Обет (СИ)

Ее слова запали мне в душу, словно семена сомнения. Была ли она права? Может быть, я действительно отрицал свои истинные чувства, пытаясь быть тем, кем я не был? Может быть, мое место было здесь, рядом с Алисией, в этом мире магии и власти?
— Я могу дать тебе все, о чем ты мечтаешь, Макс, — продолжала Алисия, ее голос был подобен пению сирены, манящему и опасному. — Силу, власть, богатство, любовь… Все, что твоей душе угодно.
  
Она приблизилась ко мне, ее аромат — смесь экзотических цветов и чего-то сладкого, пьянящего — окутал меня, словно туман. Я чувствовал, как ее сила проникает в меня, пробуждая во мне желания, о которых я раньше даже не подозревал. Я испытывал безумное возбуждение.
— Я знаю, что ты способен на великие дела, Макс, — прошептала она, ее губы коснулись моего уха. — Ты — Воин-Дракон, избранный судьбой. Но тебе нужна моя помощь, чтобы раскрыть свой истинный потенциал.
Ее слова были сладки, как яд, и я чувствовал, как моя воля слабеет под их натиском. Мир вокруг меня поплыл, границы реальности размылись, и лишь ее голос, гипнотический и пьянящий, звучал в моей голове. Но в этот момент, словно сквозь туман, я увидел лицо Ян. Ее улыбка, полная тепла и доброты, ее глаза, в которых я видел любовь и веру, словно маяк в штормовую ночь, указали мне путь назад, к самому себе.
Ее взгляд прожигал насквозь, заставляя забыть обо всём. Ради такой женщины можно перевернуть мир… или предать данный обет.
Обет? Точно! Я же обещал помочь Ян в возвращении трона, дал ей обет взамен на то, что моя дочь Алиса будет жить.
Я с трудом сфокусировал взгляд на Алисии. Ее красота все еще ослепляла, но теперь я видел в ней что-то холодное, чуждое, похожее на блеск полированного металла.
— Нет, Алисия, — сказал я, и мой голос звучал уже тверже, увереннее. — Я благодарю тебя за предложение, но я не могу его принять. У меня есть свой путь, и я должен следовать ему.
Вместо гнева или разочарования, которых я ожидал, Алисия рассмеялась. Это был мелодичный, но вместе с тем немного зловещий смех, словно перезвон серебряных колокольчиков в ночной тишине.
— Браво, Макс! — воскликнула она, и в ее глазах вспыхнули огоньки веселья. — Не многим удавалось устоять перед моими чарами. Ты действительно необычный человек. Может ты и правда Воин-Дракон?
В тот же миг давление, которое я чувствовал все это время, словно невидимая рука, сжимавшая мою грудь, исчезло. Голова прояснилась, и я смог трезво оценить ситуацию.
Тинг, которая до этого напряженно наблюдала за нами, с подозрением щуря глаза, расслабилась.
— Фух, — выдохнула она. — Кажется, пронесло. Не знала, что бывают такие… очаровывающие чары. Даже я почувствовала их влияние.
— Это древняя магия, Тинг, — объяснила Алисия. — Магия соблазна, магия желания. Она не контролирует волю, а лишь усиливает то, что уже есть в сердце человека.
Я посмотрел на Алисию новыми глазами. Восхищение ее красотой и силой теперь было искренним, не замутненным магией.
— Это … впечатляет, — признался я.
Алисия улыбнулась, и на этот раз ее улыбка была теплой и дружелюбной.
— Я рада, что ты оценил мои способности, Макс, — с ухмылкой сказала она. — И я все еще готова помочь тебе в твоей миссии. Но теперь я знаю, что ты сможешь справиться и без моей помощи. Ты сильнее, чем ты думаешь. — Она перевела взгляд на Тинг, — Кстати, как тебя угораздило попасть в тело кошки, подруга?
Вопрос был, видимо, риторическим, так как она повернулась и направилась к выходу из сада, оставив после себя легкий аромат лотосов и ощущение тайны.
— Ну и ведьма! — пробурчала Тинг, когда Алисия исчезла в зарослях волшебных лотосов. — Хоть и красивая, но хитрая и опасная. Хорошо, что ты устоял перед ее чарами, Макс.
— А то бы она тебя заколдовала и забрала с собой в свой волшебный дворец, — добавила Мэи, которая все это время пряталась за моей спиной, с испугом наблюдая за Алисией.
— И выцарапала бы ей глаза, — продолжила она, сжимая маленькие кулачки и сверкая глазами. — Никто не смеет очаровывать Макса! Он — мой друг!
