Выше нас только небо (СИ)

— Пожалуй. За Рона он бы свалился от Ступефая где-то в районе своего стола, — мстительно усмехнулся Гарри.
— А за Грейнджер? — Драко прищурился и склонил голову набок.
— Вылетел бы за дверь. Предваряя твой вопрос, скажу сразу: и за Джинни тоже, и за Дина, и за Симуса, и за Невилла с Луной. И за любого другого. Что ты до меня докопался, Малфой? — Гарри раздраженно поправил на плече сумку и уставился в пол.
  
Драко по-прежнему внимательно и чуть иронично смотрел ему в лицо:
— Хочешь сказать, что за меня ты особенно постарался?..
Гарри поднял голову. Из самой глубины зеленых глаз всколыхнулось и глянуло на Драко что-то темное и звериное:
— Хочу сказать, что за тебя я просто убью, — глухо и ровно ответил он.
— Почему? — от растерянности Драко шепнул этот вопрос одними губами, словно не надеясь услышать ответ.
— Не знаю, — Гарри снова прикрыл глаза ладонью, утихомиривая внутреннего демона, и через несколько секунд отнял руку от лица и спросил как ни в чем ни бывало: — Мы идем? У нас сейчас Травология.
Драко, шагающий рядом с Поттером по длинному коридору, лишь косился на него, но не задавал лишних вопросов, давая тому время успокоиться. Окружающие и так шушукались и пялились на Гарри всю дорогу, поэтому оба парня испытали заметное облегчение, скрывшись от любопытных глаз за дверями теплицы.
В начале занятия на них всё еще продолжали коситься, но к середине урока, занявшись своими делами, отстали все, кроме беспокойного Финнигана. Пока профессор Стебль объясняла, как правильно выращивать аконит и выделять из него яд, Симус, прикрывшись зеленым томом “Тысячи магических растений и грибов”, привычно доставал Гарри:
— Ну скажи-и-и, что ты еще умеешь? — громко шептал он и нетерпеливо ерзал на стуле. Его корешок аконита лежал на парте обугленным, за что он уже получил нагоняй от мадам Стебль, зато теперь мог посвятить всё свое внимание Поттеру. Его взъерошенная челка стояла дыбом, голубые глаза горели охотничьим азартом, и казалось, что даже веснушки на носу и щеках светились от интереса: — Гарри, ну скажи, а летать ты умеешь?
— Симус, отстань! — Гарри старательно прикидывался, что нет ничего увлекательнее, чем очищать от земли корневище аконита.
— Ну Га-а-арри! Ну скажи! А становиться невидимым можешь?
Гарри метнул на Симуса быстрый оценивающий взгляд, явно примеряясь, запустить тому корнем в лоб или пока повременить.
— Нет, но я умею делать невидимым того, кто меня сильно достал! — недовольно отозвался он. — Так, что его потом ни один крап не найдет.
Гарри пытался сделать вид, что ничего не случилось, но на душе было неспокойно. Мало того, что он не сдержался на ЗОТИ, и теперь все снова таращились на него и показывали пальцами, так еще и приставала-Симус.
— Придурок! — Финниган ни капли не обиделся и удовлетворенно откинулся на спинку стула, обдумывая новый вопрос.
Драко ухмыльнулся:
— Кажется, я понимаю, Поттер, почему ты не хотел никому говорить о своей силе, — он насмешливо поглядывал на Гарри, бережно перебирая узорчатые листья и осторожно отделяя лиловые цветки. — Теперь он от тебя не отвяжется, — и весело кивнул головой на Финнигана.
— И не только он один, — Гарри подкатил глаза так, как это всегда делал Малфой. — Погоди, вот когда всё это дойдет до младших курсов, вообще кошмар будет. Они мне и так проходу не дают.
— Ты ж у нас национальная гордость. Это твой крест, неси, — Драко ехидно приподнял левую бровь.
Драко очень постарался, чтобы его голос прозвучал ровно и не выдал обуревавших его эмоций. К Поттеру постоянно клеились все подряд: парни мечтали с ним дружить, а девушки — заполучить в свои сети. Драко никак не мог взять в толк, почему тот до сих пор возится с ним, когда мог бы выбрать себе любую или любого. Он каждый день боялся, что именно сегодня Поттер уйдет насовсем, но странный герой, казалось, вообще не замечал собственной славы.
