Зависимость от тебя (ЛП)

 Глава десятая 
 . 
Следующие несколько дней проходят как в тумане. Мне удается избегать Ло каждый раз, когда я прихожу и выхожу из квартиры. В тех случаях, когда я ночую в «Дрейке», я надеваю наушники, чтобы заглушить любовные звуки Ло и Кэсси. В основном я провожу ночь где-нибудь в другом месте, в любом месте, где есть анонимный секс и сюрприз от таинственного мужчины.
Мое новое открытие заполняет часы моего бодрствования. Если я не просматриваю тонны неизвестных номеров, я изучаю Craigslist в поисках тех, кто хочет подключиться. Мне еще предстоит использовать онлайн-ресурс для секса, но шарм всего этого возвращает меня обратно. Имея в запасе только псевдоним, я ловлю себя на том, что представляю человека на другом конце провода. Как они выглядят. Что я могла бы сделать с ними в постели.
Чем больше Ло отстраняется, тем больше я обращаюсь к сексу, единственному, к чему я могу стремиться. Такое чувство, что он выстраивает большое пространство между нами. Он не приглашал меня прокатиться целую неделю, и мы перестали обсуждать наши ночные планы вместе. Раньше я могла составлять его расписание так же плавно, как и мое собственное. Сейчас, я не могла бы сказать вам, добрался ли он прошлой ночью до постели без потери сознания.
Я лежу на своих фиолетовых простынях, размышляя о своем очень маленьком существовании и глядя на солнце. Оно в зените, проникает яркими лучами сквозь щели в моих жалюзи. Чья-то рука скользит по моей обнаженной спине. Я не хочу его будить. Надеюсь, его глаза распахнутся, пока я буду притворяться сонной. Я не сплю с пяти утра, думаю и смотрю на одно и то же место. Солнце. Окно. Моя жизнь.
Бах! Шум от моей двери встряхивает меня.
— Лили! — Ло снова стучит, его кулак врезается в белое дерево.
Мое сердце подступает к горлу. Я накрываю голову подушкой, вращаюсь и ощущаю сильное похмелье. Дверь щелкает, и я проклинаю тот факт, что у Ло есть ключ.
Мой сонный гость мужского пола подпирает себя.
— Кто ты такой? — спрашивает он, зевая.
— Не говори так громко, — стонет другой голос.
Что?! Я не… Неужели я? В моей постели двое парней! Я не... я не могла заняться сексом с ними обоими. Я роюсь в своих воспоминаниях, но ничего не вижу, когда добираюсь до своего анонимного «свидания» в баре. Выпивка прощает все прегрешения, но она не помогает на следующее утро.
Мои конечности окаменели.
— Вы оба, убирайтесь нахуй, — презрительно усмехается Ло. — Сейчас же!
Двое парней быстро тянутся за своей одеждой, натягивая вещи, в то время как я заваливаюсь на простыни и съеживаюсь под другим одеялом. Когда они наконец исчезают, в комнате воцаряется тишина.
Обычно, когда Ло выгоняет парня утром, он так равнодушен к этому. Иногда он даже предлагает бедняге чашку кофе, прежде чем тот уйдет. Это ненормально.
Пока я избегаю его взгляда, Ло делает шаг, и я слышу шуршание пластика. Я выглядываю из своей пещеры из простыней.
Он убирает?
Я использую часть простыни, чтобы прикрыть грудь, и выпрямляюсь.
— Что ты делаешь? — мой голос выходит маленьким и сдавленным. Он не отвечает. Вместо этого он сосредоточен на том, чтобы выбросить пустые пивные бутылки в черный мешок для мусора вместе со многими предметами одежды. Мужской одежды.
Впервые за несколько дней я действительно смотрю на свою комнату. Забросанная слоями разного нижнего белья, усыпанная бутылками с выпивкой и испачканная белым порошком на моем туалетном столике — это отвратительно. Мой пол скрывается под грудами разврата и греха. Половина простыней валяется на полу, а использованные презервативы разбросаны по моему ковру. Такое чувство, что я проснулась в чужой постели.
— Прекрати, — говорю я ему, от стыда у меня собираются в глазах слезы. — Ты не обязан этого делать.
Он бросает пустую коробку из-под презервативов в пакет, прежде чем посмотреть на меня. Выражение его лица остается непроницаемым, пугая меня еще больше.
