Беглянка (СИ)
— Хватить этого пафоса! — вскричал Император. — Все тут и так знают, как вы умеете ЦЕНИТЬ жизнь других людей.
— Ваше Величество. — дипломат заложил руки за спину и двинулся к выходу. — Я понимаю ваше состояние. Единственная дочь пропала. Это печально для любого отца. Однако это не повод собирать совет и бросаться пустыми обвинениями. Если к нам нет вопросов я покину вас.
Дипломат вышел. За ним засобирались и все присутствующие. Император был опустошён. Не на такую реакцию он рассчитывал. Почти все представители миров так или иначе страдали от действий Синдиката.
— Гвин. Любимый пошли. — Элизабет взяла мужа под руку. — Тут больше делать нечего.
Император послушно пошел за женой крепко вцепившись в ее руку. В единственную опору, что у него сейчас осталось. Он даже не заметил, как они оказались на борту Василиска.
— Что за идиотизм ты устроил! — герцог Родриго ухватил императора за грудки — Ты вообще на что рассчитывал.
Гвин ничего не отвечал. Лишь смотрел на брата потухшим взглядом.
— Вот ведь размазня. Что первый раз в сложной ситуации? Ты чего расклеился. Где тот Великий Император, что вел за собой в бой легионы, против армии Альянса. А там нас было раз два и обчелся. Три легиона. Тридцать тысяч против трехсот. Выжили и выиграли.
— Тут не война. — наконец подал голос Гвин. — Тут дело касается моей дочери.
— Знаю, что не война. И между прочем моей племянницы. А если учесть, что у меня детей быть уже не может, но дело касается и всего Герцогства Родос. Моих подданных, которые, если у тебя появиться наследник, по завещанию нашего отца станут подданными Одетты.
— И что?
— А то. Если удумал воевать, то я не помошник. Лишь угробим людей.
— Вот так. — тяжело вздохнул Гвин. — И ты брат отворачиваешься.
— Он прав. — Элизабет оторвалась от изучения отчетов, и видя, как закипает муж сразу продолжила. — Прежде, чем разразиться праведным гневом любимый, вспомни одну вещь. Нас познакомила твоя дочь. Да она мне неродная, но не любить ее за это я не буду. Так же напомню, что мои дети сгинули неизвестно где. Мои сын и дочь. Теперь же кроме тебя и Одетты у меня никого нет. И поверь если ты включишь наконец мозги и подумаешь, то сможешь понять, что сейчас шансы еще есть. У меня их не было. Нужно было только смириться. А теперь по поводу боевых действия. — Элизабет пробежалась рукой по голографической панели и перед ними возникла карта галактики. — Оцени ситуацию. Альнс, Содружество Свободных, Республика, часть внешнего пояса, где даже каких-то подобие государств нет. Все это разделяет нас и Синдикат. Я молчу про Хардад, что граничит с нами и Синдикатом и хоть и тайно, но в союзе с Синдикатом. Объяви войну. Выбери любой маршрут. Нас пропустят и захлопнут ловушку. Все они нападут на наш флот. Ведь им уже сейчас скорее всего обещаны какие-то системы Империи. Не говоря, что Халифат пройдет блицкригом до наших внутренних систем. Была бы моя воля сама пустила этого жирного борова халифа на фарш! Этот протухший старый кусок поросячьего сала, позарился на мою доченьку! — Элизабет тоже стала закипать.
— Мать успокойся. Нам одного Гвина достаточно. — Родриго примирительно поднял руки.
— Я спокойна. — выдохнула Элизабет и поправила выпавшую прядь волос. — Это была констатация факта. Если Одетта попадет к нему, я его убью.
— Гвин. Лишний раз убеждаюсь тебе повезло с женой.
— Так отставить комплементы. От Гвина я никуда не уйду, как бы ты не старался.
— Да я… Да ты…
— Теперь продолжим. Тут отчеты из наших посольств. Наши СБ срисовали группы наблюдения Синдиката, у всех, У ВСЕХ наших посольств. Это означает только одно. Они сами не знают где Одетта и ждут, что она проявиться.
— Логично. В Гамму-три они не прыгали, значит затаились где-то там. — Родриго приблизил карту. — Альянс и Содружество. Надо искать там.
— С ней Ирия. Так что по глупости не попадаться. Раз не вышли на связь, значит либо прячутся пока, либо летят. Хотя скорее всего прячутся. Поэтому…
— Я прошу прощения. — в кабинет вошел адъютант. — Госпожа валькирия Ирия просит принять ее.
