицын. — Меня же в вампира обратить пытались, собственно, пистолет этот я тогда и добыл. Ну и вот. Пытались, но не обратили. Но видно, какая-то часть способностей передалась — по крайней мере, заживаю я теперь быстро. Ещё бы так часто это не проверять — вообще хорошо бы было.
— Охренеть! — удивился лейтенант. — Регенерация, как у Росомахи, получается. Да ты прямо супермен! Хотя… точно на кровушку не тянет? — Лёха слегка отстранился. — Ну ка посмотри на меня. Как, вкусным не кажусь? Не тянет на кровавый поцелуй? Жилку на шее видишь, бьётся? Соблазнительно?
— Отстань, гомосек! — возмутился Валерка. — Не тянет меня на кровь, не тянет!
— Блин, я тоже так хочу!
Валерка вспомнил, как себя чувствовал, когда ему в горло лилась вампирья кровь, какие дикие были после этого видения, как душу, казалось, просто разрывает на части.
— Нахрен такие приключения, — передёрнуло парня. — Даже вспоминать не хочу. Ты лучше скажи — меня не найдут по пальчикам? Ну, в том вампирском гнезде я много где наследил. Да и крови, наверное, полно моей… Но кровь ладно, а пальцы ты у меня сам лично откатал совсем недавно.
— Не знаю, — помрачнел Алексей. — Вообще не должны. Но могут и найти. И если найдут — я тебя не прикрою, не смогу просто.
— Замечательно, — вздохнул Валерка. — А так, если чисто теоретически, эти мои пальцы, которые в палатах Олисова остались, они где хранятся?
Лёха сокрушённо покачал головой.
— Ох, пойду я с тобой по этапу. Я даже представить боюсь, какой сейчас переполох творится у тех ребят, которые этим делом занимались. Или будет твориться, когда они обнаружат, что половина трупов исчезла из морга. Это не просто скандал, это прямо скажем, — он покосился на Алису, — факап это, короче. Если ещё и вещдоки начнут исчезать, там вообще всё плохо будет. Подставили вы парней, хуже некуда. Они ведь за вещдоки ответственность несут! Блин, чувствую себя крысой, своих топлю. Скажу я, где всё хранится.
— Я подумаю, как сделать так, чтобы их не подставить, — помрачнел Птицын. — Когда трупов хватятся?
— Их уже описали, сразу, как привезли. Вскрытие, всего скорее, через пару дней делать будут. Тогда и обнаружат.
— Значит, день у нас есть. Завтра будем думать тогда.
— Там странно, на самом деле, — признался полицейский, — дело-то громкое должно быть. Куча трупов в доме, кровавые ритуалы, наркоманы, всё такое. Должно было и в прессу просочиться уже, и вообще… ну, ты отстранённо взгляни на ситуацию. Я понимаю, для тебя такое уже стало обычным, но вообще-то в городе таких массовых убийств и не было никогда. По идее, тут уже все должны на ушах стоять, а ничего не происходит. Как будто обычная бытовуха, типа как двое алкашей друг друга порезали. Да ведь у нас даже когда такое происходит, всё равно в каком-нибудь «Кстати» упомянут, а здесь вообще молчок.
Птицын криминальную хронику раньше не отслеживал, да и не до того ему было, поэтому на странности до слов лейтенанта внимания не обращал. «А ведь действительно, необычно как-то, — задумался парень. — Хотя пока мне это на руки. Надо, в общем, разобраться, но лучше после охоты».
Так, за разговорами, закончили Валеркин доспех и занялись защитой Лёхи. Птицын своей обновлённой мотоциклетной курткой был очень доволен. По улицам теперь в таком точно не походишь, если только на какой-нибудь фестиваль, ведьмака косплеить, зато надёжность буквально чувствовалась. По воротнику шла серебряная насечка, все кнопки и молнии заменили на пуговицы — серебряные, конечно. На плечах и локтях появились тонкие пластинки наплечников, по рукавам тоже шла серебряная насечка. И ещё пара железных цепей крест-накрест, через грудь и спину — это уже не против вампиров, понятно, а против тех, кто боится железа. Второй раз работа шла проще, тем более, пуховик у лейтенанта был не такой плотный, как мотоциклетная куртка Птицына. Правда, и видок получался дивно эклектичный — металлические заклёпки и прочие «украшения» нормально смотрятся на кожаной куртке, но очень, очень странно на обычном серо-синем пуховике.