My December (СИ)

— Ты себе так это представляешь? — Блейз вопросительно посмотрел на него.
— Знаешь, если бы наезжали на тебя, я бы обязательно сказал правду.
Он уставился за окно, где уже давно было темно. Игра закончилась пару часов назад, и в замке начинало затихать от радужных криков Гриффиндора про то, какой Поттер молодец. Какой он у них лидер.
— Какую правду? — издал смешок Блейз. Взгляд серых глаз уставился на него. — Малфой, ты живешь в каких-то иллюзиях.
  
— Что?
Драко поднялся на ноги, отходя к камину. Он поджал руку под себя, словно специально показывая, что снитч не просто так пропущен — есть причина. Однако Забини лишь усмехнулся, пожав плечами.
— Ты до сих пор думаешь, что эта школа построена для тебя и живет тобой?
— Не говори ерунду, Блейз, — ядовито ответил он, оперившись о холодную стену спиной.
— Я говорю правду, а ты находишься в своем волшебном мире, где все бегают за тобой. Но это не так, Малфой. Очнись, — он медленно поднялся на ноги и подошел к нему. Усмехнувшись, пощелкал пальцами перед носом у Драко.
— Убери руку, — прохладно отозвался он, слегка ударив по пальцам Блейза.
Тот отошел назад с видом человека, который для себя расставил все точки над “и”.
— Вот видишь, ты не можешь принять то, что сказал я.
Он и сам знал.
Ему нужны были люди, которые слушают то, что говорит он. Выполняют то, что хочет он. И верят в то, что говорит он.
И так было всегда. Из года в год. Он делал тоже, что и делал отец, — управлял людьми. И это было внутри него — то, от чего не избавиться.
Зачем менять то, что уже под кожей у тебя? То, что навсегда останется там, в душе?
Это бессмысленно — характер не поменять. И он не нуждался в критике. Даже, если это был Блейз.
— А зачем мне это делать? Я сам знаю все, что мне нужно.
— А надо хоть иногда прислушиваться к другим людям, — хмыкнул мулат.
Не обостряй ситуацию, Блейз.
Ты же знаешь. Завести его — ничего не стоит.
— Не учи меня, — холодно бросил.
Фырканье в ответ. Равнодушное пожатие плечами.
Забини посмотрел на Драко, как на ребенка. Все это поведение, неумение признать собственную ошибку, обиды на критику. Малфой был таким, есть и всегда будет. И исправить его никто не мог.
Да он и не хотел. Блейз давно привык к тому, что его друг такой, какой есть. У каждого были свои приветы.
— Ладно, — он махнул рукой, разворачиваясь к выходу, — делай, как знаешь. Только не удивляйся, если тебя попрут из команды.
Кажется, что он за секунду пересек комнату. Остановил друга здоровой рукой, дернув за плечо.
Наверное, это было последней каплей. Как он вообще мог говорить такое?
— Что ты несешь? — прогрохотал.
Он яростно посмотрел на Блейза, который только оторвал взгляд от руки, которая остановила его. Он все еще был спокойным, однако брови нахмурились, и злость промелькнула в его глазах.
Холод пробежал между ними тонкой ленточкой. Залез в уши, нос, рот. Туго завязался на шее, подвешивая к потолку.
Звери проснулись в нем. Крупные звери, которые уже хотели выбраться наружу. И непоколебимость Блейза заставляла их реветь еще больше.
— Несу? Я говорю, Малфой. И говорю то, что тебе, опять-таки, не нравится — правду.
Жилка на его шее неравномерно вздымалась.
Спокойно, Драко. Держи себя в руках.
— Ты серьезно думаешь, что какой-то Флинт может убрать меня из команды? — он неестественно засмеялся.
— Вполне.
— Да? А кто купил метлы всем игрокам? Кто договаривался с Дамблдором насчет тренировок, когда тот был за Гриффиндор?
Его рука застыла около запястья Блейза, словно он в любую секунду хотел схватить того.
Он выжидающе ждал ответа, однако мулат с минуту молча стоял, спокойно глядя, как огоньки пробегают в глазах друга.
— Пойми ты уже, — устало проговорил тот, — главный в Квиддиче капитан. А твой отец им не является.
— Столько, сколько он сделал для команды, никакой капитан не сделает! — закричал он, хлопнув ладонью по груди Блейза.
