Маша выбирает яркие цвета (СИ)

Маша плюнула им вслед и пошла домой.
На крыльце стояли Жиль и Маська с Баськой. Жиль обхватил Машу за плечи и завёл в квартиру, и закрыл дверь за её спиной. Увёл в комнату, усадил на диван.
Маша села — и разревелась.
Все эти дни не ревела, а тут — просто понесло, слёзы лились сами и никак не останавливались.
— Слышишь, как поёт ветер в трубе? — тихо говорил Жиль, и гладил её по голове. — Слушай. Он споёт тебе о дальних странах, о тех краях, куда ногами не дойдёшь, и крыльями не долетишь. А ветер — расскажет, только слушай.
Маша слушала… и ей впрямь казалось, что в тенях в углу она видела отсвет незнакомого города — с башнями, черепичными крышами и булыжными мостовыми. И замок на острове посреди озера. И бескрайнее море…
  
8.
 
И верил в то, что духи слышат его
Жиль очень обрадовался, что смог быть полезным фее Мари. И даже отчасти испытывал благодарность за это к заявившимся разбойникам. Правда, сейчас Мари сидела на диване и хлюпала носом, но она же успокоится?
— Скажи, тебе есть, куда уехать из этого жилища? Те двое, что сейчас покатились отсюда, больше не придут, но вдруг тот предатель, что уже рассказал о тебе один раз, расскажет ещё?
Жиль не мог сказать, что понял всё из слов феи. Но казалось очевидным — какой-то неприличный человек взял у неё деньги и пропал с ними, а сам он задолжал ещё менее приличным людям. Значит, нужно спасаться. Вдруг Эмиль найдёт его уже сегодня, а Мари останется без защиты?
— Я собиралась переехать отсюда, потому что мне нечем было заплатить хозяину квартиры. Теперь есть.
— Может быть, поискать другое жильё? У здешнего хозяина случайно нет другого доходного дома?
— Я хотела поискать. Нужно пробовать, — фея поднялась, вытерла нос и ушла туда, где была вода для умывания и отхожее место.
Вернулась — умытая.
— Знаешь, кофе остыл, я поставила новый. Сейчас принесу. И вот ещё, тебя нужно переодеть. Так, как ты, у нас никто не одевается. А мы не знаем, сколько тебе ещё у нас быть.
Конечно, фея говорила правильно. Но неужели Жилю придётся надеть на себя ту нелепую одежду, что носят местные разбойники, какое-то недоразумение господне, право слово? Или здесь разбойники тоже одеваются абы как, во что найдут?
— Скажи, пожалуйста, милая фея Мари, что мне придётся надеть?
— Сейчас посмотрим, — фея уже была спокойна и деловита.
Принесла из кухни медный кувшинчик с арро — с умопомрачительным запахом, Жиль любил эту заморскую отраву. Разлила по чашкам, предложила молоко.
— Сахар надо? Или тортика хватит?
О, вчерашняя сладость! Жиль вообще был сладкоежкой, а торт показался ему произведением кондитерского искусства, будто он не ел ничего вкуснее. Только кондитер сестрицы Катрин мог приготовить что-то подобное — наверное.
— Очень вкусно, милая фея. Мне очень нравится, и я благодарен тебе за заботу.
Мари глянула странно — как будто он сказал что-то не то. Но после улыбнулась.
— Ты тоже обо мне… позаботился. Я бы сама не отбилась.
— И поэтому хорошо бы куда-то перебраться.
— Сейчас посмотрим. Вдруг найдётся квартира по деньгам?
Она села за стол со своим странным артефактом — Жиль подумал, что это какая-то разновидность магического зеркала, касалась пальцем чёрной поверхности на столе, и в зеркале отображались какие-то сведения.
— О, есть квартира, и совсем недалеко! В новостройке! С мебелью! Я сейчас позвоню хозяину, спрошу, не сдал ли уже.
Мари выудила из огромного кармана артефакт, который вчера ему показывала — оказывается, это тоже разновидность магического зеркала. Потому что в него можно говорить. Кажется, ей долго не отвечали, а потом ответили, и она обсуждала какие-то детали.
— Уф, вечером можно будет пойти посмотреть.
— Что посмотреть?
— Да квартиру же! А сначала оденем тебя. Сейчас я закажу, чтобы привезли.
Жиль ничего не понял, но наблюдал. Мари снова работала с артефактом, а потом повернулась с сияющим лицом.
— Вроде через час должны привезти. Можно будет примерить и выбрать.
 
