Выше нас только небо (СИ)
Снейп нахмурился и опустил глаза на крохотную виверну, сидящую у него на ладони.
— Это случается крайне редко, — веско произнес он. — Раз в тысячу лет один из волшебников может получить эту анимагическую форму. Последним драконом-анимагом был Фафнир, но, насколько я знаю, он плохо кончил. С тех пор ничего подобного науке не известно.
— Но почему? — осмелевший Невилл, задавая следующий вопрос, следил глазами за перелетевшим к Симусу на парту маленьким Амару, который своими оленьими рогами пытался боднуть хвосторогу в бок.
— Потому что для такой трансформации нужен очень мощный уровень магии. Которого нет у ныне живущих волшебников, — Снейп словно не замечал, что Гарри застыл на месте и напряженно вслушивается в каждое его слово. — Если таковой появится, я обязательно дам вам знать, мистер Лонгботтом, — пообещал Снейп под смешки всего класса и, будто невзначай остановившись у парты Гарри, оперся на нее рукой и прибавил: — Потому что это будет безусловно выдающийся человек. Во всех смыслах.
Гарри так и застыл на месте, а Снейп как ни в чем не бывало снова подошел к кафедре, взмахом руки создавая в воздухе новых разноцветных монстров и запуская их над головами учеников.
— Тем не менее поэтапная трансформация в дракона нам известна из древних источников, — скучным голосом сказал он. — Но вам это, определенно, неинтересно.
Класс возмущенно загудел, протягивая руки к драконам, и Снейп, легким кивком головы устранив лишний шум, произнес:
— Ну хорошо. В таком случае продолжим. Превращение в дракона требовало определенных заклинаний. Например, в одном из дошедших до нашего времени, говорилось примерно следующее: “Воспрянь, очнись ото сна! Прими свою суть и свою истину. Стань ею, живи ею! Просто будь”. А в оригинале это звучало так, — Снейп поднял голову вверх и, зычно растягивая гласные, произнес: — Levántache, espertar dun soño! Leve a súa esencia ea súa verdade. Sexa-lo, vivila! Só ten que ser!
— Откуда он все это знает? — развернувшись вполоборота к Гарри шепотом спросил Симус.
Но Гарри так и не услышал его вопроса. Leve a súa esencia… Подперев кулаком подбородок, он зачарованно смотрел перед собой в пространство пустыми глазами, вслушиваясь, как дробится и тает в высоких сводах низкий обволакивающий голос. Снейп начал приводить описания известных мистических перерождений — человек внутри змея, потом он снаружи и, наконец, змей где-то внутри — и всё это тоже откликалось в каждой клеточке тела чем-то знакомым. Хотелось испробовать всё на себе, почувствовать свою мощь, стать кем-то другим, взлететь в поднебесье.
Больше не было страха и ужаса, лишь колкая магия трепетала вокруг него, послушно отвечая на каждый волнующий звук знакомого голоса. Гарри кивал в такт его словам, ощущая себя змеей, зачарованной дудкой факира. Всё будет хорошо... Он справится... Профессор... ему в этом поможет... Leve a súa… Бархатные напевы дарили надежду, обещали покой, помощь, убаюкивали, усыпляли. Súa verdade…
Быть драконом… Не приговор… и не кара… Всего лишь форма... другая... форма существования… лучшая... из всех... которые... могли бы... быть...
— Мистер Поттер, вы что, уснули? Урок давно кончился, — Гарри внезапно очнулся от ехидного глубокого голоса над головой и с трудом выпал из своей сладкой дрёмы.
— Что? — он ошалело оглядывал, как громыхают стульями последние ученики. Кабинет был практически пуст — ни одноклассников, ни летучих драконов, лишь группка слизеринцев стояла чуть поодаль, поджидая своего декана.
— Я говорю, все уже разошлись, и вам пора бы прийти в себя, — рявкнул Снейп. — Мистер Поттер! Я к кому обращаюсь? О чем вы вообще думаете на моем уроке?
Бледное лицо с крючковатым носом рассерженно нависло над Гарри, ожидая ответа.
— Я думаю, что раз я чуть не уснул от ваших слов, значит, вы, наверное, заклинатель драконов, профессор, — бездумно ляпнул так и не пришедший в себя до конца Гарри и, увидев ошеломленное лицо Снейпа, тут же исправился. — Это я просто так сказал, не подумав… простите.
Но эффект от его вырвавшихся слов был подобен ударившей в дерево молнии: Снейп полностью лишился дара речи и выглядел теперь так, словно его парализовало мгновенно и навсегда.
