Невинная для Варвара (СИ)

Галя кивает и удаляется. Листаю папку с делом Саркисова и чем больше изучаю его биографию, тем меньше мне хочется заниматься его процессом. Я никогда не страдал жалостью к чужой жизни. Легко брался за дела похуже. Без зазрения совести топил оппонентов. Но почему-то именно эту гниду мне хочется уничтожить и лишить всего.
В очередной раз вскидываю голову и смотрю на Жасмин. Сидит тихонько, кончик ручки грызёт и мышкой крутит, читая что-то в мониторе. Нужно её убрать подальше с глаз моих.
  
Малышка внезапно прячется под стол. Перевожу взгляд и вижу заходящего в приёмную Саркисова в компании телохранителя и помощника. Мужику закон, судя по всему, не писан. За ним маячит Галя, и, похоже, у женщины не получилось проводить его в нужный зал. Он уверенно распахивает мою дверь и заходит как к себе домой.
— Здравствуй, адвокат, — ухмыляется, осматривая мою вотчину.
— Добрый день, Руслан Тигранович, — сухо отвечаю, откидываясь в кресле. — Наша встреча назначена на полпятого в малом совещательном зале. Мой секретарь проводит вас и подаст кофе.
— Да, да, мы дойдём и до зала. Мне с тобой кое о чём перетереть надо, — отмахивается мужик и жестом приказывает своим выйти.
В моём кабинете нет лишних стульев, как и дополнительных столов. Приёмы, консультации и встречи я веду либо на территории клиента, либо в конференц-зале. Мой кабинет — моя территория, и я очень не люблю, когда ко мне вламываются без приглашения. Но Саркисова это не останавливает. Он доходит до моего стола, сдвигает часть канцелярии и приземляется прямо на собственные документы.
— Короче, сегодня жена звонила мне и угрожала обнародовать какую-то информацию, связанную с пятничным вечером. Явно одна из шлюх связалась с этой сукой. Джамала я уже напряг, он своих девок допросил. Одна осталась. Та, что с тобой ушла. Нужно её найти и заткнуть.
— Вас в том клубе видели по меньшей мере сотня человек. Девчонка не станет лезть куда не надо, в этом я уверен.
— Мне не нужна твоя уверенность! Я должен точно знать! — перебивает он раздражённо.
— Хорошо. Я займусь этим, — соглашаюсь совершенно спокойно, хотя внутри всё кипит от тихой ярости.
— Достанешь адрес, мои ребята сами всё уладят, — хлопает по плечу Саркисов и, оттолкнувшись, идёт на выход из кабинета.
— Не лучшая идея, — замечаю сухо. Мужик останавливается и поворачивается. — Слова вашей жены никак не подтвердить. Возможно, она сама проследила. Возможно, наняла профессионала. Возможно, её адвокат вплотную занялся вами. Если сейчас начнёте метаться и искать виноватых, то добавите в копилку вашей жены ещё несколько улик против себя. До первого слушания постарайтесь не попадать в конфликтные ситуации, избегайте скандалов. И главное, выполняйте мои рекомендации. В противном случае нам придётся распрощаться.
— Ты ставишь мне условия? — удивляется Саркисов.
— Да, это мои условия, и вас должны были проинформировать. И впредь ваша работа — делать то, что я говорю и когда я говорю.
— А не много ли ты на себя берёшь? — мужик разворачивается и подходит к столу. Кулаками упирается в столешницу и нависает.
— Достаточно, чтобы поднять, — хмыкаю, скрещивая пальцы в замок. — Нагадившая собака за собой не убирает. Последствия вашей вечеринки могут развалить всё наше дело. Продолжите в том же духе, и ваша жена получит не только полную опеку, но и всё остальное, причитающееся ей по закону.
Мужик скалится и наигранно смеётся, хотя я вижу его злость и желание начистить мне рожу. Вижу и жду. Чтоб с чистой совестью спустить его с лестницы. Никогда ещё я не был столь категоричен с клиентами, считая, что клиент всегда прав. И нужно быть лояльным.
— Дерзкий сукин сын, — наконец цедит мужик, — договорились. Но с девкой и клубом реши вопрос. Выясни и уладь.
— Обязательно. А сейчас пройдёмте в конференц-зал, обсудим стратегию нашего досудебного слушания, — киваю и поднимаюсь.
