Еще одна жизнь невесты Темного короля (СИ)

Пока я с Дереком вкусно кушала, знакомилась с неприятными личностями и кралась по дворцу, мой багаж уже доставили в покои.
Два сундука поставили посередине первой же комнаты, гостиной. То ли поленились тащить дальше, то ли не решились проходить вглубь.
Целую минуту я размышляла, а не позвать ли Хаотика подвигать мебель? Потом подумала, что гардеробная наверняка располагается в спальне, а это может быть расценено как интересное приглашение, на которое у меня не было сейчас ни времени, ни, признаться, сил.
  
Решив, что сундуки и так прекрасно постоят посреди гостиной, я принялась осматривать собственные покои.
Ну, учитывая, что это было жилая площадь королевы-матери, большой любительницы зелененького, собственно имела я у себя тут примерное продолжение коридора по дизайну.
Но не могу сказать, что мне не нравилось!
Хотя бы потому что, в отличие от принцессы Вайнот, королева Айронга жила на шикарных площадях. У меня теперь имелась гостиная для приема личных посетителей, кабинет, спальня, ванна, больше похожая на маленький бассейн, гардеробная, и еще три комнаты неизвестного назначения.
Почему-то в голове возникла мысль про детские, но я тщательно от нее отгородилась. Мало ли какие были пристрастья у маменьку Дерека? Может, она имела привычку музицировать или возюкать кисточкой по холсту, и это были ее комнаты для отдыха и досуга.
В общем, ознакомившись со своим новым жилищем, я вынуждена была решить вторую важную задачу — привести себя в порядок. Конечно, хотелось бы полежать в ванной, понадувать пузыри из пены, поплюхаться в воде. Обмазаться средствами для всего с ног до головы, завернуться в одеяло и выспаться на приличной кровати!
Но вместо этого пришлось быстро смыть с себя пыль под душем и кое-как просушив волосы, кинуться к сундукам.
Задачка номер два выглядела чуть посложнее водных процедур — нужно было найти приличное платье. Приличное не для принцессы, а для служанки!
С сожалением пришлось осознать, что из всего вороха имеющихся у меня вещей единственное подходящее оказалось безнадежно заношено во время дороги.
Пришлось вспомнить навыки кройки и шитья из жизни бытовым магом и с помощью магии и нецензурной брани из двух платьев соорудить одно. От дорожного я взяла корсет, отпоров от него рукава и надев поверх рубашки. Перетряхнула свою девичье богатство и среди прочего нашла платье строго серого цвета, где юбка была расшита речным жемчугом. Жемчуг оказался безжалостно отпорот, юбка вывернута исподней стороной ткани наружу и наспех приметана к корсету. Широкий пояс, несколько минут назад бывший рукавами от ночной сорочки, спрятал нитки и завершил образ.
Покрутившись перед зеркалом, я пришла к выводу, что выгляжу достаточно прилично для служанки и недостаточно богато, чтобы принять меня за благородную.
Я приоткрыла дверь из покоев и, убедившись, что в коридоре никого нет, выскользнула наружу.
А теперь разведка боем!
 37 
Больше всего о жизни в богатых домах знали, как ни странно, те, кого принципиально принято было не замечать. Речь идет, разумеется, о слугах. Причем чем грязнее работу они выполняли, тем меньше на них обращали внимания, а потому тем больше они слышали.
Ведь часто как бывает — стоишь ты, ругаешься с мужем о его трех любовницах, а какая-то замухрышка натирает пол. Разве ж стоит благородной даме обращать внимание на живую половую тряпку? Разумеется, нет!
Так что я быстренько нырнула в черный коридор, которым меня провел Дерек, на ходу повязывая кусок от сорочки, пожертвованный в пользу платка, на голову. Зола на лице, равно как и косметика, одинаково бы бросалась в глаза. Первое бы заставили смыть, второе — вызвало бы массу ненужных вопросов. Так что я воспользовалась старым добрым способом — спрятать волосы и повязать платок так, как носят послушницы при храмах. Как показала практика в одной из моих жизней, такой платок меняет тебя до неузнаваемости. К тому же светлый тип моего лица без макияжа делало его похожим на чистый холст, от чего оно меньше запоминалось людям.
