Кулон (СИ)
Время до школы пролетело незаметно, за чтением. Я еще пару раз переписывался с бабушкой и дедушкой. Как оказалось, достоверность моей личности решили уточнить и связались со старшими Эмье. И бабушка с дедушкой сказали: «Да, есть внук Люциан, все это время обучался дома, но захотел поступить в школу. В Шармбатон не пошел, отправился в Британию, туда, где жила и какое-то время работала мать. Уехал не только учиться, а на поиски отца. Хочет ему в глаза посмотреть и по физиономии дать…» и все в таком духе. Директор поверил и ждал нового ученика с распростертыми объятиями.
И вот, первое сентября, я на платформе 9 и ¾, на плече сумка с книгами и аккуратно-сложенная мантия, везу за собой чемодан и проходя через платформу, сдавая багаж, иду в поисках купе. Нашел, расположился и ждал отправления. Чтобы скоротать время – читал. То, что купил к школе - прочитал и постигаю в теории магию иллюзий, мамино наследие. Кое-какие заклинания уже получались, а какие-то давали лишь искры или серебристую пыль.
- Зараза! – ругался я, а купе ко мне постучали…
4 глава «Распределение и ЗОТИ»
… да, не ждал я гостей, да еще таких. Рон и Гермиона, навязывали мне свою компанию. Расположились в купе и трещали без умолку. Спрашивали меня обо всем. Начиная с роста и заканчивая предпочтениями в еде. Явно их ко мне подослали с определенной целью – подружиться. В глазах боль и тоска, улыбки натянутые, смех вынужденный. И я решил сразу сказать: «Ша»
- Ребят, я вас со мной общаться и тем более дружить не заставляю. Вижу, у вас что-то случилось и все это вам в тягость. Давайте вы не будете играть роли, а просто уйдете. Захотите познакомиться, пообщаться или на край подружиться – сделайте это сами, а не по приказу.
- Как ты понял?
- Что нас выдало?
- Тоска и боль в глазах, плюс ненатуральный смех, - ребята были мне благодарны, а я пообещал перед нанимателем их прикрыть, если что, сказал: - вы у меня были, симпатией проникся, с окружением определился. Будут спрашивать, так и отвечу, - сказал им, а они, поблагодарив – ушли.
Я же читал дальше, и так провел время до самого Хогсмида. Меня никто не побеспокоил и не навестил. А потом переоделся, перекинул через плечо сумку и вышел следом за первогодками. Так же, как и они плыл на лодке через Черное Озеро и ждал профессора Макгонагалл у дверей в Большой зал. Когда двери открылись, мы шли вдоль столов, как раз к столу профессоров.
Среди профессоров незнакомое мне лицо. Мужчина лет тридцати пяти, худой, явно высокий. Светло-русые волосы, челка падает на карие глаза, осунувшийся, едва заметные по лицу белые полосы шрамов. Боевой волшебник. Явно назначен на должность профессора ЗОТИ. А дальше распределение и первым мое имя:
- Люсиан Эмье! – вышел, сел на табурет и стоило шляпе оказаться на моей голове, тут же ее недовольное ворчание:
- Опять ты!
- Уважаемая, я да не я.
- Вижу. Под личиной Поттера был. А теперь собой стал, - спросить не успел, знали она тогда о том, что я не Поттер, как она быстрее ответила: - нет, я вижу то, что показываешь мне ты сам. И я вижу, что ты так и не определился с факультетом. А я, как и тогда буду настаивать на Слизерине.
- Как скажете, - и шляпа выдала:
- СЛИЗЕРИН! – думал, барабанные перепонки лопнул.
Встал с места, профессор окрасила мой галстук в зеленый и пожелала удачи. А я шел к столу змей. Рухнул на пустое место и ждал распределения, речи директора и пира. А потом по комнатам и спать. И так было бы, не реши Малфой показать свой статус на факультете. А так же указать мне на мое место.
- Значит, новенький у нас из Франции? - и пошла речь на чисто-французском, да такие словарные обороты, что мама родная, если бы не помощь того артефакта, полетела бы моя легенда, как та самая фанера над Парижем. Я же, закатив глаза, рухнув головой на сложенные на столе руки, ответил на его речь всего одной фразой:
- Сul arrogant* (высокомерная задница), - и он резко затих, смотря на меня наливающимися от злости глазами, скрипящими зубами и сжимающимися с силой костяшками, готовясь отнюдь не по аристократически врезать мне по лицу. Только хотел спросить, что я имел в виду, назвав высокомерной задницей, явно с намерением продолжить разговор в грубой, маггловской форме - кулаками, как началась речь директора. Он представил профессора Люпина по Защите от Темных искусств. Пожелал ему удачи и предостерег от контактов с дементорами. Какими? Теми, которые Азкабан стерегут.
