Эльф из Скайрима (СИ)

Пламя.
Самое жаркое пламя во всём Нирне прокатилось во все стороны.
Оно испепеляло саму бурю, само пространство…
Само Время.
Не церемонясь, я раскрыл один козырей, что готовил как раз к реваншу с этой тварью.
Фламберг устремился концом вверх прямо перед приближающимся ревущим огнём.
Эта идея мною была позаимствована у Древнего Свитка, ныне хранящегося у Вайси, прикрывшейся плавящимся словно свечка Ледяным Рыцарем.
  
…Взмах.
Та часть пламени, что стремилась меня пожрать, просто-напросто…
Исчезает.
Вырезается из единого потока времени и отправляется на десять минут в будущее.
Магии остаётся мало… Тц. На один козырь, но мне этого будет достаточно…
Тем более пламя Алдуина пока что нейтрализовано — на эту атаку он потратил немало времени.
Так, а что эти кретины делают?..
— Назад, придурки! — грозно рявкнул я со всей громкостью, на которую только была способна моя глотка.
Раздражение с гневом вспыхнули особенно ярко, и на миг даже промелькнула мысль прикончить следующей атакой именно нордов, а не ранить Алдуина.
Эта бесстрашная троица рванула вперёд… В лоб!
На даэдрового Первенца Акатоша! Духовного потомка одной из Первооснов!
Иди-и-иоты!
Вот нельзя придерживаться первоначального плана! Не. Лезть. На Алдуина!
Конченные, они просто конченные!
У меня аж ладони задрожали от злости!
Впрочем… За свою наглость норды поплатились мгновенно.
Начисто проигнорировав тройную огненную Силу, Алдуин резко рявкнул, вызывая свой собственный шторм, закруживший в алом сиянии над всей вершиной Глотки Мира.
Люди принялись уворачиваться от тут и там падающих огненных метеоритов, тем самым окончательно прерывая свой стремительный рывок.
— Мейе! Тародис анне! Хим хинде па лив! Зу'у хин дан! — с отчётливым презрением проговорил Алдуин, пользуясь занятостью нордов.
— И пусть позавидуют нам те, кто смотрит на нас из Совнгарда! — яростно крикнула Гормлейт, первая добравшаяся до Алдуина.
— Дир ко мар! — прорычал он… И стремительно, почти незаметно даже для меня, рванул вперёд и сомкнул пасть на очередном великом воине.
Подобно Финголфину более сотни лет назад, Гормлейт оказалась перекушена пополам.
— Вайси! — вновь рявкнул я, скрипа потеющих ладоней сжимая фламберг.
— Да! — отозвалась о своей готовности супруга, а я быстро огляделся и убедился что выжившие драконы после предыдущего боя куда-то улетели.
Видимо решили не мешать боссу самолично расправляться врагами. Умно, умно… Но командной работы от них и не ожидалось. Драконы же ж.
Пользуясь временем, которое выигрывала трескающаяся от ударов Вуутрад Хакона, а также яростного потока молний от Феллдир, который явно решил сжечь всю оставшуюся магию, но хоть немного ослабить врага, я занял стойку сильнейшего своего козыря.
Не собираюсь я разводить пафосную и длительную битву с возрастанием сил обоих противников.
Нет, типичную ошибку злодейского злодея я не собираюсь повторять. Ибо как-никак, но сейчас всё-таки исполняю роль Героя.
Я собираюсь использовать самый сильный приём с самого, самого начала.
Так что…
Дожидаюсь пока люди отлетают прочь, пораженные взмахом хвоста резко крутанувшегося Алдуина, решившего растянуть расправу.
— Давай! — рявкнул я во всю мощь лёгких.
Вырвавшаяся из-под оплавившегося рыцаря Вайси бросилась вперёд… И резко затормозила.
Сильнейшая на данный момент ледяная магия эльфийки вырвалась из её рапиры.
Абсолютный Ноль.
Полная заморозка, и почти что вершина этого вида элементального чародейства.
Фигура чёрного дракона покрылась толстой ледяной коркой, однако Алдуин проигнорировал большую часть воздействия, упорно поворачивая морду в мою сторону и раскрывая пасть — почуял реальную для себя опасность, гад.