Что через час должны будут привезти? Впрочем, увидим.
А неуёмная Мари что-то делала дальше. С кем-то разговаривала при помощи артефакта и снова не то просила, не то договаривалась. И так несколько раз.
А потом началось нашествие.
Сначала пришёл кто-то, она строго запретила Жилю выходить и смотреть, и принёс ей что-то.
— Во, смотри. Тут человечек поблизости живёт, принес полезное.
Полезным оказался дублет синего цвета, яркий, лёгкий и прохладный на ощупь. Наверное, с магическими свойствами, как иначе-то? И ещё башмаки — странные, шнурованные, с толстой подошвой, тоже из неизвестного материала. Шарф на шею и шапка на голову — белого цвета. Абсолютно без украшений.
— Это… нужно надевать? — поинтересовался Жиль.
— Да. Если пойдёшь со мной наружу. Куртка тёплая, ботинки вообще крутые, Сигизмунд собирался продавать, но я уговорила дать на несколько дней, если тебе подойдёт размер. Но у тебя нога небольшая, как и у него, должно подойти. А без шапки и шарфа пока просто холодно. Смотри, ещё перчатки есть, тоже тема.
Перчатки лежали внутри самого дублета, в специальном кармане.
Жиль примерил ботинки — они оказались намного жестче привычных сапог, и короткие, только щиколотку и закрывали. Зато с толстой подошвой.
— Они с рифлёной подошвой. Не скользят, — пояснила Мари, но он не понял.
Куда скользят? Где скользят?
— Тебе б телефон ещё, но я спрошу, у кого-нибудь явно найдётся старый на погонять.
— Старый?
— Ну да, ты не поверишь, но бывают люди, которые меняют телефоны каждый год. И старые не продают. Вот мы таких и поищем.
А потом пришёл юноша с большой сумкой, и Мари принялась радостно её потрошить. Из сумки на свет божий появились синие шоссы — похожие на те, что носила она сама, и сорочки — с короткими рукавами и с длинными. Жилю пришлось уходить за её шкаф и пытаться переодеться, и к стыду своему, он не понял, как сделать, чтоб те шоссы сидели, как надо. Пришлось звать Мари, она посмеялась и объяснила, что делать с магической застёжкой. А сорочка застёгивалась только одна, остальные три натягивались. И вязаная туника натягивалась. Чулки здесь носили короткие, только низ от ноги прикрыть. А что-то вроде брэ она просто, гм, приложила к Жилю сзади и сказала, что годится.
Господи, и что, если Эмиль не найдёт его здесь, то ему до скончания века так одеваться?
Впрочем, пусть это окажется самым большим испытанием, ниспосланным ему господом. Он справится.
  
9.
 
И не жалея, не гадая, что же в жизни не так,
Не отклоняясь от пути своего
Маша порадовалась, что хватило ума позвонить Сигизмунду, и что тот оказался на машине, и как раз ехал куда-то, и смог сделать крюк и завернуть к ней на гору. И что она правильно помнила — он продавал крутой пуховик и ботинки, которые были откуда-то выписаны, и не подошли по размеру. И ура, что Жилю всё подошло.
— А тебе зачем? — недоумевал Сигизмунд.
— Да тут нужно помочь хорошему человеку, сначала он сам тупанул, потом его ограбили. Сел в самолёт и прилетел сюда на спор, — историю она придумала ещё ночью.
— Ну, всякое бывает, это да. Кстати, про приехавших. Роланд вернулся, слышала?
— Правда? Здорово! — с Роландом Маша была знакома давно и хорошо, они отлично дружили, и ей недоставало их разговоров, когда тот подался за девушкой в Москву.
— Да, и в следующую субботу вечеринка. С уходом в ночь. Хотели уже сегодня, но так быстро народ не раскачался.
Ещё бы, чтоб за пару дней народ раскачать — это нужно что-то несусветное, а Роланд, при всех своих несомненных положительных качествах, таковым не являлся. Или являлся, но в недостаточной степени.
— Костюмы или просто так?
— Костюмы, костюмы. И представление персонажа на пару минут.
— О, супер. Группа в контакте есть?