Мастер Гравитации 5 (СИ)

Дружок приносит немалую пользу — сражается умело и отважно. Признаюсь честно, мне и самому захотелось обзавестись подобным псом. Вот только у меня не дворец, и сколько бы богатств я ни накопил, такому зверю в моих владениях будет тесно. Да и подобные создания требуют особого воспитания, в отличие от обычных собак — всё-таки это настоящая живая машина для убийств.
Что ж… Выбора нет — наши защитные барьеры с государем долго не продержатся. Мой щит уже весь в трещинах, и тратить энергию на его поддержание бессмысленно. Лучше направлю силы на Орбитальный обстрел — эффективная атака, которая хорошенько займёт ассасинов.
  
Одним движением я поднял в воздух множество каменных обломков от разрушенных стен и колонн. Материала, к счастью, было предостаточно. Разогнав их по орбитальным траекториям, я устроил нечто вроде метеоритного дождя.
Нескольких ассасинов в красных капюшонах действительно раздавило насмерть — от них осталось лишь кровавое месиво. Но большинство проворно увернулись, демонстрируя нечеловеческую реакцию.
Однако, это было только начало.
— Вы даже не представляете, с кем связались! — расхохотался я им в лицо. — Лучше бы убрались отсюда, поджав хвосты, пока ещё есть возможность сдохнуть целиком, а не по частям!
В этот момент даже Пётр бросил на меня удивлённый взгляд. Он полагал, что мои силы на исходе, но я ещё не раскрыл все свои скрытые возможности.
Например, такую занятную вещь, как гравитационный имплозив. Именно его я и применил — создал схлопывающуюся сферу сверхтяжести, которая смяла всех ассасинов в радиусе действия, превратив их тела в бесформенные комки плоти. Какими бы тренированными они ни были — для меня это всего лишь обычные люди, если бы мне пришлось сражаться только с ними, без помех.
Однако помехи были дальше… И какие! Нас уже окружали со всех сторон, как бы мы ни старались отбросить врагов. Эти суки делали ставку не только на силу, но и на численность.
— Кажется, погода портится, Император! — произнёс я, давая Петру недвусмысленный намёк. — Очень сильно портится!
Он мгновенно понял, что я задумал нечто разрушительное, поэтому свистнул Дружка, и они оба подскочили еще ближе ко мне. Затем государь быстро мобилизовал свои резервы, усилил духовную энергию и создал огромный щит из застывшей крови.
После этого он принялся наносить на него укрепляющие руны, и правильно сделал. Я больше не собирался церемониться и мелочиться в этом подземелье. Сейчас достанется абсолютно всем, и Императору лучше укрыться от осколков и прочей смертоносной шрапнели.
Настал момент для Гравитационного шторма. Выпускал я его, уже рухнув на колени. Глаза закрываются от истощения. А ведь сейчас станет ещё хуже… И всё же, это наш единственный шанс.
Я высвободил Гравитационный шторм, и гравитационные поля хаотично исказились на всей территории подземелья. Всё вокруг начало рвать на части с оглушительным воем. Пространство сотрясалось, конструкции крушились, куски разорванных тел и окровавленных доспехов кружились в воздухе. Мои глаза слезились, волосы встали дыбом. У государя аж челюсть отвисла от увиденного. Ему, вероятно, казалось, что наступил конец света. В чём-то он был прав — это действительно был локальный апокалипсис в масштабах подземелья.
Шторм бушевал долго, и когда он наконец рассеялся, я заметил, как Император с нескрываемым ужасом уставился на потолок.
— Что вас тревожит, государь? Разве свод здесь не должен быть достаточно прочным, чтобы выдержать такую бурю? — поинтересовался я, наблюдая за его реакцией.
— Да фиг его знает, — он сказал, нервно сглотнув. — Ты же большую часть опорных конструкций в пыль превратил.
— Верно, но само подземелье имеет куполообразную форму. При правильном распределении силы тяжести эти разрушения не критичны, — ответил я с уверенностью.
Пусть шторм и стёр здешние строения в порошок, но я просчитал гравитационными волнами всю архитектуру. Было бы крайне неприятно, если бы на нас обрушился такой мощный артефактный купол — на защиту от него ушли бы все оставшиеся силы, и кто знает, откопал бы нас кто-нибудь потом…