Но он опоздал. Опоздал, расслабившись после такого проявления отъявленного тупизма от смелой, невероятно храброй, но всё-таки глупой троицы.
Меч до трескающегося вокруг него пространства, засиял аэдрическим светом, а перед слипающими, резко уставшими от потери магии глазами, на миг возникла фигура огненного дракона.
Фламментейн вспыхнул ещё сильнее, полностью скрывая в ослепляющем свечении, пылающем подобно пламени, все изгибы лезвия фламберга.
На моих ладонях начинались появляться трещины, сияющие изнутри аналогичным светом.
Невольно я ощутил… Лёгкость.
Невиданную лёгкость во всём теле. Словно наконец-то рухнул на кровать после полного беготни дня.
Организм невольно… Видоизменялся.
Не внешне, но внутренне, подвергаясь щедрому вливанию золотистых потоков эфирной энергии, пронзающих Обливион, Мундус, добирающихся до планетарной манифестации Акатоша, и наконец проникающих в Нирн через служащий порталом Фламментейн.
В этот момент чуть засияла одна из планет-доминионов, окружающих всё тот же Нирн.
Однако я не обратил на это внимания… Даже не заметил этого. Без преувеличения можно было сказать, что всё моё естество в тот момент времени было сосредоточено на одном-единственном действии.
Он… Он вспыхнул следом.
Рассвет Этериуса.
Последний принялся активно течь из-за пределов Мундуса и Обливиона, пересекая крупнейшую дыру в пространстве-времени, сияющую на небе Солнцем Магнуса.
Она ударила в доминион Акатоша, который осознанной волей перенаправил его прямиком в Нирн.
В самую его высокую точку. Точку, что была максимально приближена к Мундусу.
Меч рухнул вниз на девяносто градусов.
Реальность замерла.
Пространство пошло рябью.
На миг всё вокруг вернулось в прошлую эру, эру Рассвета.
Временной поток на миг сломался.
Но вспышка чистейшей энергии Этериуса вновь продолжила движение по направлению к Пожирателю Мира, что отчаянно сжигал свою сущность в попытке хоть немного сдвинуться.
Я не смог рассмотреть — получилось ли у него, ибо вспышка окончательно лишила меня возможности видеть дальнейшее.
Вершина Глотки Мира засияла целой звёздой, заставляя глаза болезненно гореть от горячего света, ударившего в них.
Из-за этого я так и не увидел следующих секунд.
Как поток эфирной энергии прошёлся по телу дракона, пронзив его насквозь и отправляясь дальше на Восток.
Как Рассвет Этериуса пронзает горную вершину Велотийских гор.
Как он создаёт там дыру в пространстве, ведущую в Совнгард, находящийся подле всё того же Этериуса.
На эту секунду я словно выпал из реальности, лишившись хоть каких-то мыслей, и безмятежно падая на одно колено, разжимая ослабевшие пальцы.
…Но всё когда-нибудь заканчивается. Закончился и Рассвет Этериуса.
Сияние пропало.
Время в высочайшей точке Нирна спешно принялось возвращать свой прежний вид.
— Ха-а-а… — выдохнув с таким облегчением, какого не испытывал за обе жизни, я проморгался.
…И увидел, как в двух дюжинах метров от меня всё ещё стоит Алдуин.
С гигантской светящейся раной через всё угольно-чёрное тело, с потухшими глазами, что ранее сияли красными огнями.
  
А это означало, что пока ещё ничего не было кончено.
— Вайси-и… — прохрипел я, кое-как поднимаясь с колена.
Может быть наш противник и хотел помешать происходящему далее, но… Не мог. Выложившись на полную и заполучив поддержку самого Аури-Эля, он получил рану не только по физическому телу, но и по самой его бессмертной души Эт'Ада.
Будь эта атака раза в три сильнее, я бы его уничтожил подобно Драконорождённому. Но увы, увы…
— Спасибо… — всё ещё хриплым голосом поблагодарил я, принимая в руки Древний Свиток.