Скверные девчонки. Книга 1

— В среду утром, — прошептала она, когда Джош привез ее к дому.
…В четверг утром они были в Швейцарии. На маленькой станции Джулия пристально разглядывала массивные горы, которые вздымали свои вершины до облаков. В ходе долгого утомительного путешествия на поезде природа потеряла свои привычные очертания, превратившись в монотонный пейзаж. Все здесь было черным, серым и белым, а воздух — морозным и холодным.
Она спокойно ждала его. Джош стоял по другую сторону платформы, около поезда. Он осторожно укладывал лыжи и рюкзак в багажный вагон. «Если бы он смог поместиться с ними на спальном месте прошлой ночью, — подумала Джулия, — то сделал бы это с удовольствием». Со вчерашнего утра она открыла для себя, что была настолько неопытным путешественником, насколько Джош первоклассным. От станции «Виктория» до «Батэрси Паува» они плыли на катере. Джулии показалось это очаровательным, и она с восхищением заявила Джошу:
— Эта поездка самая прекрасная в моей жизни!
Он усмехнулся.
— Подожди, мы еще не приехали в Инферно. Вот где красота!
Долгий переезд через Ла-Манш, а потом Францию испортил первое впечатление. Она ходила из одного конца коридора в другой: с волнением представляя, что ее ждет впереди, в то время как Джош спокойно дремал в каюте.
— Ты лучше ляг отдохни, — сказал он, когда Джулия вернулась обратно.
Сон был беспокойным, она ворочалась всю ночь и несколько раз просыпалась.
Сейчас путешественники были почти у цели.
Джош закидывал оставшийся багаж в вагон.
— Пошли, — позвал он.
Они зашли в вагон, а за ними стали набиваться другие лыжники в вязаных шапочках и теплых куртках. Вокруг звучала немецкая и французская речь. Состав дернулся, с грохотом подался вперед, постепенно набирая скорость.
Джулия пробралась поближе к окну. Зачарованная, она не могла не восхищаться зимним пейзажем. Поезд поднимался все выше и выше.
Когда они прибыли на конечную станцию, солнце уже поднялось. Черный и белый цвета сменились на голубой и серебристый. Джулия вышла из вагона, наступая на мягкий снег. Она подняла голову и увидела огромную статую орла.
— Венген, — произнес Джош.
Джулия посмотрела на маленькие деревянные домики, покрытые снегом. Деревенька показалась ей игрушечной. «Я правильно сделала, что приехала сюда с Джошем, нигде я бы не увидела такой красоты», — подумала она.
Первые дни пребывания в Венгене оказались для Джулии нелегкими. Что бы она ни делала, она делала не так: ее внешний вид не соответствовал принятому в деревне стандарту, ее голос и манеры были необычными, одежда неподходящая, высказывания глупыми. Неумение кататься на лыжах выглядело смешным, но самым непростительным было то, что рядом с ней находился Джошуа Флад.
Фрау Уберль, которая предоставила девушке комнату как одной из участниц английского лыжного клуба, была вдовой. Она и еще несколько суровых матрон расселяли отдыхающих по своим домам. Джулии хозяйка сразу же показала комнату, в которой стояли четыре кровати.
Девушке захотелось распахнуть окно, наполнить комнату свежим воздухом и обозревать великолепный вид, но ее соседки подозрительно посмотрели на нее. Их звали Белинда и София, они были в толстых свитерах, прикрывавших бедра, и узких лыжных брюках.
Белинда присела на край кровати Джулии и с удивлением наблюдала, как та распаковывает чемодан. Она достала шелковую блузку и твидовый жакет, которые купила на вещевом рынке в Лондоне, домашние платья и халат, красное кимоно Джесси и несколько побрякушек. Выбрав любимые длинные серьги, она нацепила их на себя.
За ее спиной послышался смех.
«Если бы Мэтти была здесь, она бы вам задала», — подумала Джулия и повернулась к ним.
— Я приехала сюда не на лыжах кататься, а для того, чтобы посмотреть, как Джош выиграет соревнования.
— Он не выиграет, потому что всего лишь любитель, но какой красивый! Нет, действительно красивый. Настоящий американец. Если он хорошо ездит, то может рассчитывать на одиннадцатое или двенадцатое место. Какое у него было в прошлом году, Бэлл?
 
— Двенадцатое.
