"Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Несколько томительных минут ожидания, за которые вражеские самолёты успели превратиться из точек на горизонте во вполне заметные объекты, прошли. И прямо в воздухе вспыхнул первый шар взрыва. За ним второй и почти сразу третий. Самолёты начали маневрировать — бомбардировщики попытались набрать высоту, в то время как истребители закружили смертельный хоровод, в надежде поймать юркую, но очень маленькую, по сравнению с ними цель. Вдобавок, ещё и в разы превосходящую в манёвренности. Неживой дракон выдерживал такие перегрузки, какие с лёгкостью убили бы человеческого пилота.
  
Это позволяло ему безнаказанно атаковать тяжёлые машины, которые одна за другой вспыхивали огненными шарами, пока куда менее расторопные истребители пытались успеть за его манёврами. Несколько особенно азартных пилотов даже столкнулись в воздухе, безвозвратно потеряв свои машины.
Всего за несколько минут половина бомберов оказалась уничтожена. Оставшиеся приняли решение возвращаться. Всё бы ничего, только они для облегчения бегства начали сбрасывать бомбы прямо там где были. Прикинув направление и расстояние, я с ужасом понял, что примерно там находилось Волосово. И прямо сейчас на головы ни в чём не повинных людей сыпятся бомбы.
Увы, с этим я ничего поделать не мог. В отличие от Гоши. Дракон в два захода превратил большую часть бомб в прах, при этом едва не попав под кинжальный огонь пулемётов. Без бомбовой нагрузки самолёты ощутимо прибавили в скорости и высоте, но это не стало проблемой для летающей рептилии. Только уничтожив последний бомбер, Гоша вернулся обратно. Истребители, он, резонно, проигнорировал.
— Да, брат, потрепало тебя. — посетовал я, когда этот герой приземлился. Оказывается в него попали и не один раз. Я насчитал пять переломов рёбер. Две трещины в крыльях и ещё, у драко-лича практически отсутствовала левая передняя лапа. Даже на черепе была длинная и глубокая царапина. Попади пуля чуть ниже и всё, не было бы у меня больше дракона. Но не всё так плохо, как казалось. повреждения затягивались прямо на глазах — всё благодаря ударным дозам некротики пересылаемых обелиском. Всё же с регионом мне повезло. Всего один зиккурат без ретрансляторов давал энергии больше, чем моя сеть сбора в прошлой жизни. А она была, уж поверьте, очень большой.
Связь никак не желала налаживаться, поэтому пришлось самому ехать в Гатчину, как в ближайший административный центр. На въезде в город меня остановил военный патруль, но поняв кто перед ними, солдатики не стали меня задерживать. Поэтому я поехал дальше в штаб округа. Куда ехать подсказали патрульные, но даже и так я бы не заблудился. Скопление солдат и офицеров было видно издалека. Штаб развернули прямо в администрации города. Представляю как этому «обрадовались» чиновники. Но кто их будет спрашивать — у нас война идёт. Заодно выяснил, что городом теперь правляет военный комендант. Не мудрствуя, отправился прямиком к нему, но был остановлен адьютантом. Прямо чувство дежавю какое-то. Солдатик был смутно знакомым. А вот господина коменданта я узнал сразу. Именно он заведовал Лужским котлом. И каким ветром его занесло в Гатчину?
— Александр Витальевич, какая неожиданная встреча. — увидеть знакомое лицо было даже приятно.
Во всяком случае, расставались мы вполне довольные друг другом.
— Аркадий? Вот уж не ожидал встретить вас снова. — неподдельно удивился Зимин.
— Что поделать, живу я здесь. Не знаете что случилось со связью? Хотел сообщить о бомбардировщиках, а не получилось.
— Бомбардировщиках⁈ Где⁉ Когда, куда полетели⁉
— Успокойтесь, они уже никуда не полетят. — окоротил я полковника, уже схватившегося за телефон.
— То есть как это?
— Сбили их всех, подчистую. Только боюсь Волосово могло под бомбы попасть.
