Кризис семейной жизни
Санна Сью
Кризис семейной жизни
Развод. Ты вошёл не в ту дверьГлава 1
– Нет, Лёля, сегодня Машеньку из сада забрать не смогу, – говорю тихо в трубку, – папа же ваш вернется из поездки.
Я сижу на трибуне ледовой арены и наблюдаю за тренировкой старшего внука – сына второй нашей с мужем дочери Лены. Павлу уже восемь, и он у нас будущий великий хоккеист. Вернее сказать, смотрю я не совсем на игру внука. Вот уже несколько месяцев как у меня появился другой объект наблюдения. Гораздо старше, крупнее и интереснее…
Очень такой брутальный объект сидит чуть левее в соседнем ряду. Он тоже водит на тренировки ребёнка. Но это моя маленькая тайна. Негоже глубоко замужней женщине в сорок девять лет заглядываться на мужчин, пусть даже и на таких со всех сторон потрясающих.
– Ой, мам, и что? – фырчит дочь. – Как приезд отца помешает тебе забрать внучку? А мне очень надо! Я еле-еле к мастеру этому на ресницы прорвалась.
Ольга будто даже мысли не допускает, что у нас с ее отцом тоже могут быть романтичные встречи после разлуки. Не верит, что мы соскучились друг по другу и захотим побыть вдвоем.
Если уж быть до конца откровенной, её предположения не лишены оснований. С Григорием мы давно перешли в стадию скорее родственных отношений. Все же тридцать лет женаты, это вам не хухры-мухры. Однако я очень стараюсь воскресить былую страсть, хотя бы изредка. Правда, начала не так давно. Ровно в тот момент, когда поймала себя на том, что начала заглядываться на другого мужчину…
– Всё, Лель, не могу разговаривать. Потом позвоню, – говорю дочке, потому что замечаю, как в проходе между рядами мнется молодая беременная женщина. Намётанным взглядом подмечаю, что живот у нее приличный – скорее всего, последний триместр носит.
Она бросает на меня красноречивые взгляды. Незнакомка ждет, пока я договорю, чтобы обратиться ко мне. Может, помощница тренера с информацией, а может, и мамочка какая-то. Хотя я ее никогда раньше не видела. Сбрасываю вызов, убираю телефон в карман шубы и смотрю на женщину с улыбкой.
Она в ответ не улыбается. Вид у нее скорбный. Ох, может, ей помощь нужна?! Почувствовала себя плохо? Я встаю беременной навстречу.
– Здравствуйте, вы Ирина Строганова, правильно? – спрашивает она.
Странно, что не обратилась как к бабушке Павла Корнеева.
– Да, это я, – киваю.
– Будем знакомы. А я Лариса. Присядем, у меня к вам очень важный разговор.
Я падаю на сиденье и отчего-то начинаю нервничать. Сердце сбивается с ритма, становится трудно дышать. Сотни панических мыслей проносятся в голове: муж попал в аварию, наш сын – двадцатилетний олух Ромка – сделал этой женщине ребенка и сбежал в закат…
– Что случилось?! – выдыхаю я, едва сдерживаясь, чтобы не схватиться за сердце.
– Ирина, я должна с вами поговорить как женщина с женщиной. Как мать с матерью.
Начало мне не нравится! Точно Ромка натворил дел! Но как он с ней спутался? Этой Ларисе точно больше тридцати, и она не сказать что во вкусе нашего с Гришей сына. Роман у нас музыкант, играет в рок-группе на ударной установке, и девушки у него соответствующие. А передо мной женщина скорее в камерном стиле: гладкая причёска, строгая одежда, умелый макияж. Ухоженная и явно знающая себе цену.
– Не тяните, пожалуйста, Лариса, – прошу.
Она на миг отводит глаза.
– Это сложно, – бормочет в сторону, но решительно оборачивается и продолжает, глядя на меня прямо: – Случилось так, что мы с Григорием полюбили друг друга и ждем ребенка. Он не знает, как вам об этом сказать, а я не хочу, чтобы мой сын родился вне брака. Дайте Грише развод, Ирина, очень прошу! Зачем цепляться за то, чего нет? Отпустите Гришу, позвольте ему спокойно начать жизнь сначала и насладиться отцовством!
Перед глазами все плывет. Я трясу головой. Может, у меня слуховые галлюцинации?!
