Выше нас только небо (СИ)

— Мистер Поттер, вам что, нужно особое приглашение?
— Простите профессор… Я не… Просто мы с Роном так давно не…
— Сядьте! — раздраженно приказал Снейп, снова принимаясь водить глазами по строчкам. — И замолчите! Меня совершенно не интересуют ваши бессмысленные проблемы и оправдания.
— Правда не интересуют? — Гарри не мог понять, что с ним творится. В присутствии Снейпа он просто не мог держать язык за зубами. Хотелось любой ценой обратить на себя внимание и получить подтверждение, что и для профессора он тоже не пустое место.
  
— Вы забываетесь, мистер Поттер, и я настаиваю… — Снейп поднял на Гарри возмущенный взгляд, наткнулся на умоляющие глаза и сбился с мысли.
— Вас на самом деле не интересуют мои проблемы, профессор? — Гарри жалобно смотрел на него.
Снейп с досадой захлопнул книгу:
— Поттер, если вы теперь решили, что я должен…
— Да ничего я не решил, — невежливо и зло оборвал его Гарри, уставившись в парту. Он не мог понять сам себя. Да что он такое творит? Будто у него опять начался переходный возраст. Ни с одним другим учителем он бы не позволил себе ничего подобного. Но сейчас отчего-то было настолько больно, что всё снова возвращается на круги своя, и профессор отдаляется от него со стремительностью кометы, что Гарри просто не мог заставить себя промолчать. — Я ничего не решил, и вы мне ничего не должны, ясно? — сквозь зубы повторил он, не поднимая глаз.
Гарри ожидал, что сейчас на его голову обрушится буря, и падут ураган и цунами вместе взятые, но только не того, что вместо этого Снейп преспокойно усядется за соседнюю парту.
— Мистер Поттер, я надеюсь, вы отдаете себе отчет в том, что если вы попытаетесь таким тоном заговорить со мной при ком-то еще, вам не удастся избежать наказания?
Гарри неверяще взглянул на него:
— А... сейчас?
— А сейчас вы придете в себя, и мы поговорим с вами об интервью, которое вы после обеда дадите Рите Скитер.
— Нет, я спрашиваю, почему вы сейчас меня не наказываете? — Гарри недоверчиво и требовательно смотрел ему в лицо. — Вы бы любого за такое в порошок стерли… — пробормотал он и поспешно добавил: — ...профессор.
— Стер бы, — флегматично согласился Снейп. — А вас с вашими бушующими гормонами — нет. Мистер Поттер, не разочаровывайте меня еще больше. Мне кажется, даже вы уже способны сделать из всего этого правильные выводы. Давайте, наконец, приступим к делу.
Глаза Гарри постепенно наполнялись пониманием и надеждой:
— Вы…
— Всё, ни слова больше на эту тему, — Снейп резко поднялся с места. — Мое терпение тоже не безгранично! Вы собираетесь работать, или я могу вернуться к остальным студентам?
— Собираюсь, — Гарри постарался сдержать счастливую улыбку. — И к другим студентам я вас не пущу. Извините, — торопливо прибавил он.
Снейп мученически закатил глаза, но к полному восторгу Гарри промолчал, левитировав по воздуху и недовольно швырнув перед ним стопку “Ежедневного пророка”.
— Мы должны с вами придумать, как дать в интервью правильную зацепку. Чтобы Кингсли понял, что ему не удастся спустить это дело на тормозах, — сдержанно пояснил он Гарри. — Давайте посмотрим, что можно сделать.
— Но я могу сказать об этом прямо, как есть, — непонимающе предложил Гарри.
Снейп покачал головой:
— Никто и никогда не верит прямым утверждениям в прессе. Всё это делается совсем не так, — он развернул первый попавшийся “Пророк” на главной странице. — Смотрите, какие приемы используют опытные журналисты, — и он указал пальцем на хлесткий заголовок: “Дамблдор — глуп или опасен?”
— Но… я не понимаю, — Гарри нахмурил брови, боясь, что Снейп сейчас разозлится на его тупость, но тот отреагировал совершенно спокойно, как будто ждал этого вопроса.
— Вы видите, что они не оставили третьего варианта? — ровно сказал он. — Читателю предоставлена видимая свобода выбора, и он не замечает, что на самом деле загнан в жесткие рамки: ему просто не дают возможности подумать о том, что Дамблдор может быть умен и прагматичен. Из двух предложенных вариантов нужно выбирать наиболее приемлемый. И это всего лишь один из их психологических трюков.