Гарри судорожно сглотнул, смущенно поправил очки и взлохматил волосы, бросая на него виноватые взгляды.
— Когда? — выдавил из себя Снейп. — Когда вы начали засыпать?
— Сразу после вашего заклина… Не может быть! — Гарри неверяще уставился на него. — А они что, на самом деле существуют? Заклинатели?
Снейп недоверчиво смотрел на него и молчал.
Гарри растерянно скользнул взглядом по лицам Паркинсон, Нотта и Забини, с недоумением наблюдающим за странной сценой, и решил исправить ситуацию:
— Ну… Мы видимо будем проходить это в следующий раз, профессор? Ментальную связь заклинателя с драконом, и всё такое? Они ведь наверняка как-то связаны друг с другом? — скороговоркой зачастил он и, заметив совершенно обезумевший взгляд Снейпа, предпочел тут же сменить тему: — Спасибо вам, профессор. Урок был замечательным, — Гарри поспешно выбирался из-за парты, сбрасывая школьные принадлежности в сумку и изредка вскидывая на Снейпа счастливый, просветлевший взгляд.
— Всегда… — прохрипел Снейп, с трудом откашлялся и решительно взял себя в руки: — Всегда рад быть вам полезным, мистер Поттер, — сдержанно произнес он и под вызывающие смешки окруживших его плотным полукольцом учеников склонился перед ним в издевательском поклоне; но Гарри заметил, как напряженно буравят его черные глаза. — Надеюсь, вам удалось извлечь из моего урока хоть что-нибудь ценное, а не просто проспать его с открытыми глазами, как всегда.
Слизеринцы угодливо захохотали, но очень быстро примолкли, увидев, как Гарри смерил профессора благодарным, обожающим взглядом, развернулся и поспешно выбежал вон.
— Что это с Поттером? Он какой-то странный, — озвучил общее удивление Гойл и несолидно хихикнул: — Может, он в вас влюбился, профессор?
Несмотря на подзатыльник от Блейза, Гойл явно собирался развить эту тему дальше, но под тяжелым взглядом Снейпа стушевался и замолчал.
— Я думаю, нам есть чем заняться, мистер Гойл, вместо того, чтобы обсуждать нелогичные поступки нашей местной знаменитости, — сухо отозвался профессор. — Давайте лучше поговорим о вашей успеваемости. Я хотел сказать, что недоволен всеми вами. Что вы себе позволяете? Мистер Гойл, вы оказались неспособны выучить простейшие Манящие чары? Вы проходили их на четвертом курсе! Мне стыдно за вас! — Гойл повесил голову, и Снейп медленно обернулся к новой жертве. — А вы, мисс Паркинсон! Вы что, не сумели превратить лист клевера в фальшивый галлеон? Если бы я знал, что доживу до такого позора…
Панси вздохнула и обреченно сделала шаг вперед, жалобно косясь на сокурсников, которые вовсе не собирались ее спасать от профессорского гнева, а, наоборот, стыдливо старались спрятаться за спинами друг друга. Каждому было за что краснеть, и Гарри Поттер тут же был благополучно забыт.
Комментарий к Глава 30. Урок драконоведения Картинки здесь http://tuuli-veter.blogspot.ru/2015/10/30.html
====== Глава 31. Рита ======
Гарри, волнуясь, стоял на крыльце замка и слушал стрекот цикад. Уже понемногу смеркалось, и в прохладном воздухе пахло береговой свежестью и скошенной травой. Со Скитер они договорились встретиться у озера, и он собирался с мыслями, словно готовясь нырнуть в холодную темную воду. Конечно же, Рита Скитер пришла в совершенный восторг, когда знаменитый Национальный герой пообещал дать ей интервью о своей жизни. Гарри даже осмелился надеяться, что от радости в этот раз ее статья получится более приличной, чем обычно. Хотя, зная Скитер, шансов на это у него было немного. Он зябко передернул плечами, настраиваясь на серьезную схватку с Прытко-Пишущим пером.
— Мистер Поттер, вы помните наши договоренности? Вы должны сделать лишь небольшой намек, чтобы у всех закрались сомнения в виновности Люциуса и начались разговоры, — раздался сзади низкий баритон. Казалось, Снейп был вездесущим. Гарри живо обернулся к нему и молча кивнул. — Тогда почему вы до сих пор здесь стоите? — ворчливо осведомился профессор. — Вперед! Помните, что вы делаете это ради Драко. И не позволяйте ей себя запугать!