Обет (СИ)

— Ученик, — чуть мягче произнесла кошка, — пора тебе понять важную вещь…
Мое тело переполняло Ци. Не в силах сконцентрироваться от гнева, я хотел обрушить на это лохматое животное всю доступную сырую энергию.
Сегодня она обессилена, поэтому ничего не сможет противопоставить.
— Когда ты умер, — кошка отвернулась от меня и уставилась за край горизонта, — твоя Ци находилась в беспомощном состоянии. Именно в этот момент с ней можно сделать все что угодно. Например, направить в прокол пространства вместо той энергии, которую я внесла в твой мир с помощью заклинания иллюзии. Таким образом, Ци в обоих мирах пришла в равновесие. Но за все нужно платить, — кошка опустила взгляд на свои лапы и подрагивающий хвост.
  
— Моя дочь на самом деле умерла? — хрипло вытянул я из себя, еле сдерживая рвущуюся из меня энергию.
— И да, и нет, — черная кошка вздохнула и прямо посмотрела на меня, — Твой мир, как и любой другой, состоит из множества оболочек реальности. В одной из этих реальностей ты и твоя дочь погибли, — собранная в моем теле Ци начала светиться, покрывая кожу узорами вен, — поэтому, чтобы «доказать» тебе, что твоя дочь спаслась, я хотела показать одну из этих реальностей, в которой твоя дочь выжила бы. Мне казалось, что это проще, чем менять твою реальность. Но я не смогла этого сделать. Прокол пространства сжирал всю доступную мне Ци. Пришлось на самом деле менять твою реальность, чуть сдвинув сам прокол по времени. Это было быстрее, хотя и ненамного менее энергозатратно. Поэтому, здесь нет обмана, твоя дочь выжила.
Кошка прикрыла глаза и замерла.
— Почему я должен этому верить? Может ты сделала иллюзию всего что было вокруг меня. Не думаю, что это более затратно, чем менять реальность.
Энергия грозила взрывным скачком выплеснуться из меня.
— Честно говоря, я не думала об этом. Тогда мне казалось, что честнее будет выполнить наш уговор, иначе сама Ци меня покарала бы. Да в итоге так и получилось, как видишь, — кошка покрутила хвостиком, — Когда я пыталась показать ту реальность, в которой твоя дочь выжила, я поняла, что их, реальностей, такое множество, что один только просмотр сожрет всю энергию, что я могла бы через себя пропустить, поэтому вмешательство в твою жизнь в твоем мире было единственным выходом. Как я поняла, в многих других реальностях, вы оба погибли. Не знаю с чем это связано. В любом случае, это свершилось.
А в ее словах есть логика. Могла ведь поступить проще, тупо лишив меня памяти. Ментальный маг на это способен, уж я знаю точно. Но тогда у меня не было бы никакой мотивации. Хотя, она могла забить ложную память и безграничную преданность в мою подкорку. Почему она этого не сделала? Либо не может, что слабо верится, либо хотела искренних, природных чувств призываемого. Но с другой стороны, Ци могла действительно покарать Учителя.
Энергия сжигала вены. Не выдержав боли, я выплеснул Ци в небо. Мое тело предательски качнулось. Я упал на колени, держась за перила. Выровняв дыхание, я посмотрел на кошку. Она удивленно уставилась в небо. Проследив за ее взглядом, я сам обмер.
Ци взорвалась тысячами фиолетовых искр, словно отражая хаос, царивший в моей душе. Тинг испуганно отшатнулась, но промолчала.
— Что это? — прошептал я, удивленно наблюдая, как искры Ци не растворяются в воздухе, а превращаются в странные, мерцающие узоры.
— Не знаю, — так же тихо ответила Тинг, и в её глазах читались тревога и любопытство.
 Глава 11 
Рассвет следующего дня прокрался в комнату, подобно опытному вору, не спеша, бесшумно, оставляя за собой лишь холодные оттенки серого и серебра. Он не нёс с собой привычного предвкушения новых возможностей, радости рождения нового дня, а лишь тяжесть свинцовых туч, нависших над городом, и ледяной укус северного ветра, проникшего сквозь щели в окнах.