Как оказалось, сбежал некто Сириус Блэк. Он – сторонник Темного Лорда, его верный последователь. Дементоры отправлены на поиск беглеца, в том числе и в школу. Дементоры – темные сущности, питающиеся положительными эмоциями, а так же душами людей. Одно из наказаний в мире магии – это поцелуй дементора. Этим поцелуем, он высасывает твою душу, оставляя тело в состоянии подобно овощу. Без разума.
Ужин закончен, нас отпускают по факультетским гостиным. Вступительную речь старосты и декана я пропустил. Меня волновали мои соседи, которыми оказались Кребб и Гойл. Сочувствовал мне Нотт, говоря, что толстяки всю ночь громко и протяжно храпят. А я сказал, что если услышу их храп, то засуну им их же носки в рты и заклею. Вот точно будет тишина. Винс и Грег от смеха и угрозы хрюкнули и сказали, мол, ага так и поверили. А я отмахнулся:
- Не верите, не надо, - взяв банные вещи ушел в душ.
Пришел в спальню, разложил кровать и лег, потом присоединились храпуны. Уснули они уже после меня, так как когда я засыпал, они еще перешептывались. А я с улыбкой на лице уснул и надо отдать им должное, если они храпели, то не громко. Утром же проснулся в прекрасном расположении духа и первым делом толкнул толстяков и напомнил про завтрак и уроки. С неохотой, но эти увальни встали. Оделись и пошли на завтрак. Потом на уроки. У нас по расписанию ЗОТИ с Гриффиндором. Как и всегда, ничего нового в расписании, лишь я теперь на стороне зеленых, а не алых.
А темой нашего урока стал боггарт, существо, у которого нет своего облика,
оно принимает вид страха и кошмара, потаенных в душе человека. Против него есть заклинание: «Риддикулус», а перед применением заклинания нужно представить что-то смешное, когда заклинание произноситься, страх обращается в то, что веселит или забавляет. И выстроившись друг за другом мы ждали своего страха и возможность его побороть.
Первым пошел Невилл. Его страх – это профессор Снейп. Профессор что-то шепнул ему на ухо, Нев кивнул, представил нечто забавное и произнес Риддикулус,
а потом боггард в облике декана предстал перед нами в одежде пожилой, весьма экстравагантной леди. Смех Гриффиндорцев, недовольная мина слизеринцев.
А урок продолжился. Следующим был Рон. Его страх – пауки. Он сосредоточился, что-то представил, произнес заклинание и на каждой лапе паука оказались надеты роликовые коньки. Лапы паука расползались и он смешно ими перебирал, пытаясь поймать равновесие. Дальше шла Парвати. Ее страх – кобра, ее она превратила в вылезающего из шкатулки клоуна. И настала моя очередь. Мне показали страх умереть и оказаться закопанным в сырой земле, со стоящей мемориальной плитой и золотой надписью, с годами жизни.
- Риддикулус! – рыкнул я сквозь зубы, направляя магический удар в боггарда. Могильная плита с надписями и моим именем превратилась в игру «Ударь крота».
На меня смотрели ребята с Гриффиндора и со Слизерина. Все молчали, лишь Нотт спросил, почему я боюсь умереть. Ответил, шепотом, лишь ему: «- Потому что я был однажды на той стороне. Там хорошо, светло, тепло и беззаботно, но там тупик. Дальше пути нет. Ничего, кроме перерождения тебя не ждет, и даже тогда ты уже будешь не ты, а кто-то другой. А я хочу развиваться и идти вперед». Такой ответ приняли и больше эту тему не поднимали. Даже не спрашивали, когда это я был на той стороне и как вернулся.
День же продолжился, следующим уроком стало «Маггловедение» не стал брать УЗМС и Прорицание, а взял Маггловедение и Руны. Со мной на лекции по жизни магглов шел Нотт, с ним же мы будем ходить на Руны. Нормальный и адекватный парень, спокойный и не многословный. Хотя, я иногда скучаю по шумному, вездесущему Рону и занудной, читающей нотации Гермионе. Но, новая жизнь, новые друзья. Надеюсь.