Наложница Властелина Черной Пустыни (СИ)

Я медленно повернула голову и посмотрела в глаза этому человеку.
Но он не обратил на меня внимания.
— Вы охренели твари, что ли? — Повторил он. — Вы знаете, кому ее собираются дарить? Девственницу  из Нитари? Редкий вид!
— К-к-кому? — Пробормотал один из них.
— Властелину.
Ледяная тишина, неуместная в этих пропитанных жаром стенах обрушилась на нас как водопад.
А потом оба моих насильника вскочили и принялись приводить себя в порядок так быстро, как будто их убьют, если они этого не сделают.
— Не надо, слышь…
— Не надо никому…
Забормотали они в один голос.
— Дебилы… — прошелся по ним мужик. — Так, вставай.
Это уже мне.
Меня снова вели по коридору. Но это был уже другой коридор. Не тот, обшарпанный, что вел к торгам Аукциона. Теперь меня окружала демонстративная роскошь. Белая с золотом плитка, мрамор под ногами. И все же я слышала приближающийся шум.
Вокруг нас никого не было, меня вели одну. Я еле переставляла ноги, но все же успевала посмотреть по сторонам и заметить роскошь и красоту.
Кожа, которой касались ублюдки, неприятно горела, между ног, где успел пошарить один из них, словно зудело что-то. Мне было не столько больно, сколько противно думать, что он собирался тронуть меня своим гнилым языком.
Я старалась не думать о том, что меня ждет.
Повелитель.
Я знала только одного человека, которого так величали.
Повелителя Черной Пустыни.
Но не ожидала, что мой кошмар аукциона кончится так быстро.
Я даже не успела увидеть торги, а меня уже купили.
Здесь все проще. В Нитари даже подумать было странно, что у человека нет своей воли. Его можно только убить, но нельзя продать, как скот. Здесь другие порядки.
Я закусила губы. Какая же я была дура! Почему я не подумала, когда перлась на этот Хребет! В любом другом месте моя выходка закончилась бы тем, что меня забрали бы послы моей страны. Но не здесь. Не во владениях Повелителя — жестокого, непредсказуемого и хитрого. Именно так о нем отзывались все, кто хоть раз его видел.
Последний длинный коридор привел к высоким дверям, за которыми шум аукциона был особенно громко слышен. Красивая резьба заставляла любоваться собой даже в таком состоянии, в каком была я. Ветки, листья, ягоды. Красиво вырезано из мрамора. Но ни одного лица, ни одного человека или зверя.  Бездушный орнамент.
Я ждала, что мы сейчас войдем в эти двери, но человек рядом со мной вдруг вильнул в сторону и толкнул малозаметную узкую дверцу в стене.
И втащил меня в помещение, все застланное густым паром.
— Эй! Мамки! Сюда! — Гаркнул он.
На его призыв сбежались со всех сторон несколько женщин, появляясь из тумана как призраки. Они окружили нас, трогая со всех сторон и цепляя мои волосы.
— Вот эту девку подготовить по полной программе, — скомандовал он. — Отмыть, умастить, напоить маковой водой. Повелитель берет ее с собой. Вот вам за труды.
И он бросил горсть монет прямо на пол и вышел.
Женщины упали на колени, поднимая монетки. Я хотела воспользоваться случаем, чтобы сбежать, но не успела. Они были слишком быстры. Не сделала я и шагу, а меня уже ухватили цепкими ручонками и десяток острых черных глазок устравился на меня недружелюбно и пугающе.
— Меня зовут Ирэн… — сказала я им. Но они вообще ничего не ответили.
Просто молча смотрели на меня несколько секунд.
А потом разом сдвинулись с места, словно получив приказ и меня закрутило воронкой. Тряпки, что были на мне, куда-то тут же делись. Я попыталась закрыться, но не успела даже подумать об этом, как меня такую, как я была, разом окунули в бассейн с соленой водой. Я чуть не захлебнулась, вдохнув ее носом, но меня тут же вытащили и с удивительной силой и ловкостью перетащили в другой бассейн, с водой пресной.
Мое тело вертели в руках, как будто игрушку, а я даже не могла возразить.
 
Сначала меня обмазали густой глиной, потом смыли ее и обмазали солью. Потом обнаженную засунули в комнату, полную густого тяжелого пара и там в десять рук принялись тереть кожу докрасна. Я хватала ртом горячий влажный воздух и пыталась отпихивать руки, но на меня не обращали внимания.
После парной комнаты меня вновь окунули в бассейн, на сей раз с ледяной водой, парочка льдинок даже ткнулись мне в лицо, пока я беззвучно орала внутри себя от холода.
И тут же вытащили и обтерли.
И так же споро начали натирать пахучими маслами, от которых кожа горела как в лихорадке.
Волосы тем временем промывали в разноцветных растворах, от чего они становились все мягкче и мягче.
Пока я пыталась сообразить, меня обтерли маленькими тряпочками, снимая избыток масла и очищая все естественные отверстия тела.
Когда тетки деловито развели мои бедра и полезли своими тряпочками мне в зад, я чуть не лягнула одну из них. Но она вдруг нажала на какую-то мышцу у меня под коленкой, и я вдруг обмякла, потеряв способность управлять своими мускулами.
И пока я лежала безвольная, как кукла, они засунули мне в зад тряпочку на длинной палочке, потом залили туда горячий отвар, потом холодную воду, а я плакала внутри себя от унижения большего, чем попытка насилия в коридоре, но теперь знала, что меня никто не спасет.
Когда способность управлять руками и ногами вернулась ко мне, я постаралась больше не сопротивляться. Тем более, что меня на сей раз просто усадили на кресло и втирали в кожу блестящую пыльцу, волосы завивали огромными железными щипцами, лицо красили странными красками, ногти полировали.
Вот только я была не готова к тому, что мне бесцеремонно раздвинут ноги и полезут туда очередной палочкой с тряпочкой. Прямо туда…
— Я девственница! — Выдала я свой последний козырь.
Но меня никто не услышал.
На удивление мягко и нежно я чувствовала как женские пальцы проникают внутрь меня, слегка тягуче и садняще что-то там растягивая и заливая как можно больше масла.
Лягать кого-то было неразумно, поэтому я просто смотрела в потолок из-под облака слез и думала, что наказана за свое своеволие как-то слишком жестоко.
Напоследок меня нарядили в длинную тунику, которая покрывала блестящую от пудры кожу и облили целым ведром густых пряных духов. Так что я сама едва не задохнулась.
А потом… надели на руки золотые браслеты, скованные узкой золотой цепочкой.
И вытолкнули за двери комнаты в совершенно другое помещение, похожее на очень длинный широкий коридор.
В конце него была только одна дверь.
И все. Больше там ничего не было.
  
Встреча
 
Я долго стояла перед этой дверью, не решаясь войти. Что меня ждало за ней? Я не знала. В голове было пусто, только звенела тонко натянутая струна страха. И… сожалений. Ведь если бы меня не заметил тот человек, меня бы отвели на аукцион… А там… 
Могло случиться что угодно. Как хорошее, так и плохое. Меня могли заметить послы моей страны, я могла попросить помощи, орать кусаться, возмущаться и однажды меня бы просто выкинули, как негодную. Могли купить меня как служанку и тогда бы не пришлось расплачиваться своим телом. 
Могли, конечно, купить и для какого-нибудь борделя, как у них тут принято. В нашей стране таких мест не было, у нас все мужчины уважали женщин. 
А теперь впереди только унижение.