С Саркисовым я застреваю почти до восьми вечера. Этот урод — настоящий энергетический вампир, высасывает все мои силы. И довольный уезжает.
В очередной раз прокляв собственное начальство, принципы и мудака, иду к себе в кабинет. Ослабляю галстук, краем глаз цепляю тёмную макушку, выглядывающую из-за стойки секретаря, и останавливаюсь.
— Ты почему ещё здесь? — спрашиваю, нависая над девчонкой.
— Вы же здесь, — хлопает пушистыми ресницами Цветочек, прожёвывая свой скудный ужин.
— А Галя где?
— Ушла, её рабочий день в шесть заканчивается, — пожимает плечами и протягивает мне тарелку с бутербродом, — Будете?
— Так, Цветочек, после шести сваливаешь домой. Не ждёшь меня, поняла? — устало ворчу и забираю предложенный перекус. — Собирай вещи, отвезу домой.
— Это не обязательно, я на автобусе…
— Не спорь с начальством! — рявкаю, откусывая большой кусок хлеба с маслом и с самой дешевой колбасой. — И у нас тут кухня есть, не обязательно с собой еду таскать.
Жасмин улыбается, краснеет и кивает. Зря я её сюда устроил. Опять мысли не в том направлении утекли. Подхватываю папку с документацией и выхожу обратно. Малышка ждёт, словно пионер на линейке. С ровной осанкой, дежурной улыбкой, преданным взглядом.
В очередной раз напоминаю себе, что девчонка слишком правильная, слишком невинная, слишком молодая. И за неё мне совершенно точно оторвут яйца. Но я хочу её. Хочу испортить, испачкать, совратить. Сделать своей. Между нами пропасть. И я ей почти в отцы гожусь. Но хочу. До зубного скрежета, до ноющего в штанах члена.
Мы в молчании добираемся до парковки. Мина смущённо благодарит, когда я ей дверь распахиваю. А я представляю её благодарность в другой плоскости. И матерюсь себе под нос. Вполне возможно, всё дело в воздержании. Я тут месяц целибат храню. Сегодня же позвоню какой-нибудь подруге, и меня отпустит.
По пробкам за час добираемся до её общежития. Девчонка дёргает ручку двери, но она заблокирована с моей стороны. Разворачиваюсь к ней. Смотрит наивными глазами. Краснеет опять.
— Вы хотите меня уволить, да? — спрашивает, комкая рукав блейзера.
— Нет, с чего такие мысли?
— Из-за того мужлана. Он ведь ваш клиент.
— Думаешь, он тебя узнает в этой одежде? — хмыкаю, неосознанно склоняясь к ней. Вдыхаю цветочный запах её парфюма. Блядь, даже пахнет цветочками. Весенними. Нежными. Жасмин пожимает плечами и опускает голову. — Не бойся его. И не прячься больше. Я с ним сам разберусь, если начнёт приставать.
Перехватываю пальцами за подбородок и поднимаю. Нас освещает только небольшой фонарь у входа в общежитие. В полутьме салона чудится собственное отражение в этих медовых глазах. И девчонка неосознанно губы пухлые облизывает, чуть рот приоткрывает, смотрит будто в душу… в самую чернь заглядывает.
— Иди, Цветочек, — приказываю, неохотно пальцы разжимая. Жму кнопку разблокировки двери.
— Спасибо, Натан Артурович. До завтра, — лепечет и торопливо выскакивает из авто. К груди рюкзак прижимает и бежит не оглядываясь.
Тянусь к пачке, а ведь бросил почти. Окна открываю со всех сторон, чтобы чёртов цветочный запах выветрить. Закуриваю. И, прикрыв глаза, затягиваюсь. Глубоко, до жжения в горле.
Телефон вытягиваю, кручу контакты с именами девушек. И ни одну не хочу так же сильно, как эту малолетку.
Выбросив окурок, завожу машину. Меня отвлекает девочка, выскочившая из того же подъезда. Машет рукой, будто мы знакомы, и, подбежав с пассажирской стороны, заглядывает в салон.
— Привет, не подбросите до центра? — с наглой улыбкой интересуется.
— Ну, садись, — хмыкаю, осматривая девчонку.
— Спасибо, вы меня так выручите. Я Катя, — легко запрыгивает блондиночка, полубоком разворачивается ко мне, откидывая в сторону полы своей куртки и закидывая оголённые ножки друг на друга.
  
— Куда конкретно тебя подбросить, Катя? — снисходительно поглядываю, понимая, что безнадёжно отстал от способов соблазнения малолеток.
  
Глава 8. Жасмин