Обет (СИ)

К концу следующего дня стало ясно — Танзин взял паузу. Видимо, распределение трофейного нефрита и разработка новой тактики атаки требовали времени. Драгоценное время, которое решили не тратить впустую и защитники Хайгана.
Тинг передала мне кусочек нефрита, который способствовал моему излечению. Это был крохотный осколок, но стоил он прилично. Ян рассказала как им пользоваться.
  
Лазурный камешек, подаренный Тинг, творил чудеса. Сила, буквально струившаяся из него, прогнала последствия истощения, раны затянулись без следа. Я чувствовал себя так, словно родился заново — полным сил, готовым сражаться.
— В бой рвётся наш воин? — проворчала Тинг, когда утром следующего дня она застала меня за упражнениями с деревянным мечом. — Рановато ещё для подвигов!
Но в её глазах я заметил не прежнюю насмешку, а что-то похожее на удовлетворение.
— Тинг права, тебе нужно тренироваться, — Ян, появившаяся на пороге тренировочного двора с подносом в руках, улыбнулась. — Но сначала — завтрак. Даже самым стойким воинам нужно подкрепляться.
Все-таки Ян необычная принцесса, не гнушается принести угощение обычному воину. Хотя… Не совсем уж и обычному.
Я с удовольствием позавтракал рисовыми лепешками с медом и сушёными фруктами — дар местной кухни, от которого я уже не мог отказаться.
— Ну что, готов к настоящей работе? — спросила Тинг, когда мы закончили с завтраком. Её тон не допускал возражений.
Не успел я опомниться, как она создала иллюзию воина, вооруженного бамбуковым шестом. Он, а точнее Тинг в его лице, вытолкнул меня за ворота тренировочного двора.
Как я понял из объяснений Ян, Тинг маг иллюзий, но при этом она может точечно создавать ударные волны. Когда иллюзия обозначает удар, место удара Тинг наполняет волной Ци. Мой организм воспринимает это как полновесный удар.
— Давай, воин, покажи, чему научился! — прокричала учитель, ловко парируя выпад моего тренировочного меча. — А то так и будешь слюни распускать да с принцессой сюсюкать!
Ян, недовольно фыркнув, устроилась поудобнее на лавке возле сакуры, наблюдая за моими потугами.
— Она права, — заявила принцесса. — Давай, удиви её!
— Легко тебе говорить, — проворчал я в ответ, принимая боевую стойку.
Использование нефрита оказало на меня поистине благотворное воздействие. Чувства обострились до предела — я слышал тихий шелест опадающих лепестков в саду за окном, чувствовал еле уловимый аромат жасмина, доносящийся откуда-то издалека, видел блики солнца на пылинках, танцующих в воздухе. Разум очистился от лишних мыслей, от тревог и сомнений, оставив лишь ясность и спокойствие. Ци текла по жилам бодрым потоком, наполняя меня энергией и силой, словно горный ручей, пробивающийся сквозь камни.
Я был здоров, крепок, словно закалённый в горниле меч. Но одного этого было недостаточно. Опыт… опыт боевых столкновений, умение владеть своим телом и магией в пылу сражения, холодная голова и быстрая реакция — всё это нельзя было обрести по мановению волшебной палочки, даже в этом мире, где магия была реальнее дождя и ветра.
Тинг, словно хищная птица, кружила вокруг, выжидая удобного момента для атаки. Её движения были стремительными, бесшумными, как у призрака. Я едва успевал парировать её удары, чувствуя, как пот заливает лицо, а дыхание сбивается.
— Слабак! — усмехнулась Тинг, отражая мой неуклюжий выпад. — С такими навыками тебя первый же крестьянин с вилами загонит на дерево!
И тут раздался пронзительный звон набатного колокола. Тревожный сигнал пронёсся над городом, срывая с деревьев последние осенние листья и загоняя птиц в испуганные стаи.
— Началось! — Тинг мгновенно развеяла иллюзию. Кошка преобразилась, её расслабленная поза стала собранной, взгляд — ледяным. — Они атакуют!
Уже через несколько минут мы с Ян и Тинг стояли на стене, наблюдая за тем, как войска Танзина черной волной нахлынули на равнину перед Хайганом.
Но это были уже не те наёмники, с которыми мы сражались раньше. В их движениях чувствовалась уверенность, сила и ещё что-то, неуловимое и пугающее.