В общем, такая невыразительная я чисто на интуиции и с небольшой долей везения отправилась искать людскую. И нашла в самый разгар прекрасного!
В кругу прислуги худой мужчина возраста моего отца с пышными бакенбардами и совершенно седой головой спорил с женщиной, являющейся полной его противоположностью.
Первый, как я поняла, был дворецкий, о чем говорил и строгий черный костюм-тройка, и кулон в виде декоративного ключа на шее. Вторая, видимо, была экономкой, поскольку также была одета в строгое черное платье, но с накрахмаленным белым передником и белым же кружевным чепцом. Она тоже годилась мне в родительницы, но была такая бойкая и грозная, что в завязавшемся споре победила бы если не аргументацией, то весом и напором.
— … бесприданница! Всего с двумя сундуками! — закончил, очевидно, какую-то неприятную для меня речь дворецкий.
— И что? — сурово нахмурилась экономка, даже немного качнулась в сторону оппонента. — Наш господин богат и влиятелен! Какая разница, сколько у невесты тряпья, если она воспитана и в силах родить наследников?
— Но у нее же нет никакого политического веса! — едва ли не взвизгнул дворецкий. — Какую пользу она принесет стране?
— Как будто семейное счастье измеряется в пользе для страны, — фыркнула экономка.
— Естественно! Выбери он достойную кандидатуру, весь двор бы воспринял это благоприятно, — с важным видом заявил дворецкий.
— Все эти достойные кандидатуры оказались не слишком умными, чтобы оценить благосклонность нашего господина! — раздраженно ответила экономка.
— Среди девушек нашей страны есть те, кто может составить пристойную партию его величеству, — со знанием дела заявил дворецкий.
Ага, а он притащил едва ли не оборванку с двумя сундуками и без прислуги.
— Что-то ты много рассуждаешь на эту тему, — нехорошо прищурила глаза экономка.
— Я просто беспокоюсь о будущем нашего господина, — поджал губы дворецкий, изобразив обиду. — Эта, так сказать принцесса, не принесет ни почета семьей Хаотиков, ни прибавит веса в политике.
— Политическое будущее нашего господина — не твоя забота, — резонно заметила экономка. — А вот сегодняшний прием — твоя!
Дворецкий пренебрежительно фыркнул:
— Это будет полный провал, а не прием. Его Величество выгуляет свою бедную серую мышку, а придворные ее сожрут. И останется малышке сидеть в своих покоях, не показывая носа!
— И поэтому ты хочешь, чтобы наш господин краснел из-за скверно организованного приема? — экономка снова качнулась в сторону дворецкого, вынуждая того немного сдать назад.
Это было несколько проблематично, потому как все присутствующие с неугасающим интересом наблюдали за горячим спором двух идеологических противников.
— Всем за работу! — рявкнула экономка, с уверенностью человека, кто только что выиграл раунд.
Народ тут же начал суетиться, бегаться туда-сюда. Кто-то покидал людскую, вспомнив по работе, кто-то пытался изобразить бурную деятельность.
Я же попалась экономке на глаза.
— А ты — новенькая?
Типа того.
Но в ответ я лишь вежливо улыбнулась.
— По коридору налево и направо, там выдадут форму, оставишь все свои рекомендательные письма и прочие бумажки. Потом берешь тряпки и натирать полы в золотом зале. Приду через два часа и хочу видеть в них свое отражение!
Я также молча кивнула и выскользнула за дверь людской.
И пока шла в соседнее помещение, перед моим мысленным взором возникла шахматная доска.
  
Пора начинать расставлять фигуры.
 38 
Идя по коридору налево и направо, я задавалась вопросом: действительно, а выдадут ли мне форму, или может хоть кто-нибудь поинтересуется откуда я такая интересная во дворце вообще взялась?
Ответ обнаружился довольно быстро!
Оказывается, вопросов почти никто не задавал в связи с тем, что во дворце появилась аж целая невеста короля, и кем-то было отдано срочное поручение добрать персонала. Видимо, решили, что мне для разбора двух сундуков понадобится минимум рота прислуги.