— Добрыня, это ещё не всё! — Пётр ударил меня по плечу и указал на огромный проём в стене.
Там, сжимая клинки, застыли ошеломлённые произошедшим враги. Несмотря на потрясение, их лица искажала звериная ярость. Очевидно, им приказали вернуться только с головой Императора — или не возвращаться вовсе. Каждый из них готов был биться до последнего вздоха. Мы уничтожили множество их соратников, возможно, близких друзей.
И что самое зловещее — проём оказался не единственным. Подобные бреши, словно порталы, открылись со всех сторон. Вероятно, мощный всплеск энергии создал множество разломов в структуре подземелья.
— Ррр-ррр… — Дружок угрожающе зарычал, обнажая клыки.
Я успокаивающе погладил его по массивной лапе, и зверь в ответ лизнул меня по голове своим огромным языком.
— Ты ему нравишься, надо же, — усмехнулся Пётр. — Что весьма необычно…
— Необычно? Я спас ему жизнь. Ничего удивительного, — пожал я плечами, не отводя напряжённого взгляда от врагов.
— Да-да, конечно, — государь не стал вдаваться в подробности.
Тем временем со всех сторон на нас надвигались свежие отряды противника. Их построение было безупречным: в первых рядах — мечники в артефактной броне, за ними — маги-воины с тяжёлыми молотами, дальше — лучники, а в тылу — маги дальнего боя и целители.
И это я ещё молчу про ассасинов и пулеметы. Одним словом, у них было всё — скорость, таранная мощь, сдерживающие силы, прикрытие, исцеление. Классическая, смертоносно эффективная тактика! А у меня уже пересохло в горле, и ноги предательски подкашивались.
Я опустился на обломок камня, стянул с плеча рюкзак и извлёк бутылку газированной минералки. Сижу, потягиваю воду, а Император смотрит на меня, хлопая изумленно глазами.
— Ой, простите, Ваше Величество, не желаете? — протянул я ему бутылку.
— Пожалуй, не откажусь, — произнёс он с заторможенной интонацией и я поделился с ним минералочкой.
Он сделал пару больших глотков, и мы услышали дрожащий, писклявый голос:
— П-простите… М-можно и мне немного в-воды? — это был Глеб Михайлович, чьи штаны промокли насквозь.
Но никто не упрекал его в трусости. Наше положение было безнадёжным, но он всё равно оставался с нами до конца. Пусть ему было страшно — он не воин по натуре, но точно не трус. Мы поделились с ним водой, и его дрожь немного унялась.
— Какой план действий? — спросил я ради приличия.
— На одном из флангов ещё сражается мой отряд гвардейцев. Я чувствую их кровь, — ответил он. — Ощущаю их тяжёлое положение. Сами они к нам не прорвутся. Предлагаю пробиваться к ним навстречу.
— Звучит неплохо, но у меня есть идея получше, — усмехнулся я. — Что-то подсказывает мне, что вы как раз из тех, кто способен призвать кровавого левиафана.
— Откуда тебе это известно? — нахмурился государь.
— А почему бы и нет? Это всего лишь вызов древнего существа, состоящего из крови тысячи жертв. Вы явно способны его призвать. Разве не так?
— После такого я просто рухну без сил, — покачал он головой. — И где взять свежую кровь тысячи жертв?
— Не беспокойтесь, я понесу вас на руках, а тысячу жертв вам обеспечу, — уверенно кивнул я.
Он не успел ничего возразить, как я подхватил его словно пушинку одной рукой, а Глебу и Дружку приказал следовать за мной. Даже пёс был удивлён моей внезапной командирской манере, но понимал, что теперь наши жизни зависят от моего плана.
Была не была… Я применил атаку «Внутреннее Притяжение» — создал точку гравитации внутри тел врагов, разрывающую их изнутри. И все потоки энергии направил на увеличение радиуса поражения.
  
Идти стало тяжело — ноги будто наливались свинцом, но зато эстонцы и австрийцы лопались как перезревшие помидоры, не успевая даже вскрикнуть.
Когда крови накопилось достаточно, Пётр сказал, что приступает к созданию левиафана, и что глаза лучше закрыть. В этом он был прав — вид левиафанов сильно воздействует на психику, отчего почти не существует чётких описаний их внешности. Да и к тому же, если создавать левиафана самому, то и форма может быть не совсем стандартной.