Жизнь на кончиках пальцев - 2 (СИ)

Милочка быстро спрятала руки на коленях.
Чай согрел и расслабил. Десерт, к удивлению, оказался не приторным сладко-масляным, а нежным и очень вкусным. Милочка, увидев огромную порцию в принесенной креманке, дала себе слово съесть пару ложечек, чтобы не обидеть ни Тимура, ни услужливого метрдотеля, а потом отказаться, сославшись на балетную диету. Но незаметно для себя одолела больше половины и только потом отодвинула вазочку, подумав, что в удовольствием опустошила бы её, если бы не ограничение в углеводах для балетных.
— Как Лена? — спросил Халфин, отхлебнув кофе. — Расскажите мне о ней.
— Что бы вы хотели узнать, Тимур? — уточнила педагог. — О том, какой она была в детстве? Или какой стала сейчас?
— К детству дочери мы с вами обязательно вернемся, — пообещал Халфин. — Сейчас меня больше интересует, есть ли у Елены перспективы на выбранном поприще? Сможет ли она добиться поставленной цели?
— Леночка чуть ли не с первого класса твердит, что обязательно станет Примой, — Людмила подбирала слова, стараясь описать ситуацию такой, как она есть и при этом не ущемить отцовские чувства Тимура. — Она трудолюбива и работоспособна! И безусловно талантлива! Но вот станет ли Примой — я не знаю.
— Почему? — Тимур смотрел куда-то мимо лица собеседницы.
— Видите ли, Тимур, — Милочка по-прежнему говорила тихо и медленно, — когда я смотрю на Лену, я вижу великолепную балерину, прекрасный танец, отшлифованный до блеска. Идеальные движения, выверенные с точностью до миллиметра. Но в её танце нет волшебства. Нет магии, способной увлечь, поглотить зрителя. А без этого стать Примой, в том понимании, которое вкладывают в это слово все балетные, невозможно! Она не умеет и не хочет взаимодействовать с танцовщиками, оказавшимся на сцене вместе с нею. Не уверена, что сможет увидеть личность даже в своем партнере, — смутилась. — Надеюсь, я вас не обидела?
— Нисколько, — ответил Тимур. — И я благодарен за честность, — немного помолчал. Спросил: — А Диана? Подруга дочери?
Последнее, что хотела бы сделать Людмила, так это начать проводить параллель между подругами, а потому, сделав вид, что не понимает подоплёки вопроса, продолжила:
— Диана… она и Леночка дружат с детского дома. И пока, на радость всем нам, между девочками нет конкуренции! И я очень надеюсь, что все так и останется.
— Лена много рассказывала о Диане, — сообщил Халфин. — Мне кажется, что подруга оказывает благотворное влияние на мою дочь.
— Это так! — радостно подхватила Людмила.
— Я хочу оформить опеку над Дианой, — перебил собеседницу Тимур. — Сделать так, чтобы девочки стали не только подругами, а словно сестрами. Чтобы между ними не встала разница в материальном обеспечении и социальном статусе.
«Да кто же ты такой, Тимур Халфин?» — думала педагог, — «Если ставишь свою дочурку выше любой другой воспитанницы хореографического училища?! Ведь для балета не важно, сколько денег упрятано в твой бумажник. Дочери директора завода и простого работяги оказываются в равных условиях на пороге училища. Талант не купишь и не обеспечишь связями!» — но задавать подобный вопрос Милочка посчитала неуместным. Или, как минимум, преждевременным.
— Мне пора, — Людмила взглянула на часы. — Завтра в восемь начнется урок, а добираться больше часа.
— Я бы с удовольствием отвез вас, Милочка, — Тимур вслед за собеседницей посмотрел на часы, — но на вечер запланирована еще одна встреча.
Людмила не имела понятия, в каком районе находится, и с ужасом подумала, как будет выбираться. Посетовала на себя, поругала, что подалась на предложение Тимура, нахмурилась, постаравшись не выдать разочарования, тотчас улыбнулась:
— Не страшно. Доеду сама. Вы просто скажите, где тут ближайшая остановка автобуса?
— За кого вы меня принимаете?! — возмутился Халфин. Тут же велел появившемуся словно из-под земли метрдотелю: — Вызови машину!
Людмила вышла из ресторанчика все так же поддерживаемая под локоть Тимуром, подумала, хватит ли ей денег, чтобы расплатиться за такси. Но Халфин, усадив её на заднее сидение, велел водителю:
 