— Погоди, ты не так делаешь, осторожней, — Гарри склонился над ним, чтобы поправить листья, и коснулся пальцами его руки, щекоча шею и щеку теплым дыханием. Драко склонил голову еще ниже, чтобы не было видно краски, залившей его щеки. Ну что этот Поттер творит? Он же не маленький, должен понимать, как на него это действует. “Или правда не понимает?” — с внезапной тоской подумал он. — “И все эти случайные и неслучайные прикосновения для него совершенно ничего не значат?” Если того интересуют только девушки, тогда всё происходящее между ними всего лишь плод его, Драко, больного воображения.
Поттер выпрямился, словно невзначай проведя рукой по его плечу, и снова уселся на место.
— Гарри, так что всё-таки между вами с Малфоем? — любопытный Симус снова спрятался в своем импровизированном укрытии из учебника.
— Симус-с-с, ты меня дос-с-стал, — от злости Гарри прошипел это практически на парселтанге, всё же не выдержал и с наслаждением запустил ему в лоб кусок аконитового корня.
— Финниган, ты уж определись, что тебя интересует больше, — Драко мстительно ухмыльнулся, не поднимая лица от мелких цветков. — А то у нас еще много снарядов осталось. Только из горшка их повыдергиваем.
— Ну, допустим! — Симус рассеянно стряхивал с носа нападавшую с корня землю. — Если у вас не любовь, тогда что?
— Симус! — Гарри метнул предупреждающий взгляд на слизеринцев, но те сидели на другом конце класса и, кажется, ничего не заметили. Он пригнулся и раздраженно прошептал: — Я же вам вчера объяснил! Нет у нас с ним ничего! Это игра, понял?! Для слизеринцев. И прекрати уже задавать свои дурацкие вопросы, пока они тебя не услышали.
Финниган недолго переваривал полученную информацию.
— Гарри, а слабо тебе превратить человека в горного тролля? — он почти подпрыгивал на стуле от любопытства.
— Тогда ты будешь первым, на ком я это опробую! — Гарри метнул быстрый взгляд на его лоб и принялся любовно очищать от грязи потенциальный снаряд.
— А слабо сделать меня блондином? — Симус явно напрашивался на продолжение. — А чернокожим? Может, попробуешь?
— Чернокожим блондином? — Гарри взвесил очередной корешок в руке, снова примеряясь. — Это я могу!
— А слабо?..
Но Драко уже не слушал их перепалку. Он еще ниже склонился над растением, делая вид, что сосредоточенно разглядывает листья.
“Ничего у нас нет. Это игра, понял?!”
Игра… Как не понять. Конечно, игра. В одни ворота. Только такой идиот, как он, мог поверить в несбыточное. Драко резко втянул в себя воздух, которого внезапно стало слишком мало, но буквально через несколько секунд взял себя в руки и снова замкнулся в своем непроницаемом равнодушии.
Каким-то образом Драко удалось не выдать своих эмоций ни на Прорицаниях, где Поттер что-то жалко лепетал про несделанный прогноз на неделю; ни на Зельеварении, где они с Поттером старательно варили зелье из добытого в теплицах аконита.
— Кстати, МакГонагалл велела нам к ней зайти, — внезапно вспомнил Гарри, когда они после занятий шли вдвоем по коридору.
Слизнорт остался очень доволен ими обоими, поставил высший балл и забрал их аконитовое зелье себе в запасники. Поэтому Гарри весело шагал рядом с Малфоем и вот уже десять минут кряду болтал о всякой ерунде, не замечая молчаливости Драко.
— Хорошо, пойдем.
Кажется, Гарри наконец что-то услышал в его голосе, потому что остановился на полном ходу и, удерживая Драко рукой, внимательно посмотрел на него.
— Что-то случилось?
— Что могло случиться, Поттер? — Драко холодно усмехнулся.
— Ты… что с тобой? И не говори “ничего”, я же вижу! — Гарри взял его за плечи, заглядывая в лицо, но Драко раздраженно сбросил его руки. — Да что происходит, Малфой? — уже сердито спросил Гарри.
  
— А то, что ты достал меня, ясно?! — процедил Драко, не глядя на него. — Твое участие, твои ночевки… вся эта твоя… игра, — Драко с обидой выдохнул последнее слово, но тут же пожалел о вырвавшейся правде, поэтому торопливо добавил: — Меня всё это достало. Мне надоело, понимаешь?! Я больше не могу! Вали назад в свою башню, что ты за мной таскаешься? Оставь меня, наконец, в покое!