Я улыбнулся, тронутый ее заботой.
— Не волнуйся, Мэи, — сказал я, погладив ее по голове. — Со мной все в порядке. Я устоял перед чарами Алисии.
— И правильно сделал, — одобрительно кивнула Тинг. — Эта женщина — ходить по лезвию ножа. Никогда не знаешь, что от нее ожидать.
— Да ладно вам, не такая уж она и страшная, — услышали мы голос Ян, которая вернулась из дворца князя. Она уже приняла свой обычный облик, и на ее лице играла легкая улыбка. — Просто она знает, чего хочет, и не боится использовать свои чары, чтобы добиться этого.
Тинг фыркнула.
— Ты слишком доверчива, Ян, — сказала она. — Не забывай, что она — могущественная ведьма, и ее мотивы могут быть нам неизвестны.
— Может быть, ты и права, — согласилась Ян. — Но я думаю, что мы можем доверять Максу. Он сам разберется, что к чему.
Она подмигнула мне, и я почувствовал, как мои щеки покрываются румянцем.
— Ну да, ну да, — пробурчала Тинг, но в ее голосе уже не было прежней настороженности. — Только пусть не забывает, что у него уже есть прекрасная принцесса, которая ждет его.
Мэи, которая все это время с серьезным видом слушала наш разговор, внезапно засмеялась.
— А если Макс забудет, — сказала она, грозя маленьким кулачком в сторону исчезнувшей Алисии, — я ему напомню! И выцарапаю глаза всем ведьмам, которые посмеют на него глазеть!
Мы все рассмеялись, и напряжение последних минут рассеялось. Да, Каршур был опасным местом, полным соблазнов и ловушек. Но у нас была цель, у нас были друг друга, и у нас была Мэи, которая была готова защищать нас от всех ведьм мира, даже от самых красивых и очаровательных.
— Как прошла встреча с князем Чун? — спросила Тинг у принцессы.
 Глава 14 
Великолепный зал дворца князя Каршура поражал воображение своим великолепием. Солнечный свет, проникающий сквозь окна из тончайшего рисового полотна, играл на золотых украшениях, которыми были щедро усыпаны стены. Иероглифы, написанные искусной каллиграфией, рассказывали о славных победах и мудрых решениях предков князя. Стены были украшены не просто вышивкой, а настоящими произведениями искусства — изображениями могучих драконов, парящих среди пушистых облаков, вышитых золотыми и серебряными нитями, украшенными драгоценными камнями, которые мерцали, словно звезды на ночном небе. Пол устилали толстые ковры, настолько мягкие и пушистые, что ноги утопали в них, как в лебяжьем пуху, глуша шаги и создавая ощущение нереальности происходящего.
Воздух, тяжелый от ароматов экзотических благовоний, щекотал ноздри сладковатым, слегка приторным запахом. Казалось, эти благовония были призваны не только подчеркнуть богатство и роскошь дворца, но и заглушить едва уловимый запах страха, который, словно тонкая змея, витал в воздухе, просачиваясь сквозь благоухающие клубы дыма.
Чун, князь Каршура, человек тучный и вальяжный, с лицом, бледным и одутловатым от излишеств и бессонных ночей, восседал на массивном троне из черного дерева, искусно резного мастерами давно минувших дней. Трон был инкрустирован драгоценными камнями, которые вспыхивали яркими искорками при каждом движении князя. Его пухлые пальцы, усыпанные перстнями с рубинами и изумрудами, нервно постукивали по подлокотникам трона, выдавая его внутреннее беспокойство. Его взгляд, мутный и неопределенный, блуждал по лицам советников, собравшихся вокруг него.
  
Эти люди, облеченные в дорогие шелковые халаты, расшитые золотыми и серебряными нитями, с хитрыми, прищуренными глазами, на лицах которых застыли маски вежливости и подчинения, больше напоминали стаю хитрых лис из древних китайских сказок, чем мудрых и преданных правителей. Их тонкие губы шевелились в беззвучном шепоте, они обменивались многозначительными взглядами, и в этих взглядах читалась не только преданность своему князю, но и скрытая жажда власти, интриги и предательства. В этом зале, сияющем роскошью и богатством, плелись тайные заговоры, и судьба Арантеи решалась в шепоте за спиной нерешительного князя.