Солнечный день (СИ)

 На слове «переспать» у Славика внезапно дёрнулись пальцы. Они ведь не только целоваться будут. А ещё кое-что. И Славе это кое-что уж точно не понравится. Потому что вряд ли ему позволят делать «кое-что». Скорее всего, «кое-что» будут делать именно с ним.
 Но, с другой стороны, ведь многие это делают? И ничего.
 Возникла мысль глянуть одним глазком гей-порно, но Славик испугался. В обычном порно у мужиков всегда громадные приборы. Таких в жизни не бывает, Славик по себе знал. А если он увидит, как такой прибор засовывают туда, куда его не засовывают приличные люди, он, скорее всего, откажется. А отказываться Славик, что странно, не хотел. Он хотел и боялся попробовать.
 Гай Юлий поглядел на него с одобрением. Кажется, в его времена проституция считалась богоугодным ремеслом.
 «У меня никогда ничего не было, — написал Славик Вадиму следующим вечером, как пришёл с консультации по русскому языку. — Даже с девушкой».
 Вадим ответил через пару минут.
 «Ты боишься?»
 Славик набычился, глядя на это сообщение. Он? Боится? Ну вообще-то да, но Вадиму об этом знать не обязательно.
 «Конечно, нет!»
 Ответ пришёл спустя полчаса, и он был исчерпывающе-однозначен.
 «Я заеду за тобой в пятницу, хорошо?»
 «Хорошо», — подумал Слава, но не ответил. Если действительно заедет, так и быть, если нет — то нет.
 В пятницу он едва отсидел положенный срок, а потом отправился сниматься для линейки скучной обуви. К скучной обуви прилагалась совсем не скучная фотограф, которая его вовсю смешила, а потому всё прошло нормально, и даже тремор унялся, а подмышки успели высохнуть.
 И всё же Вадим его встретил, хотя откуда бы ему знать, работает ли Слава в этот день.
 Всё было настолько как обычно, что Славик даже расслабился. Его накормили, немного напоили, его не стремились поцеловать или облапать, его веселили и убалтывали, но после привезли не к метро и не домой.
 Славик не двигался без пальцев на правой лопатке. Вадим направлял его сначала к лифту, потом к квартирной двери, но стоило ему перестать ненавязчиво подталкивать, как Слава замирал напуганным кроликом.
 Он понял, что он внутри, когда шеи коснулись чужие губы, немного колючие из-за сухости, и тут же отмер.
 Всё.
 Он за дверью.
 Дороги назад нет.
 И стало сразу как-то легче дышать. Славик осознал, что вцепился себе в плечи, и расслабил руки. Посмотрел на Вадима и позволил снять с себя верхнюю одежду.
 Вадим не спрашивал, будет ли Славик пить, но на столике у кровати, куда его высадили, нашёлся бокал, который Славик тут же выдул, едва не поперхнувшись.
 
 — Тише, тише, — рассмеялся Вадим, стаскивающий пиджак.
 — Что мне надо делать? — спросил Славик, вытирая губы.
 — Ничего, — почти шепнул Вадим, голодно его осматривая. — Просто ложись.
 Славик просто лёг и уставился в потолок.
 — У тебя красиво, — сказал он, когда Вадим подошёл к кровати с его стороны.
 — Это из-за тебя, — хрипло оповестил Вадим.
 Кровать под его весом прогнулась, а потом Славик ощутил мягкие посасывающие поцелуи на шее и замлел. По телу поползла горячая ладонь. Сначала поверх толстовки, а затем легко забралась внутрь и заскользила по голой коже к груди. Их ноги переплелись.
 — Тебе нравится, когда я целую тебе шею? — спросил Вадим.
 — Ага... — Славик позволил себе закинуть руки за голову и немного выгнуться, подставляясь под ласки.
 — А так? — Пальцы задели сосок и стали навязчиво перетирать.
 Поначалу Славик хотел было отбросить его руку — подобная ласка только раздражала — но потом внезапно ощутил, как от этого раздражения мелкими, редкими толчками приливает кровь.
 — М-м-м... — улыбнулся он, а Вадим довольно лизнул его под подбородком.
 — Чувствительный мальчик, — зашептал он.
 «Мальчика» Славик решил пропустить мимо ушей, но только потому, что Вадим его сейчас ублажал, хотя, вроде бы, должно всё было быть наоборот.
 — Ты же не сделаешь мне больно? — спросил он, щеночком заглядывая в глаза, когда Вадим стянул с него толстовку через голову. Славик знал, что, скорее всего, сделает. Но он хотел услышать от Вадима. Он бы понял, если бы тот соврал. А ещё — немного, совсем чуть-чуть — хотелось поиграть в незнание и невинность.
 Вадим вместо ответа поцеловал его в губы. На этот раз с языком, и на этот раз Славик натурально застонал, потому что у него никогда не было ещё таких поцелуев. Таких сильных, со вкусом табака, таких спокойных и одновременно напористых, таких уверенных.
 Он обнял Вадима за плечи и опрокинул его обратно на себя. И почему он раньше не попробовал с мужчиной? Ведь это так здорово, когда тебя берут, а не наоборот. И ломаться мужчина никогда не станет, как та же Ирка.
 — Придётся потерпеть, хорошо? — всё же ответил Вадим, разорвав поцелуй.
 Славик с готовностью кивнул и дал стянуть с себя джинсы и трусы. Он не мылся с самого утра, но не переживал по этому поводу. Вадим, скорее всего, тоже сейчас не первой свежести. К тому же, Славик был настолько взбудоражен, что даже если бы не мылся неделю, то забыл бы об этом, как и о том, что Вадим официально подтвердил: его выебут в жопу.