Джулия продолжала выкладывать вещи.
— Как давно вы знакомы? — спросила Белинда.
— Давно. Подожди, сосчитаю. Первый раз он взял меня с собой… осенью… Да, да, осенью. Прошло достаточно времени. Боюсь, у нас все серьезно.
— Как смешно, что ты не катаешься на лыжах, а он, наоборот, увлекается этим, — сказала София.
— Неужели? — спросила Джулия, повесив последнюю блузку в гардероб. — А вы умеете?
— Ты собираешься в этом платье кататься? — сменила тему София.
— В этом? О, конечно, нет. Это платье для торжественного вечера. Ведь все пойдут?
Больше Джулия ни о чем не спрашивала.
Джулия спустилась на кухню, где встретила фрау Уберль.
— Вы бы хотели что-нибудь поесть?
— Да, пожалуйста.
На тарелке, которую та поставила перед Джулией, были мясные шарики, политые соусом, и картошка, запеченная в сыре.
— Большое спасибо, фрау Уберль, только это слишком много для меня, я не съем столько.
— Съешь, дорогуша. Посмотри на себя — худая как щепка. Нужно хорошо поесть, если собираешься кататься.
«Сомневаюсь в этом», — подумала Джулия, но все-таки попыталась съесть, сколько могла, пока не пришел Джош и не выручил ее.
На нем были темные лыжные брюки, светло-голубой жакет с вязаными воротником и манжетами, шапочка с вышитым флагом Америки. В одной руке он держал лыжи. «Да, София права, он действительно красавчик», — с гордостью размышляла Джулия.
— Нужно взять для тебя лыжи напрокат, — сказал Джош, осмотрев ее. — Для детских горок ты одета нормально. А серьги? Уж не собираешься ли ты идти в них?
— Чертовы горки, — буркнула она. — Да, я собираюсь идти в этих серьгах и даже умереть в них.
— Ты не умрешь, тебе понравится. Не говори глупости.
— Джош! Почему я должна жить с этими девушками? Я не переношу их. Я хочу быть с тобой.
— Я уже объяснял почему. Хотя бы ради приличия. Когда я в первый раз приехал сюда, мне показалось, что англичане слишком высоко задирают нос. Целый месяц я катался один и ни с кем не заводил знакомства. А когда познакомился, то узнал, что они неплохие ребята. Следуй их правилам — и станешь им другом.
Они спустились к канатной дороге. Подтверждая слова Джоша, несколько человек высунулись из окна и, размахивая руками, закричали:
— Эй, Джош! Мы слышали о твоем приезде. Поехали с нами на Черную гору!
— Привет, ребята! Рад вас видеть! Сегодня не могу, я собираюсь на детские горки.
— Ха-ха-ха. Что за чушь? Хочешь потренироваться перед соревнованиями?
— Смейтесь-смейтесь. Еще увидим кто кого!
— Я мешаю тебе, Джош, порчу все планы. Мне не следовало приезжать, — с досадой сказала Джулия.
Свободной рукой он обнял ее за плечи.
— Я рад, что ты со мной. Мы отлично проведем время, вот посмотришь. София Блисс и другие — очень симпатичные и приятные девушки, просто они непохожи на тебя.
— Может быть, — сомневаясь, произнесла Джулия. Она вспомнила Феликса. Они оберегали друг друга с тех пор, как умерла Джесси. Ее смерть и неудачная первая ночь сблизили их еще больше. Феликс критически подходил к ее нарядам, учил отличать плохую пищу от хорошей, заставил взглянуть на некоторые вещи другими глазами. «Возможно, Джош прав. Возможно, эти английские леди смогут научить меня кое-чему и в один прекрасный день это мне пригодится», — рассуждала она.
В магазине Джулия выбрала пару лыж, ботинки и рукавицы, а потом все пошло вкривь и вкось.
Они приехали на гору для начинающих. Джулия умоляла Джоша оставить ее. В конце концов тот согласился с условием, что передает ее в руки инструктора детской лыжной школы.
Впервые Джулия почувствовала неудобство своего легкого веса: сильного порыва ветра для нее было достаточно, чтобы упасть. Казалось, будет лучше, если лечь на снег. Но Хейни, инструктор, не давал ей этого сделать. Он снова и снова поднимал девушку и заставлял учиться стоять на лыжах.