Дворцовые сады, ещё вчера пестревшие яркими красками экзотических цветов и наполненные сонным жужжанием насекомых, нынче съежились, потускнели, словно живые существа, чувствующие приближение чего-то недоброго. Трава, раньше напоминавшая изумрудный ковёр, сейчас казалась безжизненной и поникшей. Лепестки роз и орхидей, ещё недавно горделиво вздымавшиеся навстречу солнцу, теперь беспорядочно валялись на каменных дорожках, словно капли крови на снегу. Даже фонтаны, украшенные статуями мифических существ, казалось, били не так бодро, словно и им передалось это ощущение тревоги и надвигающейся беды.
Изменение атмосферы во дворце Ляо Вэя было подобно резкому переходу от летнего зноя к ледяному дыханию зимней вьюги. Еще вчера залы гудели весельем бала, звенели бокалы, лилась музыка, а воздух искрился смехом и легкомысленными разговорами. Сегодня же все было иначе. Тишина, тяжелая и давящая, словно грозовая туча, нависла над дворцом, прерываясь лишь робкими, осторожными шагами слуг и приглушенными перешептываниями, которые разносились по залам, словно шелест сухих листьев на ветру.
— Ты чувствуешь это, Макс? — спросила Тинг, ее голос был напряжен, а зеленые глаза беспокойно блестели. — Воздух пропитан страхом. Даже Ци звенит.
— Да, — ответил я, ощущая мурашки на коже. — Что-то произошло.
Слухи, эти эфемерные существа, сотканные из лжи и страха, просочились в каждую щель, в каждый уголок дворца, словно ядовитый газ, отравляя все вокруг. Они ползли по мраморным коридорам, шептались за тяжелыми гобеленами, прятались в тени колонн, змеями овивая ноги и душа слуг, охранников, даже самых высокопоставленных вельмож.
— Демоническая лиса… Проклятие… Гнев Небес… — эти слова, словно капли яда, падали в атмосферу дворца, разъедая ее изнутри.
Мы с Тинг слышали обрывки разговоров, улавливали косые взгляды, наполненные подозрением и страхом. И эти взгляды все чаще обращались к Ян, которая словно цветок под ледяным дождем, поникла под тяжестью несправедливых обвинений.
— Это лазутчики Танзина, — прошипела Тинг, ее шерсть встала дыбом. — Они распространяют лживые слухи, чтобы очернить Ян и настроить против нее короля.
И история, которую они рассказывали, была хитро сплетена из полуправды и откровенной лжи, рассчитанной на самые темные страхи и суеверия. Они говорили, что Ян — не настоящая принцесса, а демоническая лиса, оборотень, способный принять облик прекрасной женщины, чтобы обольщать и разрушать. Что она проклята Небесами, и ее присутствие навлечет на королевство гнев древних духов, защитников династии.
Король Ляо Вэй, хоть и был мудрым и справедливым правителем, не был лишен человеческих слабостей. Он, как и многие в его королевстве, верил в знамения, в силу духов, в тонкую грань между миром людей и миром магии. И слухи о проклятии, которое якобы несет с собой Ян, запали ему в душу ядовитыми занозами, разъедая ее.
— Я видел его сегодня утром, — рассказал один из слуг, дрожа от страха. — Он был бледен как смерть, и в его глазах стоял ужас. Он всю ночь провел в молитвах, умоляя духов защитить его королевство.
— Он боится, — добавил другой слуга, — боится, что слухи могут оказаться правдой. Он не хочет рисковать благополучием своего народа.
И мы понимали, что их страх не безоснователен. Слухи, словно вирус, поразили дворец, и король Ляо Вэй, оказавшись под их влиянием, был вынужден действовать, руководствуясь не разумом, а страхом.
— Он попросит нас уйти, — сказала Тинг, ее голос был полон горечи. — Он не сможет противостоять давлению толпы и страху перед неизвестным.
  
И она оказалась права. В тот же день король Ляо Вэй призвал нас к себе и, с явным сожалением в голосе, попросил нас покинуть его королевство.
— Я не могу рисковать благополучием моего народа, — сказал он, избегая взгляда Тинг. — Простите меня, но я вынужден попросить вас уйти.
В его глазах, обычно лучившихся спокойствием и уверенностью, теперь читались страх и беспокойство. Он извинялся, бормоча что-то о благополучии своего народа, о долге перед предками, о гневе Небес. Но за этими словами я видел истинную причину — он боялся. Боялся того, что слухи могут оказаться правдой, и присутствие Ян действительно навлечет на его королевство беду.