 
— Иди прими душ. Одевайся, а потом мы пойдем.
— Куда?
— На улицу, — он поворачивается спиной и продолжает выкидывать мои вещи. Я убирала в его комнате бесчисленное количество раз, но он всегда был без сознания для всего мира, когда я это делала.
Я оборачиваю вокруг себя фиолетовую простыню и ковыляю в ванную. После того, как я вымыла волосы шампунем и намылила мылом каждый сантиметр своей кожи, я вылезаю из душа и надеваю махровый халат с тапочками. Выхожу из комнаты. Полный мешок для мусора стоит у открытой двери, и за аркой я слышу, как на кухне течет кран.
Я переодеваюсь в гардеробной, надеваю удобное черное хлопчатобумажное платье, не зная подходящего наряда для того места, куда мы направляемся. Я также не могу сделать предположение о пункте назначения. Моя голова такая же онемевшая и холодная, как и мое тело.
Когда я снова вхожу в свою комнату, Ло стоит у двери, мешок для мусора исчез. Он бросает на меня быстрый взгляд, пока я завязываю волосы в маленький конский хвост, мои пальцы дрожат.
— Готова? — спрашивает он.
Я киваю и выхожу вслед за ним, хватая ключи. Когда я иду, я замечаю все свои боли и недомогания. Черноватые, желтые пятна покрывают мои локти и бедра, вероятно, я наткнулась на что-то прошлой ночью и не помню. У меня болит спина, как будто я ударилась о дверную ручку или что-то в этом роде. Слезы щиплют мои глаза, которые остаются милыми и розовыми, пока я отказываюсь позволить воде вырваться наружу.
— Куда мы направляемся? — снова спрашиваю я, садясь на водительское сиденье, так как Ло не может.
— Медицинская клиника. Тебе нужно пройти обследование.
Мой желудок сжимается. Верно. Провериться.
— Тебе не обязательно идти со мной.
Я наблюдаю, как он пытается найти подходящий ответ, но в итоге он бормочет: — Просто веди машину.
Я включаю передачу и еду по знакомым дорогам.
— Когда ты в последний раз была на занятиях, Лил? — тихо спрашивает он, глядя в окно, наблюдая за мелькающими мимо зданиями.
— В прошлую среду.
 Я думаю. 
— Вчера? — место между его бровями морщится.
— Сегодня четверг? — говорю я, поражённая. Почему я решила, что сегодня суббота? Мои руки снова начинают дрожать, и я сжимаю их на кожаном руле. Горячие слезы обжигают, стекая по щекам вниз, предавая меня. — Я просто немного запуталась.
Как я вообще пришла к этому?
— Я знаю.
Я делаю напряженный вдох и поворачиваю машину еще на паре улиц, прежде чем ставлю машину параллельной парковкой. Я наклоняюсь, чтобы открыть дверь, но Ло кладет руку мне на плечо.
— Мы можем поговорить секунду?
Я откидываюсь на спинку сиденья. Мои глаза прилипают к неосвещенной приборной панели. Неужели я достигла своего дна? Я думала, что страх перед беременностью был самым страшным моментом в моей жизни, но просыпаться в постели с двумя парнями, которых я не помню — это будет преследовать меня. Как я могла пропустить дни? Как будто секс и алкоголь украли их у меня... Может быть, наркотики тоже участвовали в воровстве. Я даже не могу вспомнить.
Хотела бы я быть Ло. Я не часто так думаю, но прямо сейчас я завидую его способности быть «функционирующим» алкоголиком, который не становится агрессивным, или не теряет память. Он пьет весь день и всю ночь, страдая от последствий только тогда, когда превосходит свою лимит и теряет сознание.
Он не сводит с меня прищуренного взгляда и тяжело вздыхает.
— Ты помнишь, когда мы впервые приехали в Пенсильванию, и мы оба пошли на пижамную вечеринку первокурсников?
Ах, да, Пижамный Отрыв. Внезапное воспоминание заставляет нас обоих нахмуриться.
— Ты нашла меня утром на полу в отключке.
Он подвергает этот образ цензуре. Где его щека была покрыта рвотой. Где я подняла его своими руками и в самый ужасный момент подумала, что мой лучший друг наконец-то поддался своему величайшему недостатку.