Мастер Гравитации 5 (СИ)

Я рассказал ему всё — о засадах и перестрелках, о ночных маршах через леса, где каждое дерево казалось врагом, о том, как мы, загнанные в угол, решились на отчаянный шаг.
— Но дворец австрийского правителя теперь весьма в плачевном состоянии, — и добавил в конце своего рассказа итог. — Мраморные колонны превратились в щебень, как и большая часть роскошных залов. Но вот что интересно, в смерти самого Императора Австрии я вовсе не уверен. Возможно, он мог успеть ускользнуть.
  
Император слушал внимательно, его пальцы, унизанные перстнями с драгоценными камнями, медленно постукивали по подлокотнику трона — единственный признак того, что он полностью поглощён моим рассказом.
— Твои сомнения обоснованы, — наконец произнёс он, и его голос, глубокий и резонирующий, заполнил зал. — У нас тоже имеются предположения, что как только дворец начало трясти, австрийский правитель ушёл в бункер, который сейчас и завалило сверху. И сидит он там пока без возможности выбраться.
После чего Петр Александрович смолк и, немного погодя, добавил:
— Но вот что меня интересует больше всего, — было заметно как он старался придать своему голосу меньше эмоций, — как так вышло, что опытны сильные маги не справились и даже ещё не вернулись, а один так точно погиб… А ты, — он сделал паузу, — ты вот он, стоишь передо мной, целый и невредимый, словно вернулся с воскресной прогулки?
Вопрос был задан небрежно, но за ним скрывалось подозрение, тонкое, как лезвие бритвы.
— Ваше Императорское Величество, — я позволил себе лёгкую улыбку, — мне просто повезло. Повезло, как везёт пьяному, который падает с лестницы и не ломает ни одной кости. Иногда Вселенная выбирает фаворитов по своим, непостижимым для нас критериям.
Император смотрел на меня долго, словно пытаясь прочитать что-то между строк в моем лице. Затем он откинулся на спинку трона и неожиданно рассмеялся.
— Повезло, значит… — протянул он. — Что ж, будем считать, что твоё везение — это ресурс Империи.
— Это намек на то, что за это я ничего не получу? — я ухмыльнулся в ответ.
— Ну как же, совсем иначе, — Петр Александрович улыбнулся и подозвал к себе одного из Советников, а затем начал шептать ему что-то на ухо, и тот с серьезным видом кивал. После чего государь обратился уже снова ко мне: — Ты сильно рисковал, чтобы выполнить хотя бы малую часть задачи. Так что тебя, Добрынин, заслуженно будет ждать награда. И ждать она будет в твоем имении… Ее туда мои люди завезут раньше, чем ты сам приедешь.
Его слова заинтриговали меня настолько, что я почувствовал, как внутри просыпается то самое чувство азарта, которое обычно предшествует либо великим свершениям, либо грандиозным провалам. Я медленно кивнул, ощущая, как уголки губ сами собой растягиваются в довольной улыбке.
— Благодарю! Позвольте тогда откланяться, Ваше Императорское Величество? — произнес я, слегка склонив голову, но не отводя взгляда от его холодных, расчетливых глаз.
Император поднял руку в жесте, останавливающем мое отступление. Золотые перстни на его пальцах тускло блеснули в полумраке зала.
— Я надеюсь, ты успеешь отдохнуть, — проговорил он с интонацией, в которой забота о моем благополучии звучала примерно так же убедительно, как клятва верности из уст наемного убийцы. Его глаза, холодные и расчетливые, изучали меня, словно редкий экспонат в коллекции диковинок. — Завтра я снова хочу видеть тебя здесь во дворце. Для тебя имеется еще одно простенькое дельце, и мы выделим для тебя новую команду. Это все предстоит обсудить.
Он подался вперед, и трон едва слышно скрипнул. Свет от ближайшего канделябра отразился в его зрачках, создавая иллюзию тлеющих углей.
— Простенькое? — я демонстративно вскинул брови, чувствуя, как внутри разливается предвкушение. Мои пальцы выстукивали неслышный ритм по бедру. — А я не люблю слишком простые задачи. Они наводят на меня смертельную скуку, государь. Император откинулся на спинку трона и издал короткий смешок.
