Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
И что было по душе Эмили. Не думать об этом у меня не получалось. Я постаралась сосредоточиться на моменте, на загадке, которую мы пытались разгадать. Мост скрипнул. Джеймсон зашагал дальше. Я прогнала из головы все лишние мысли. Мост скрипнул снова.
– Погоди-ка. – Я склонила голову набок. – А ну-ка стой. – К моему удивлению, Джеймсон повиновался. – А теперь медленно ступай назад, – велела я и прислушалась. Вскоре скрип повторился.
– Скрипит одна и та же доска! – Мы с Джеймсоном пришли к этому выводу одновременно. Он опустился на корточки, чтобы получше ее рассмотреть. Я последовала его примеру. С виду она ничем не отличалась от остальных. Я пробежала по ней пальцами, надеясь что-нибудь нащупать – сама еще не зная что.
Джеймсон делал то же самое. Его ладонь накрыла мою. Постаравшись изгнать из себя все чувства, я ждала, пока он отдернет руку, но этого не случилось. Его пальцы скользнули меж моих и переплелись с ними.
А потом он нажал на доску.
И я тоже.
Дерево вновь скрипнуло. Я наклонилась ниже, но тут Джеймсон начал медленно поворачивать наши ладони.
– Доска движется! – я взглянула на него. – Но совсем чуть-чуть.
– Этого мало. – Он неспешно убрал свою ладонь – теплую и легкую, как перышко, – с моей. – Надо найти замок, который не дает всей доске повернуться, и сдвинуть его.
Наконец, мы нашли на дощечках – на самом стыке с балясинами – маленькие выступы. Джеймсон опустился на корточки у того, что был с левого края. Я же – у правого. Мы одновременно нажали на выступы. Послышался щелчок. Затем мы вернулись на середину доски и снова попробовали ее сдвинуть. На этот раз это оказалось куда легче сделать. Мы вместе повернули ее, пока нижняя сторона не оказалась сверху.
Я посветила на дощечку фонариком. Джеймсон тоже достал телефон и подбавил света. На дереве был выгравирован символ.
– Бесконечность, – проговорил Джеймсон, обводя рисунок кончиком пальца.
Я склонила голову набок и посмотрела на символ более прагматичным взглядом.
– Или восьмерка.
Глава 48
Утро наступило слишком быстро. Громадным усилием воли мне удалось выбраться из постели и одеться. Соблазн не делать сегодня ни макияжа, ни прически был слишком велик, но мне вспомнились слова Ксандра о том, что если сам не расскажешь свою историю, это обязательно сделает кто-нибудь другой.
А мне, после того, что я вчера устроила перед журналистами, нельзя было показывать слабину ни в чем.
Только я закончила наносить на себя, как я сама ее окрестила, «боевую раскраску», как раздался стук в дверь. Я открыла. На пороге стояла девушка, про которую Алиса как-то сказала, что она «из нэшевских». В руках служанка держала поднос с завтраком. После того первого утра в Доме Хоторнов миссис Лафлин еще ни разу не снаряжала ко мне горничных.
Интересно, чем я сегодня заслужила такое внимание.
– У нас в доме по вторникам всегда генеральная уборка, – сообщила девушка, поставив поднос на столик. – Если вы не против, я начну с ванной.
– Хорошо, одну минутку, я полотенце повешу, – сказала я, и она уставилась на меня, точно я пригрозила, что сейчас буду прямо перед ней заниматься йогой в чем мать родила.
– Можете его прямо на полу оставить. Мы все равно все постираем.
Было в этом что-то жутко неправильное.
– Я Эйвери, – представилась я, хотя горничная наверняка и без того прекрасно знала мое имя. – А вас как зовут?
– Мелли, – сухо сообщила та.
– Спасибо вам, Мелли, – сказала я, и девушка изумленно на меня уставилась. – За вашу помощь.
Мне вспомнилось, что Тобиас Хоторн не любил чужаков и старался по возможности не допускать их в дом. И все же каждый вторник тут затевалась масштабная уборка, для которой нужен был большой штат прислуги. Хотя это неудивительно. Странно было то, что уборка происходила лишь раз в неделю, а не каждый день. И все же…
Я поспешила по коридору в комнату к Либби – кроме нее, никто больше не разделил бы моего смущения и озадаченности. Я легонько постучала в дверь на случай, если сестра еще спит – и та слегка приоткрылась, – но этой небольшой щели оказалось достаточно, чтобы я увидела кресло, придвинутое к оттоманке, и мужчину, устроившегося на них.