— Сбили? Хоть одна хорошая новость за последнее время. Связи вас лишили диверсанты. Под видом рабочих проникли на телефонную станцию и успели её повредить.
— Да уж, неприятно.
— И не говорите. Ещё эти, гражданские палки в колёса ставить пытаются. Но да ладно, с этим сами разберёмся. Это всё?
— На самом деле нет. Я бы хотел оказаться поближе к фронту чтобы помочь нашим войскам отразить нападение.
— Весьма похвальное стремление, но вы уверены, князь. Всё же передовая место, скажем так, не слишком комфортное. — замялся офицер, явно намекая, что высшее дворянство явно брезгует сражаться на передовой.
— Об этом не беспокойтесь, я не из брезгливых. Специализация не та. — ухмыльнулся я.
— Простите, совсем упустил этот момент. В таком случае, могу выписать вам предписание, но… Сами понимаете, кто я, а кто вы.
— Неважно. Главное, чтобы официальная бумага была. А то дальше тыла не пропустят.
— Это да. Подождите пожалуйста, сейчас справим. — пообещал полковник и действительно «справил». Вышло что-то вроде подорожной грамоты, с указанием того кто я, куда я и зачем я. А также печатью с отчётливым магическим оттиском. Благодаря ей, бумажка становилась грозным документом. Грозным для всяких патрулей и блокпостов, разумеется.
С собой я взял одного Митрофана. Была мысль прихватить зверинец, всё же Сахарок незаменим в разведке, а Гниль тоже некромант. Но, здраво подумав, решил их с собой не тащить. Меньше вопросов вызову у местного командования. Мне и так предстоит нелёгкая задача убедить их, что наша помощь им жизненно необходима. Можно даже сказать, эта миссия невыполнима, учитывая твердолобость военных.
В путь отправились на Шарике. Восемь часов гонки и мы под Минском. Почти всё время нам приходилось обгонять колонны с бронетехникой и солдатами, которых перебрасывали к линии фронта. Посоветовавшись, нами было принято решение не задерживаться в поисках штаба, а прямиком направиться на передовую.
Положение наших войск оказалось аховым. Да, они смогли задержать наступление, но ценой огромных потерь. Сейчас обе стороны спешно наращивали ударный кулак, чтобы прорвать ряды противника. На стороне противников было преимущество в бронетехнике, которое и позволило им так далеко продвинуться вглубь наших земель. А с нашей были мы. Ни на кого не обращая внимания, мы расчертили здоровенную гексаграмму для массового поднятия нежити и половину оставшегося дня напитывали её маной.
Уже глубоким вечером мы завершили все приготовления и запустили ритуал. Салатовое свечение магической фигуры таинственно мерцало в сгущающихся сумерках, когда к нам наконец пожаловал хоть кто-то, кто мог принимать решения. Им оказался довольно молодой старлей, что, впрочем, не помешало попытаться нас сходу застроить.
— Что здесь происходит? Вы кто такие?
— Митрофан, ты глянь, мы тут больше половины дня корячимся, а на нас только сейчас внимание обратили.
— Это нормально. Странно, что после завершения не подошли.
— Я вас спросил, кто вы такие и что вы тут делаете? — повторил вопрос закипающий офицер.
— Некроманты мы, господин старший лейтенант. Проводим ритуал поднятия немёртвых воинов.
— Не-некроманты? — лейтёха аж заикаться начал.
— Некроманты. Смотри, первые уже подниматься начали. — показал я пальцем на восстающих зомби.
Офицер побледнел и стремительно ушагал прочь, так что нам оставалось только пожать плечами.
А потом произошло то, чего мы никак не ожидали.
    
Глава 5
 
РПГ-6
Ритуал поднятия гулей шестая редакция. В моём Кодексе он значился именно под таким названием. Древний как Урсалаш, ритуал, который шесть раз пытались доработать. Вернее не шесть, но седьмая редакция мне лично не нравилась, а до восьмой я немного не дожил.
Обеспечивает уверенный подъём павших на территории до шести гектар площади и слоем до пяти метров. Обычно всё что глубже, раздавлено в такой фарш, что поднимать попросту нецелесообразно.