Лотерея соблазна

– У тебя сломан звонок? – спросил он.
– Звонок?
– Да, я звонил, прислушался, но не услышал его звук внутри.
– Странно.
– А почему дверь не была заперта?
– Была, я точно помню, – прищурилась Тиффани.
– Неужели? – Он вышел в коридор и указал рукой на распахнутую стеклянную дверь.
– Последнее время я очень рассеянная, – смутилась Тиффани.
– В доме так громко играла музыка, что сюда мог кто-то войти, ты бы не заметила.
  
Она вскинула подбородок:
– Мне повезло, этот кто-то просто наблюдал за мной в окно.
Его бросило в жар.
– Я бы там не оказался, если бы дверной звонок работал.
Они оба были не против небольшой словесной перепалки – способа снять напряжение и неловкость. Атмосфера между ними неожиданно накалилась, и появилось желание пожалеть и защитить Тиффани, на что он не имел абсолютно никакого права.
– Видимо, он внезапно сломался. – Она достала телефон и вгляделась в экран. – Возможно, какой-то сбой в приложении.
– Хочешь, я посмотрю.
– Потому что твой мужской мозг в этом сильнее?
– Потому что ты щуришься, значит, забыла надеть линзы.
Благодаря умной и душевной маме, множественным талантам сестры Мэгги у Тиффани не развилась уверенность в мужском превосходстве.
– Спасибо. – Она передала ему телефон и, переступая босыми ногами, указала на коробочку в его руках. – Это мне?
Он совсем забыл о ней и сунул под мышку, когда брал телефон. К тому же под топом не было белья, что очень отвлекало.
– Да. Для вас обоих. – Взгляд его скользнул по животу.
– Тогда лучше открыть ее в детской, – заключила она, принимая подарок.
Он прошел за Тиффани в комнату со свежевыкрашенными стенами и сделал вид, что очень увлечен ими.
– Я решила выбрать нейтральный цвет. Буду следовать этому правилу во всем.
– Не затруднит ли это выбор одежды?
– Совсем нет. Сейчас много вещей разных цветов, подходящих любому полу… Ох!
Тиффани вскрикнула, заставляя отвлечься от стен и перевести взгляд на нее. Кончики пальцев прижаты к губам, глаза широко распахнуты и сияют.
– О, Престон. Она такая красивая. – Тиффани засмеялась. – Думаю, придется попросить тебя прочитать, что на ней написано.
Он так и сделал. На глаза ее навернулись слезы и потекли по щекам.
– Сначала я помешал твоему пению, теперь еще заставил плакать.
Она махнула рукой:
– В последние дни я плачу от всего. Видел бы ты утром меня у холодильника, смотрящую на завядшую клубнику.
– Тебе было жалко ее?
– Мне было жаль, что все ее подруги стали красивыми, когда их окунули в шоколад, а она нет.
– Я знаю одного парня, который владеет ранчо, так что готов забрать у тебя все испорченные продукты. Козы, знаешь ли, не так привередливы.
Тиффани осторожно положила погремушку в коробку.
– Ты готов это сделать?
– С радостью. Как и многое другое, что убережет твои прекрасные глаза от слез.
Она улыбнулась, вытерла глаза краем топа, открыв на несколько мгновений гладкий и совершенно плоский живот.
– Ты вовсе не обязан это делать, Престон. Забудь все, что я сказала у клуба, я не хочу портить тебе жизнь.
Он подошел ближе.
– Собственно, об этом я и пришел поговорить.
– О чем?
– О том, как я глупо себя повел. В тот день у нас с отцом случилась небольшая размолвка, я был на взводе. Я старался сохранить спокойствие и, видимо, выглядел как робот.
– Я бы не сказала, как робот. Как киборг, возможно. – Тиффани наклонилась, взяла валик и принялась водить по лотку.
– Тебе не нужна помощь?
Она обернулась через плечо.
– Ты неподходяще одет. – Сказанное отвлекло, валик выскользнул из пальцев и упал в краску. – Черт! – Она принялась озираться в поисках салфетки.
– Позволь мне.
Престон увидел пачку салфеток, протянул одну Тиффани. Она вытерла руки, принялась убирать мешающую прядь волос и испачкала щеку.
Престон вытащил еще одну салфетку.
– Иди сюда, надо стереть, пока краска не высохла, иначе у тебя будет макияж в стиле «пески пустыни».
– К твоему сведению, этот цвет называется «альпака в дымке».
– Непонятно, что смешнее. Кому из маркетологов пришло в голову использовать в названии цвета жвачное животное? И почему ты, имея столько вариантов, решила купить именно его?
– Честно признаюсь, у меня была мысль использовать тему альпака.
– Что это за тема?
– Для детской и для малыша. Постельное белье, одежда, декор и прочее. Все с изображением альпака или из альпака. Алиша сказала, все это можно найти в специальном магазине в Коулмане.
– Я бы с удовольствием посмотрел на это. Как-нибудь можем сходить вместе.
– Правда?
Он кивнул.
– Коулман достаточно далеко от места, где каждое наше появление вместе вызовет поток сплетен. Может, мы даже сможем поставить машину у магазина и войти в него вместе. Как думаешь?
Тиффани насупилась.
– Когда пройдет мероприятие Миши, я, пожалуй, возьму настоящий отпуск.
Престон ощутил, как сердце сжимается от боли. То, что отец не заметит его отсутствия в течение долгого времени, равно нулю. Как было бы прекрасно провести целый день с Тиффани без посторонних глаз, не беспокоясь о том, что их увидят и что скажут!
Он бросил на пол грязную салфетку и медленно заправил за ухо упавшую на лоб прядь.
– Хороший план.
Они замерли друг напротив друга, ни один не пошевелился. Престон ощущал ее теплое дыхание в том же месте, где и в прошлый раз. Но тогда Тиффани уснула прямо на нем, а он мечтал, поглаживая ее спину и восхищаясь шелковистой кожей. Момент тот был слишком прекрасен, чтобы длиться долго.
И они создали вместе самое прекрасное, что только могли.
Теперь ему надо понять, как заботиться о своем ребенке, и не влюбиться до безумия в его мать, и не поставить под угрозу будущее, к которому шел так много лет.
Престон сделал шаг назад, чтобы сохранить хотя бы остатки здравомыслия.
– Обещай, что дашь мне знать, если нужна будет помощь.
– Обещаю, – кивнула Тиффани.
Престон направился в гараж и крикнул через плечо:
– Запри за мной дверь!
От того, как он себя поведет, зависело очень многое в его мире, потому смог заставить себя уйти.
Хотя до самого дома ощущал аромат духов Тиффани, слышал ее чарующий смех.
 