— Отвезешь даму по нужному адресу и доложишь мне, когда доберетесь.
— Сделаю, Тимур Айдарович! — ответил водитель.
Машина тронулась с места. Милочка вспомнила о том, что Халфин не расплатился в ресторане. Подумала, что возможно он намерен вернуться. Ведь где состоится его следующая встреча — она не имела понятия.
Зайдя в квартиру, передернула плечами. Снова пожалела о том, что не утеплила окна на зиму. Впрочем, в этой квартире она только ночевала, проводя весь день в училище, а ночью вполне можно согреться под пуховым одеялом, подаренным Звездинской на прошлое Восьмое Марта. Мстислава всегда делала подруге «хозяйственные» подарки, хотя, Милочка намного больше порадовалась бы флакону хороших духов.
Забравшись с головой под одеяло, вспомнив в очередной раз о духах, на которые вечно не хватало денег, посокрушавшись по поводу полного отсутствия привычки экономить, дабы собрать необходимую сумму на свои «хотелки», Людмила Марковна уснула.
* * *
На следующее утро она проснулась ровно в шесть. За годы непрерывного режима для того чтобы встать в положенное время, Милочке не нужны были ни часы, ни, тем более, будильник.
Быстро умывшись, выпив чашку горячего чаю, она оделась и, спускаясь по лестнице с третьего этажа, уже начала подрагивать в стылом подъезде, толкнула входную дверь, приготовившись быстрым шагом преодолеть пятьдесят метров до автобусной остановки.
И удивлено замерла, увидев стоявший прямо у подъезда автомобиль, из которого тотчас выскочил вчерашний водитель и распахнул заднюю дверцу:
— Людмила Марковна! — мужчина сделал приглашающий жест рукой. — Садитесь! Мне велено доставить вас к месту работы.
— Ну что вы? — растерялась Милочка. — Не нужно. Я сама доберусь.
— Нужно — не нужно, это вы уж с Тимуром Айдаровичем решайте, — поторапливал водитель. — Мне велено доставить. Так что садитесь и не заставляйте меня мерзнуть на ветру.
Людмила видела, что мужчина одет в свитер и брюки, что, не смотря на явно хорошее качество шерстяного свитера, все же не соответствовало промозглому февральскому утру, а потому, вняв просьбе, быстро села в авто.
Машина мчала по темным улицам города, явно зная конечный пункт.
Дорога заняла намного меньше времени, чем если бы Милочка ехала автобусом, а потому уже в половине восьмого автомобиль, сбавив скорость, подъехал к автобусной остановке.
— Высадите меня здесь, — попросила Людмила Марковна. Добавила, словно оправдываясь: — Хочу немного пешком пройтись, — и быстро выскочила из авто, не дожидаясь, пока перед нею распахнут дверь.
— Спасибо! — отчего-то покраснела, прежде чем захлопнуть дверцу.
Водитель кивнул, не меняя невозмутимого выражения лица, и тут же отъехал.
«Ну и дела!» — думала Милочка, шагая по дорожке ко входу в училище. — «Нужно в следующий раз сказать Тимуру, что это совершено не обязательно!» — вздохнула: «Если он, этот следующий раз, в принципе будет», — потянула на себя дверь и оказалась в теплом, пропахшем такими родными и привычными ароматами тяжелого балетного труда, фойе.
Спустя четверть часа Людмила Марковна уже входила в танцкласс.
Она смотрела, как девочки, кто на полу, а кто и у станка растягиваются и разогревают мышцы, готовясь к утреннему уроку.
Вспомнила, что именно сегодня должен состояться пресловутый парный урок, который непонятно с какого перепугу затеяла Мстислава.
Нашла взглядом Леночку, стоявшую у станка, положив правую руку на перекладину и высоко выбрасывающую левую ногу в гранд-батмане.
Заметила Диану, сидевшую в растяжке на полу.
Вздохнула, понадеявшись, что сегодняшний день все же пройдет без эксцессов.
Хлопнула в ладоши, призывая к вниманию:
— Всем доброго утра! Прошу к станку! Начнем урок…
  
Глава вторая