Вояж по линиям судеб, или Сказка для взрослой девочки
— Она мне никогда не надоест! Ты не представляешь, какая женщина!!!
— Нет такой бабы, которая не может надоесть, — рассудительно бормотал Толик, желая как можно быстрее прекратить полемику и сберечь хотя бы часть вечера.
— Есть! Ты бы ее видел!!!
— Может, позовем ее сюда — третьей будет, — лениво проговорил Толик.
Женя внезапно насупился и примолк.
— Испугался? — оживился Толик. — Правильно. Я тебе вот что скажу. Хороший ты мужик, но глупый. Бабы все одинаковые. Принципиальной разницы нет.
— Есть, — убежденно выпалил Женя. — Я теперь понимаю, что есть!
— А Галина?
— Что Галина? Живет, что ей сделается?
— Хорошая ведь баба.
— В том-то и дело, что баба. А Валя — королева. Они как небо и земля!
— Да ты поэт, как погляжу. Чего любовь с людями делает! Смотри, не прогадай.
— Не прогадаю. Я уже в выигрыше.
— Ну-ну.
Хотя Валентина и скрывала от Натальи подробности, резкое изменение в поведении Галочкиного мужа не могло укрыться от внимательной Скачковой.
— И что у вас происходит? — требовательно прижала она в курилке Валентину после того, как имела счастье наблюдать сцену романтического прощания.
— Ничего особенного.
— Интересно, что же ты считаешь особенным? — сварливо наседала Наталья.
— Да уж на то, что я считаю особенным, он точно не тянет, — нелогично заметила Валя. — Вообще ни на что не тянет. А самомнения-то…
— Что-то я не поняла — у вас с ним как?
— А тебе зачем? — Валентина вдруг насторожилась.
— Как зачем? Интересно! — Скачкова наивно захлопала глазами.
— Да ничего интересного. Любовь — это тяжелый труд, который не всегда окупается.
— На философию потянуло?
— Главное, чтобы на солененькое не тянуло, — хихикнула Валентина.
Наташка чуть не поперхнулась возмущением и на всякий случай уточнила:
— Уже спали?
— Ну, если эти слабые конвульсии так называются, то спали.
— И зачем тебе такой? — Наталью наполняла горечь и обида за Галочку. А еще — презрение к морально неустойчивым мужикам.
— Забыла? Не он, а приложение к нему.
— Насколько я помню — из приложений у него только жена и, вероятно, теща.
— Узко мыслишь. Я про бизнес и денежки. А жену он бросит.
— Сам сказал? — похолодела Наташка.
— А чего говорить — и так ясно. Где я, а где она.
— И где она? — В голосе Скачковой непроизвольно появились нехорошие нотки. Ей неожиданно захотелось расцарапать наглое Валькино личико.
— Где-где? Нашу жилплощадь топчет, — недовольно поморщилась Валентина. — А Женя порядочный, оказывается.
— Да уж! — Наташка даже сплюнула от негодования.
— Не, ты не представляешь! У него жена пожилая совсем, больная, а он не знает, как ей сказать. У нее с сердцем что-то, с головой и вообще…
Скачкова нервно кусала губы, удерживаясь от несанкционированных действий. Зачем она разыгрывает из себя шпионку, наступая на хвост собственной совести, Наталья не знала. Но подсознательно понимала, что лучше быть своей в стане врага и не плевать в колодец. Хотя бы в Галочкиных интересах.
* * *Напросившись в гости, Скачкова решила прощупать почву. Галя деловито хозяйничала у плиты, Жени дома не было.
— Женька где?
— На работе, — коротко ответила Галина и добавила: — А я ему сегодня кулебяку делаю. Он любит всякие вкусности.
— Не в коня корм. Может, у него солитер завелся? — мрачно пошутила Наталья.
— Работы стало много, — пожалела мужа Галочка. — Устает он очень.
— Ага, собрания, совещания, командировки, — ехидно прокомментировала Наташка.
— Да, — простодушно подтвердила Галя. — Он теперь иногда на складе ночует!
— Вот гад! — всплеснула руками Наташка.
— Почему? — Галочка едва не вывернула кастрюльку с булькающим соусом. Изумлению ее не было предела.
— Да все мужики паразиты, — смутилась Наталья. — А как у вас по ночам?