— Лазурный нефрит, — прошипела Тинг, её усы дрожали. — Он и в самом деле дал им нефрит… Глупец! Он же не знает, какую силу выпускает на волю!
Я сжал в руке свой крошечный камешек, чувствуя его прохладу и лёгкое покалывание. Он как будто тоже ощущал приближение опасности, вибрацию множества других, более мощных источников Ци.
— Макс, будь осторожен, — Ян коснулась моего плеча, и я повернулся к ней. В её глазах застыла тревога. — Нефрит делает их сильнее, но… неуправляемыми. Они — как дикие звери, напоенные кровью.
Она не успела договорить, как тишину, царившую на поле перед домом, разорвал пронзительный, полный ярости боевой клич. Воины Танзина, словно демоны, вырвавшиеся из преисподней, бросились на штурм. Их лица были искажены нечеловеческой свирепостью, а глаза горели фанатичным огнём.
Я бросился к переднему краю обороны, сжимая в руке свой меч. Сердце колотилось, словно бешеный зверь, в висках стучало, но страха не было. Только решимость и холодная ярость.
Мой первый полноценный бой продлился недолго.
Он обрушился на меня вихрем стали, криков и вспышек лазурного пламени. Противники, буквально излучавшие Ци, словно раскалённые уголья, двигались с невероятной скоростью и силой. Их удары были подобны ударам молота, блокировать их было практически невозможно. Мой меч казался бесполезной зубочисткой против их тяжёлых, богато украшенных клинков, а сам я — неуклюжим медвежонком, попавшим в логово голодных волков.
Я едва успевал отражать удары, инстинктивно уклоняться от выпадов, которые ещё недавно показались бы мне просто размытыми тенями. Но нефрит… он изменил всё. Изменил их. Сделал их быстрее, сильнее, жесточе. Превратил в машины для убийства, лишённые разума и страха.
Я видел в их глазах не ярость битвы, не холодный блеск стали, а что-то… пустое. Безумное. Будто они под психотропными веществами… Мерзость.
Они были похожи на марионеток, которыми управляет невидимый кукловод, заставляя их двигаться, убивать, умирать…
Меня спас удар молнии, который обрушился на землю прямо передо мной, разбросав нападавших в стороны. Маги противника не зря ели свой хлеб. Иногда они вот так удачно для меня промахивались. Магические молнии, фаерболы, ледяные копья и воздушные вихри собирали свою кровавую дань.
— Макс! — я услышал голос Ян и повернул голову.
Она стояла в центре бушующей битвы, словно неземное видение. Её глаза пылали алой энергией, а в руках плясали языки пламени, сжигая врагов заживо. В тот миг она была не просто девушкой, а воплощением ярости, стихийной силы, способной смести всё на своём пути.
Но даже её мощи было недостаточно.
Воинов Танзина было слишком много. Они лезли отовсюду, словно тараканы, не чувствуя страха, не зная боли. Их подгонял нефрит, наделяя нечеловеческой выносливостью и силой.
— Нужно уходить! — прокричал Шан, появляясь рядом с нами, его лицо было в крови, а в руке блестел окровавленный меч. — Их слишком много! Мы не сможем удержать стены!
Он успел ещё меньше, чем я. Но это уже не имело значения. Хайган падет.
— Ян, бежим! — я схватил её за руку, и мы бросились бежать по улицам города, лавируя между падающими домами, обезумевшими лошадьми и телами убитых.
— Куда? — задыхаясь, спросила она, пытаясь не отставать.
— В порт! — крикнул я в ответ, вспоминая план, который мы набросали с Тинг на случай отступления. — Там нас ждёт корабль!
Но порт был уже захвачен.
Мы выскочили на набережную как раз в тот момент, когда из тумана показался корабль Танзина, украшенный чёрными флагами с изображением дракона. На носу корабля, гордо выпрямившись, стояла… она.
  
Девушка в синем.
Её глаза, холодные и спокойные, встретились с моим взглядом, и я почувствовал, как волна ледяного ужаса пронзила меня насквозь. Это была она. Та самая драконица, с которой я сражался в небе.
За считанный секунды она подпрыгнула и распахнула в сторону руки, трансформируя свое тело в черного дракона.