– Что?! О чем вы? Я не понимаю. Мой муж в поездке. Он катается с друзьями на лыжах. Это плохая шутка, Лариса, – выдавливаю из себя онемевшими губами.
Она коротко передёргивает плечами, гладит живот и поджимает губы.
– Никаких друзей и лыж, Ирина. Он сейчас у нас дома. Гриша уже год живет на две семьи. Вы разве не замечали, что у него в последнее время постоянные поездки? То с друзьями отдохнуть, то командировки?
Я сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в кожу. Не то чтобы я не замечала. Замечала, конечно. Но если быть откровенной, меня частые отлучки мужа вообще не расстраивали. Сама я терпеть не могу гостиницы и плохо сплю в чужих кроватях. Я скорее радовалась тому, что муж перестал меня за собой таскать. Я по-настоящему наслаждалась одиночеством. Ну, в те редкие деньки, когда мне не подбрасывали внуков.
Но ведь у меня даже мысли никогда не возникало, что Гриша в это время живёт в другой семье! Это ведь… Настоящее предательство! Оно ведь невозможно между людьми, которые вместе тридцать лет! Бок о бок прошли огонь, воду, медные трубы и воспитали троих детей! Я не могу уложить сенсационное заявление Ларисы в голове.
– Хочу, чтобы он всё это сам мне сказал, – только и могу отчеканить убито, словно не живой человек, а бездушная машина.
– Поймите, Ирина! Грише сложно. Он вас бесконечно уважает и боится сделать больно! Не нужно требовать от него такого. Будьте благородны! Просто отпустите Гришу ко мне молча и без выяснения отношений, – молит Лариса.
А я словно застываю скорбным памятником самой себе. Внутри все кипит, а наружу не вырывается ни единой эмоции. Наверное, скоро наступит критический момент, когда у меня случится истерика, но пока держусь и тихо прошу:
– Уйдите. Бога ради, скройтесь с глаз долой.
Лариса мгновенно понимает, что меня лучше сейчас оставить в покое, и довольно шустро для беременной уходит. А я смотрю невидящим взглядом в одну точку до тех пор, пока рядом не раздается глубокий мужской бас:
– Я вижу, у вас что-то случилось. Могу я помочь?
Вздрагиваю и поворачиваю голову, а там ОН. Тот, кто все последние месяцы будоражил мою фантазию, но я даже мысли не допускала изменить с ним мужу хотя бы в мечтах.
Глава 2
Я молчу, как идиотка. Вот что я должна сказать потрясающему мужчине, на которого пускала слюни несколько месяцев подряд? Может, выложить всю правду как на духу? Сказать: «Простите, мужчина, не имею понятия кто вы и как вас зовут, но только что я узнала, что у моего мужа долгое время есть вторая семья и он скоро станет папочкой, в то время как я останусь только бабушкой нашим с ним внукам. Что посоветуете с этим делать?»
Истерично хихикаю, но быстро спохватываюсь. Делаю серьёзное лицо.
– У меня все хорошо. Вам показалось, – говорю беззаботно.
Ну, насколько это возможно в моей ситуации.
– Нет, мне не показалось, – настаивает мужчина. Похоже, деликатность – не его конек. – Я за вами давно наблюдаю и вижу, что вам сообщили что-то очень неприятное. Обычно вы такая… уютная и умиротворённая, словно ангел. А сейчас… на вас больно смотреть. Вы на грани истерики. Никогда не видел у вас такого загнанного выражения лица. Простите, если лезу не в своё дело. Меня, кстати, Дмитрий зовут. Дмитрий Стрельцов.
От растерянности я хлопаю ресницами. Даже не знаю, как реагировать на такое неожиданное заявление. Сложно было бы найти более неподходящее время для подобных признаний. У меня же голова сейчас взорвется от попыток уложить в ней два вызывающих совершенно противоположные эмоции события.
– А я Ирина, – говорю, протягивая руку и зачем-то добавляю, – внука Павлушку на тренировки иногда вожу.
Дмитрий слегка сжимает мои пальцы и улыбается.
– Внука? Никогда бы не подумал. Вам больше тридцати пяти не дашь, – безбожно льстит. – А я сына Левку, – кивает на лед.
Я вырываю руку. Понимаю, что ничего плохого в нашем знакомстве нет и Дмитрий со мной вряд ли флиртует – просто проявляет участие, – но сейчас, после того, что я узнала о муже, мне все женатые мужчины, общающиеся с посторонними женщинами даже на безобидные темы, кажутся предателями.