— Наташка, разве это в жизни главное? — Галочка покачала головой, глядя на подругу, словно на неразумного ребенка.
— А разве я сказала, что это главное? Я просто спросила — как?
— Я тебе уже сказала, он очень устает на работе. Сейчас период такой тяжелый, — чувствовалось, что тема Галине неприятна.
— Ну, в принципе, ответ ясен. По ночам вы спите, как и все приличные люди.
Наталья скомкала тему, твердо решив дождаться вероломного Женю и слегка потрепать ему нервы.
— Галка, а у меня форс-мажор.
— Какой? — Галя, почувствовав, что ее перестанут донимать неприятными вопросами, с готовностью бросила лопатку в раковину и уселась напротив Натальи.
— Сегодня Федька с Маней сидит.
— Ну и отлично. А что, ты тоже с ними хочешь?.. — робко начала Галочка.
— Ты что, спятила?! — Скачкова схватилась за горло и выпучила глаза. — Да я его на дух не переношу. Он когда с Манькой целуется, так и дала бы по темечку! Муси-пуси, как будто это не из-за него мы столько натерпелись!
Подлец-Федька обратно не просился, а наоборот процветал, судя по рассказам и внешнему виду. Что было еще обиднее.
— Наташ, форс-мажор в чем?
— Жизнь вообще сплошной форс-мажор, — философски протянула Наталья. Упоминание о бывшем муже выбило ее из колеи настолько, что она забыла, к чему клонит.
— И в чем он заключается у тебя? — Галя преданно заглядывала ей в глаза, готовая бежать на выручку.
Вспомнив, что ее задача — дождаться загулявшего Евгения и поговорить по душам, Наташка изобразила скорбь и сообщила:
— Мне надо у тебя переночевать!
Галочка озадаченно затаилась. Несмотря на свою незакомплексованность и редкую бесцеремонность, Наталья еще никогда не напрашивалась на ночлег.
— А почему не дома? — только и смогла спросить хозяйка потенциального ночлега, отчаянно краснея.
— Галя! У человека беда, а ты такие бестактные вопросы задаешь, — Скачкова собралась обидеться.
— Нет, я же не против. Только у нас одна комната. Где ты ляжешь? — Галя не знала, как отказать, но по тону чувствовалось, что отказать ей очень хочется.
— В прихожей, на коврике, — гнусно улыбаясь, сострила Наталья.
— Нет, ну это неудобно…
— Естественно. У тебя разве раскладушки нет? Здесь я лягу, в кухне.
— Так Женя ужинать придет… А когда — я не знаю…
— Я рано не лягу, не беспокойся, — утешила ее Наташка.
Но беспокоиться Галочка явно не перестала. Она, конечно же, опасалась, что Женя может вообще не прийти или прийти под утро и сильно навеселе, как это часто случалось в последнее время. И тогда Скачкова будет говорить всякие гадости. Стыдно, и вообще…
— Может, ты все-таки дома попробуешь? — неуверенно предположила Галя, впрочем, не особо надеясь на удачу.
— Нет. Исключено. У меня сегодня Федька ночует.
— А если его выгнать?
— Он с Маней завтра рано утром в Финляндию уезжает, на выходные. Так что не в моих интересах ссориться. А у меня два дня для личной жизни на собственной территории будут. Класс?
— Да уж, — машинально согласилась Галя.
— Не знаю, как ты, а я не могу без нормального мужика.
— Что значит — «не знаю»?! — всполошилась Галина. — У меня муж есть.
— А, ну да. Извини. Забыла, — смутилась Наташка.
— Забыла она, — заворчала Галя и, потянув носом, метнулась к духовке.
Если Женя не возвращался к одиннадцати, то это означало, что придет он только утром, чтобы поменять рубашку и опять бежать на работу. Предвосхищая Галочкины вопросы, он в первый же раз озабоченно сообщил:
— Совсем дела плохи. Сплошь и рядом конкуренты. Работы теперь больше, а денег меньше. Да еще товар надо пересчитывать. Мы решили: чтобы деньги не терять, точки закрывать не будем, а переучет станем делать по ночам. Тяжело, конечно, но бизнес есть бизнес.
Будь на ее месте Наташка, она, испорченная своим негативным опытом, непременно начала бы мужа подозревать в измене. Галочка считала себя мудрой женщиной и на провокации не поддавалась. Ни на Наташкины, ни на мамины.