— Значит, это дело как раз для тебя, — в его голосе прозвучала ирония. — Поверь, скучать не придется.
Да, государю точно чувства юмора не занимать. Умеет он играть всеми как шахматными фигурами на доске, и другим ничего не остается, как участвовать в партии. Его пальцы, унизанные перстнями, постукивали по подлокотнику трона в такт каким-то своим мыслям, а глаза, казалось, видели меня насквозь, включая все мои тайные планы и скрытые мотивы. А тем, кто против, вовсе будут сброшены с доски и пропадут навсегда. Что же касается меня… Я поучаствую в партии, пока это будет и в моих целях тоже.
Но лучше бы ему с такой пешкой, как я, быть осторожнее, ведь и пешка способна поставить шах и мат. К тому же я скорее пешка под прикрытием, которая давно уже, задолго до своего появления здесь, совершила перевоплощение в другую фигуру.
— Буду с нетерпением ждать завтрашнего дня, Ваше Императорское Величество, — произнес я с улыбкой, которая могла бы показаться искренней, если не знать меня слишком хорошо. — Надеюсь, новая команда окажется более… живучей, чем предыдущая.
Император хмыкнул, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на одобрение.
— До завтра, — произнес он, делая жест рукой, отпускающий меня.
Потому я с беззаботным видом пообещал, что непременно приеду, и направился прочь из дворца. Мои шаги гулко отдавались в мраморном коридоре, украшенном портретами предков нынешнего правителя — такими же холодными и расчетливыми, как он сам. Казалось, их глаза следят за мной, оценивая каждое движение.
По пути, правда, многие из придворных из-за быстро расползающихся слухов смотрели на меня теперь как на героя. Их взгляды скользили по моей фигуре с тем особым выражением, которое бывает у людей, разглядывающих редкое животное в зоопарке — смесь восхищения и облегчения от того, что клетка надежно заперта. А кто-то, правда, смотрел как на безумца, отступая на шаг, когда я проходил мимо, словно безумие могло быть заразным.
— Как? Как ты выжил? — проходя мимо меня, один тип из канцелярии, с бледным лицом и глазами, полными ужаса, буквально ударился головой об стену.
Звук был такой, словно спелый арбуз уронили на мраморный пол. Я даже на мгновение остановился, ожидая увидеть брызги красного на белой стене, но, к счастью, его череп оказался крепче, чем можно было предположить по интеллекту, отражающемуся в глазах. Из его рук посыпались бумажки на пол, кружась в воздухе, как осенние листья, и привлекая всё больше внимания остальных служащих. Они сбегались, как стервятники к свежей падали, жадные до новых сплетен и подробностей.
— А вы у Императора всё спросите, — я развел руками, наслаждаясь произведенным эффектом. — Ему уже известно, что мне элементарно повезло. Да и по правде сказать, задача и правда не была такой уж сложной. Если не верите, сами попробуйте как-то в Австрию слетать. Отличная страна, знаете ли. Особенно когда тебя там пытаются убить каждые пятнадцать минут. Бодрит лучше любого кофе.
Я подмигнул особенно впечатлительной даме в пышном платье, которая, кажется, была готова упасть в обморок от моих слов.
— Да он бредит… бредит… — пронесся шепот голосов.
— Или это последствия пыток, — предположил кто-то из толпы. — Говорят, в Австрии умеют выбивать из человека всё, включая рассудок.
— Может, это двойник? — прошептала дама в пышном платье своей соседке, но достаточно громко, чтобы я услышал. — Настоящий-то наверняка мертв!
Люди больше не обступали меня со всех сторон, а разбежались дальше по своим делам, бросая через плечо опасливые взгляды. Подумали, наверное, я их прямо отсюда возьму и закину в самолет для отправки на миссию. Или что безумие заразно. Или что Император решил устроить чистку рядов, а я — его новый инструмент.
  
Ну а к чему задавать было мне вопросы… Все, что надо, я обсуждаю с самим государем без посредников. Если им все нужно знать, то донесут уже сверху. А пока пусть ломают головы и шепчутся по углам — это всегда было лучшим развлечением во дворце, где интриги плетутся гуще, чем паутина в заброшенном доме.