Они не ценили. Они даже не задумывались.
Хоть кто-то из этих жалких игроков задумывался, сколько стоят эти гребанные метлы? Сколько стоит то, что его отец разговаривал с важными людьми из Министерства, пробивая команду?
Они спокойно себе живут, пользуясь его инвентарем, и никто даже спасибо сказать не хочет. Так еще и угрозами бросаются.
— Не размахивай руками. Ты же не хочешь, чтобы о тебе пошла плохая слава, как и о твоем отце?
— Что ты сказал?
И в следующую секунду он оттолкнул Блейза в сторону. Тот, пошатнувшись, наступил на него и ответил тем же — с силой толкнул назад. Только разница была в силе — Малфой чуть ли не упал на раскаленные угли в камине.
— Ты охренел?
— Следи за собой! — Блейз в последний раз бросил на него тяжелый взгляд и скрылся в проходе, закутавшись в длинную мантию.
***
Она переждала в своей комнате еще часа пол, прислонившись к двери ухом. Конечно, подслушивать — было не лучшей перспективой, однако что она могла сделать, когда два здоровых парня устроили разборки внизу? Сидеть и бездействовать? А что, если бы они там разнесли что-то? Или друг другу сломали что-либо?
По сути, она и вправду сидела и бездействовала, но если бы что-то слишком опасное стало происходить, она бы непременно туда выбежала и утихомирила их.
И вообще — что это за новость такая: устраивать разборки в месте, где есть еще другой человек? Им, видимо, было совершено все равно на то, что она может уже спать или делать уроки.
Конечно же, ведь слизеринцы решают свои дела. Интересно, что сказал бы Драко, если бы она орала на пол Башни, разбираясь с Поттером? Вышел бы, похвалил их и пошел заниматься своими делами?
Она сомневалась. Очень сомневалась.
Гермиона подняла с пола подушку, на которой устроилась, и положила на расстеленную кровать. Сняла с вешалки желтую пижаму с жирафами, белое полотенце и бесшумно отворила дверь.
Она старалась спускаться по ступенькам так тихо, как это было возможно. Злить Драко ей ужасно не хотелось.
Хотя, если посудить, то, что устроил здесь он, не сравнилось бы ни с чем, даже если бы она стала играть на барабанах внизу. Но она все равно, идя на носочках, прижала руку ко рту, стараясь не издавать много шума.
Как на зло, он сидел внизу. По-царски восседал на диване, запрокинув голову на подушку. Его глаза были закрыты, будто он отдыхал после тяжелого дня.
Она медленно, будто бабочка, пролетела мимо дивана, направляясь в душевую. Затаив дыхание, Гермиона кралась дальше, не отрывая взгляда от закрытых век Драко.
Все-таки было что-то в том, что почти все девушки Слизерина по уши в него влюблены. Ведь внешность у него была идеальная: ровный нос, красивой формы брови, большие глаза с серыми оттенками, как будто вырисованные губы и густые волосы. Такое лицо, наверное, хотели бы иметь почти все представители мужского пола.
— Хватит на меня пялиться, — равнодушно сказал он, приоткрыв веки.
— О, Господи! — она подскочила на месте, чуть ли не выронив пижаму на пол.
Ее сердце зашлось, как бешеное, и она несколько раз вздохнула, чтобы успокоиться.
Вот вам и “здрасьте”, насмотрелась. И как можно быть такой глупой, надеясь, что он спит?
— Что, просто пройти не для тебя? — приподнял брови Драко. — Нужно обязательно вылупиться?
Легкий румянец покрыл ее щеки, и Гермиона смущенно поправила край пижамы.
Возьми себя в руки. Это же просто Малфой. Ему есть не давай — только бы издеваться над кем-то.
— Почему ты решил, что я смотрела на тебя? — она изобразила удивление, остановившись около двери в ванную. — Может быть, я рассматривала диван.
  
— Диван? — он выдавил смешок. — Я думал, что ты тупая, но не настолько же.
— Диван, Малфой, диван, — перекривляла его она, сжимая в руках пижаму и полотенце. — Не все любуются тобой, когда идут мимо.
— Тогда знай на будущее, — холодно говорил он, — тебе смотреть на меня запрещено.