— И я должен буду сказать что-то подобное? — Гарри растерянно смотрел на броский заголовок.
— А вот это мы и должны с вами придумать, — Снейп пододвинул к нему половину газетной стопки, а вторую половину взял себе.
Следующий час они листали старые подшивки, зачитывая друг другу наиболее удачные фразы и прикидывая, как можно заронить зерно сомнения, не перегнув при этом палку. Было непривычно и хорошо обсуждать со Снейпом детали, не боясь ежеминутно его гнева и пропуская его колкие замечания мимо ушей.
— Метафора, гипербола, вопрос, — в задумчивости бормотал Снейп, перебирая подшивки “Пророка” за последние несколько лет. — Что выбрать? Нет, пожалуй, в случае со Скитер гипербола может не сработать...
— О чем вы, профессор? — Гарри оторвался от очередной заметки и взглянул на него с любопытством.
— Один из способов заставить людей сомневаться — гиперболизировать вину, — коротко пояснил Снейп и, видя, что Гарри продолжает недоуменно смотреть на него, добавил: — Это значит выставить его таким чудовищем, что даже самым ярым его противникам станет смешно, — видя, как лицо Гарри озарилось пониманием, Снейп пожал плечами и продолжил: — Но все и так давно уже привыкли фильтровать статьи Скитер, поэтому, пожалуй, могут всё принять за чистую монету. А вот метафора может сработать.
— Профессор, боюсь, что я не понимаю...
Снейп коротко усмехнулся:
— Не волнуйтесь, мистер Поттер, я знаю, что вам нужно растолковывать самые банальные вещи, — он открыл октябрьский номер трехлетней давности и ткнул пальцем в огромные буквы “Пожиратель или невинная жертва?” шириной во всю первую полосу и колдографию Стэнли Шанпайка, на которой он растерянно хлопал глазами и жалко прикрывал лицо рукой.
— “Из Стэна такой же Пожиратель, как из нюхлера дракон”, — заявил нашему корреспонденту Альбус Дамблдор”, — прочитал Гарри вслух заголовок поменьше.
— Вот именно! — хмуро отозвался Снейп. — Помните, сколько шуму наделали эти публикации после ареста Шанпайка? — Гарри молча кивнул. Он прекрасно помнил общее возмущение три года назад. Многие не верили в виновность Стэна и кричали, что наивного хвастуна безвинно упрятали в Азкабан, тем самым сломав ему жизнь. — Я считаю, в нашем случае уместно будет упомянуть об аресте Люциуса и провести аналогию со Стэнли Шанпайком, — Снейп протянул Гарри газету.
Гарри еще раз посмотрел на заголовок и просиял:
— Вы имеете в виду, я должен буду намекнуть Рите, что Люциус арестован так же безвинно?
Снейп угрюмо кивнул, подтверждая:
— А еще вы можете изображать полное недоумение и задавать невинные с виду вопросы. “Неужели вы уверены, что Люциус Малфой арестован законно?” — Снейп приподнял брови и так естественно удивился, изображая кого-то туповато-наивного, скорее всего, самого Гарри, что тот от неожиданности захлебнулся смехом.
Лицо Снейпа едва уловимо дрогнуло, а глаза потеплели:
— Время, — он кинул взгляд на большие настенные часы и неохотно поднялся. — Я надеюсь, вы всё поняли, мистер Поттер? Вы справитесь? — спросил он, легким взмахом руки собирая разворошенные газеты в стопку и отправляя ее в дальний угол. Гарри уверенно кивнул. — Сейчас придут ваши одноклассники. Мне бы не хотелось, чтобы они нас застали… — Снейп, кажется, впервые в жизни замялся и не закончил фразу.
— Конечно, профессор, — в голосе Гарри звучало такое неприкрытое счастье и готовность хранить тайну их встреч, что Снейп недовольно покосился на него, но ничего не сказал и поспешно скрылся в подсобке.
  
Гарри, которого переполняли самые противоречивые эмоции, прошел наверх и уселся на свое место, поджидая товарищей.
— Я тебя сто лет не видела, у тебя все хорошо?
Гарри обернулся и улыбнулся подруге, которая стояла рядом с его партой.
— Всё хорошо, — сказал он и пояснил: — Сегодня буду давать интервью Рите.