— Впускай.
Ирия вошла в кабинет. Бледный вид девушки с блестящими словно при лихорадке глазами. Мешки под глазами. Рука на обычной перевязи, а не в медицинской шине с заживляющим раствором. Такая же забинтованная нога.
— Я прошу прощения. Я не выполнила долг. — Ирия морщась от боли преклонило колено
Все трое застыли даже старались не дышать.
— Продолжай. — мрачным голосом произнес Император.
— Мы отвлекли на себя охотников и корабль с принцессой смог улететь, но нас сбили. Кроме троих все погибли. А время встречи давно прошло. Я не знаю, где принцесса и что с ней.
— Она жива и точно не у Синдиката. — успокоила валькирию императрица.
— Но как вы можете быть так уверены? — Ирия вскочила вспышка боли и она начинает падать, но ее подхватил Родриго.
— Мы следим за Синдикатом. Они сами ее ищут.
— Значит у Дилана получилось… Дальше валькирия провалилась в пустоту забвения.
Глава 4
Почти сутки Робин, Ёж и Паоло пробыли сначала под наблюдением Марты, потом эстафету перехватил Георг. Он как настоящий клещ вцепился в ребят и просил чуть ли не посекундно рассказать, что они видели и делали. И если Еж и Паоло были в относительной норме, то Робин была измотана. Она проспала сидя на коленях Паоло весь путь назад. Не проснулась, когда он нёс её на руках в больницу. Георг смог её разбудить. Засыпав девушку вопросами, глава колонии был вытолкнут из больницы пинками, разбушевавшейся Мартой.
После перевязки и едких, но у местных комментариев о ранение левой руки и плеча в частности, Марта отпустила и Паоло. Ёж к тому моменту уже откисал дома.
— Я не буду обсуждать произошедшее. — На улице его ждал Донован. — Я лишь хотел отдать тебе это. — он протянул руку и передал Паоло ключ-карту. — Пока небольшая квартирка. Мы с Георгом посовещались и решили построить тебе отдельный дом, но это будет чутка позже. Сам понимаешь рук не хватает.
Донован развернулся и быстро зашагал прочь, но с каждым шагом его плечи опускались ниже, спина гордилась, а шаги замедлялись.
— Пойдём посмотрим, что там за жильё тебе выдали. — дождавшись, когда Донован скроется за поворотом произнесла Робин.
— Пойдём.
Квартирка была маленькой. Небольшая кухня, комнатка средних размеров и сан узел. Минимальный набор мебели и даже вещей.
— Судя по их качеству Николос расщедрился. Зато возни меньше будет. Давай помогу.
Паоло не успел ничего сказать или даже сделать, как Робин по-хозяйски всё разложила по своим местам и даже заправила постель. Но потом резко замерла глядя на постель. Ее ушки снова опустились, а хвостик обвился вокруг ноги и лишь кончик сильно колыхался.
— Можно, я сегодня у тебя посплю.
Паша не видел её лица, но по было понятно, что девушка пересиливает себя.
— Тебе страшно?
— Нет я верю тебе. — Робин покачала головой.
— Я не про обещание. Тебе сейчас страшно одной оставаться?
— Да. — кивнула Робин. — Как представлю, что сейчас дома одной…
Паша обнял лисичку.
— Не бойся. Всё позади. Больше тебе ничего не угрожает. А если и появиться кто-то, то это ему меня бояться придётся.
— Спасибо, мой рыцарь без перспектив. Сходим ко мне домой я вещи возьму?
— Ну полотенце у меня есть, а Николос даже новые футболки подогнал- ковыряясь в шкафу произнёс Паша. — Я думаю можно никуда не ходить.
— Мне в твоей футболке быть? — Робин округлила глаза. — Она будем мне немного маловата…
— Вот и замечательно. — растянулся в улыбке Паша. — Руками пока прикоснуться к прекрасному не могу, хоть глазами…
— Тебе так нравиться моё тело? — перебила его Робин.
— Нет. Мне нравиться именно ТВОЁ тело. Твоя наивность. Твое чувство справедливости. Твоё желание самопожертвования, чтобы помочь другим. Мне нравиться, как мило ты смущаешься. Мне нравиться в тебе всё. Я не могу что-то сказать, что в тебе мне нравиться именно тело. Нет. Мне нравиться именно Робин. Я влюбился именно в Робин. В так сказать совокупность души и тела.