Длинные ноги Нэша Хоторна, обутые в сапоги, вытянулись по оттоманке. Лицо скрывала ковбойская шляпа. Он крепко спал.
В спальне моей сестры.
Нэш Хоторн спал у моей сестры!
Я невольно ахнула и попятилась. Нэш вздрогнул и заметил меня. Взяв шляпу, он соскочил с кресла и вышел ко мне в коридор.
– Что ты забыл в комнате у Либби?! – спросила я. Конечно, хуже было бы, если бы я застала Нэша в ее постели, и все же. С какой стати старший Хоторн стережет мою сестру?!
– У нее сейчас непростой период, – сообщил мне Нэш с таким видом, будто я без него этого не знаю. Будто не я вчера пошла на отчаянные меры, чтобы только избавиться от Дрейка.
– Либби вовсе не твоя протеже, – процедила я. В действительности я понятия не имела, сколько времени они провели вместе за последние дни. По их разговору на кухне у меня сложилось ощущение, что Нэш раздражает Либби. Либби, которая никогда ни на кого не злится. Либби, лучик солнышка в готическом одеянии.
– Протеже? – переспросил Нэш и нахмурился. – Это что же такое тебе наплела Ли-Ли?
Это прозвище, которое он уже не раз использовал, лишний раз напомнило мне о том, что они с моим юристом были помолвлены. Он бывший парень Алисы. Он «спас» одному богу ведомо сколько девушек, ставших впоследствии работницами Дома Хоторнов. А еще провел ночь в комнате моей сестры.
Добром это точно не кончится. Но не успела я ничего высказать, как из моей комнаты вышла Мелли. За это время она никак не могла успеть убрать ванную, а значит, наверняка услышала нас. Точнее, Нэша.
– Доброе утро, – сказал он ей.
– Доброе утро! – с улыбкой отозвалась она, а потом заметила меня, остановила взгляд на открытой двери в комнату Либби – и улыбка пропала с ее лица.
Глава 49
Орен ждал меня у машины со стаканом кофе в руках. Он ни словом не обмолвился о нашем с Джеймсоном маленьком ночном приключении, а я не стала спрашивать, что он успел заметить. Открыв передо мной дверь автомобиля, Орен склонился ко мне и прошептал:
– Только не говорите, что я вас не предупреждал.
Истинный смысл этих слов дошел до меня только тогда, когда я заметила на переднем сиденье Алису.
– Какая вы сегодня смирная, – заметила она.
По всей видимости, «смирную» в этом контексте надо было понимать как «не настолько безрассудную, чтобы устроить очередной журналистский скандал». Интересно, какими бы словами Алиса описала сцену, увиденную мной в спальне у Либби.
Нет, добром это точно не кончится.
– Надеюсь, у вас нет никаких планов на эти выходные, Эйвери, – сказала Алиса, когда Орен отъехал от дома. – И на следующие.
Сегодня к нам не присоединился ни Джеймсон, ни Ксандр, а это значило, что разрядить обстановку некому. Сама же Алиса явно кипела от гнева.
Мой юрист ведь не вправе сажать меня под домашний арест, так? – пронеслось у меня в голове.
– Вообще, я надеялась подольше вас поберечь от всеобщего внимания, – многозначительно проговорила Алиса, – но раз этот план пошел ко всем чертям, то в эту субботу вы поедете на благотворительный вечер, а в следующее воскресенье – на матч.
– Какой еще матч?
– Национальной футбольной лиги, – сухо пояснила Алиса. – У вас есть своя команда, и она будет играть. Я очень рассчитываю на то, что ваше участие в таких громких общественных мероприятиях подольет масла в огонь сплетен, и все станут обсуждать это, а мы выгадаем время и сможем отложить ваше первое полноценное интервью до той поры, пока вы не научитесь правильно общаться с прессой и не пройдете тренинг.
Я все еще была под впечатлением от новости о футбольном матче, но, услышав про тренинг, ощутила, как от страха к горлу подкатывает ком.