Глава 4
 
Сигнал телефона прервал восхитительный сон, пожалуй, самый восхитительный из всех, что видела Тиффани. Она металась в темноте, шарила рукой по тумбочке, все еще явственно ощущая на себе тяжесть тела Престона. Она обнимала его в ответ. Тиффани уставилась на экран и заморгала.
– Привет, Мойра, – ответила она. – Что случилось?
– Извини, что звоню так рано.
Услышав тревогу в голосе сотрудницы, Тиффани села в кровати.
– Ты в порядке?
В трубке послышались всхлипы.
– Вчера вечером мы со Стефом пошли выпить. Кажется, мы ничего такого не ели, но нас тошнило всю ночь.
– Пищевое отравление?
– Полагаем, что да. Я попытаюсь найти кого-то нас заменить, но…
Рвотные позывы заставили ее прерваться. Потом приглушенный звук смыва унитаза, и Мойра, кашлянув, произнесла:
– Мне очень жаль, что так вышло.
Тиффани представила, как та тяжело дышит, борясь с тошнотой.
– Не волнуйся, Мойра, я что-нибудь придумаю. Обещаю.
– Но…
– Послушай, если у тебя есть имбирь, попробуй сделать имбирный чай. Можешь даже отрезать небольшой кусочек и положить под язык.
Такой совет Тиффани вычитала на форумах будущих мам, которые просматривала теперь регулярно.
– Хорошо, – сказала Мойра и кашлянула.
– Отдыхай, я позвоню позже, узнать, как дела.
– Хорошо. Спасибо, Тиф.
Мойра отключилась. Тиффани откинулась на подушки и уставилась в потолок. Сквозь жалюзи еще не начал пробиваться свет. Часы показывали самое начало пятого. Они планировали встретиться в «Шоколадном мире» в шесть.
  
Звонок одному из братьев, скорее всего, заставит выслушать критику ее бизнеса и стратегии. У Алиши свой магазин, к тому же она говорила, что хочет закрыть его сегодня раньше и провести ночь в отеле за городом с Тремейном. Тиффани совсем не хотела испортить сестре отдых.