Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Я прислушивалась к ее словам, силясь угадать, о чем она предпочла умолчать.
– А фонд вам платит? – спросила я и принялась считать секунды до ее ответа, с которым Зара не спешила.
– Я получаю зарплату, соразмерную моим навыкам и вкладу в общее дело.
И хотя в глубине души меня так и подмывало сообщить ей, что ее услуги больше не потребуются, я сдержалась – не такой уж я импульсивный человек для таких поступков, да и жестокости мне недостает.
– Я тоже хочу участвовать в работе фонда, – сказала я. – И не просто на словах. Я хочу принимать решения.
Бездомные. Бедность. Домашнее насилие. Доступность профилактической медицины. На что бы я потратила сто миллионов долларов в год?
– Вы еще так молоды, – чуть ли не с грустью в голосе произнесла Зара, – и верите в то, что деньги – это лекарство от всех бед.
Сразу видно: сама она всю жизнь живет до того богато, что и представить себе не может, сколько проблем деньги и впрямь решают.
– Что ж, если вы всерьез хотите поучаствовать в работе фонда… – начала Зара без особого энтузиазма, точно ей кто-то предложил покопаться в мусорном баке или посверлить больной зуб, – я могу вас обучить всему необходимому. Встретимся в понедельник. После школы. В фонде, – распорядилась она, чеканя каждую фразу.
Не успела я спросить, где именно находится фонд, как дверь распахнулась. Рядом со мной остановился Орен. «Женская часть семьи в худшем случае подаст на вас в суд», – предупреждал он меня. Но теперь Зара знала, что устранить меня при помощи закона не получится.
И глава службы безопасности перестал считать, что я могу спокойно оставаться с ней наедине.
Глава 36
На следующий день – в воскресенье – Орен повез меня в контору «Макнамара, Ортега и Джонс» смотреть Красное Завещание.
– Эйвери! – Алиса встретила нас с Ореном в фойе. Здание могло похвастаться современной отделкой – здесь царствовал минимализм, а повсюду блестели хромированные поверхности. Помещение было просторное – тут легко могло бы уместиться с сотню юристов, но пока мы в сопровождении Алисы шли по фойе мимо стойки администратора и охраны к лифтам, мы не увидели ни души.
– Вы упомянули, что я – единственный клиент фирмы, – заметила я, когда лифт взмыл вверх. – А большая она вообще?
– У нас несколько подразделений, – деловито ответила Алиса. – Мистер Хоторн обладал разнообразным имуществом. И потому ему нужны были юристы с разной специализацией.
– А завещание, о котором я спрашивала, хранится тут? – уточнила я. В кармане у меня лежал подарок от Джеймсона – квадратик красной пленки, который мы нашли с внутренней стороны обложки «Фауста». Я рассказала ему, что поеду сюда, и он отдал мне пленку безо всяких вопросов, точно доверял мне сильнее, чем собственным братьям.
– Красное Завещание здесь, – подтвердила Алиса и повернулась к Орену. – Мы сегодня как, в большой компании? – уточнила она. – Под компанией она имела в виду папарацци. А «мы» подразумевало меня.
– Народ чуть-чуть схлынул, – рапортовал Орен. – Но велика вероятность, что у выхода соберется толпа, когда мы пойдем обратно.
Если удастся хотя бы день прожить без появления новых заголовков в духе «Самый богатый подросток в мире ставит юристов на уши», охотно сжую пару новых ботинок Либби.
На третьем этаже мы прошли мимо очередного поста охраны и наконец приблизились к угловому кабинету. Он был отделан, но пустовал, если не считать одного обстоятельства. Посередине стоял письменный стол красного дерева, а на нем лежало завещание. Когда я заметила его, Орен уже занял позицию у порога. Я направилась к столу, а Алиса осталась стоять, где стояла. Подобравшись ближе, я разглядела цвет шрифта.
Красный.
– Моему отцу велели поместить документ в эту комнату и показать его либо вам, либо внукам, если кто-нибудь вдруг начнет интересоваться, – сообщила Алиса.
Я обернулась к ней.
– Велели, – повторила я. – А кто? Тобиас Хоторн?
– Само собой.
– А Нэшу вы об этом рассказывали?
На лице Алисы проступила холодная мрачность.
– Я уже ничего ему не рассказываю. – Она строго посмотрела на меня. – Если вопросов больше нет, оставлю вас наедине с завещанием.
Алиса так ни разу и не спросила, для чего я вообще все это затеяла. Я дождалась, пока за мной не захлопнется дверь, и только потом села за стол. Достала из кармана пленку.
– Где есть воля, там есть и путь, – прошептала я, накладывая красный квадратик на первую страницу.
Я заскользила ацетатом по листу, и слова под ним начали исчезать. Красные чернила. Красная пленка. Все получилось в точности как предупреждали братья. Если все завещание написано красным, то под пленкой все слова до единого исчезнут, и ничего больше. Но если под красными чернилами прячутся другие, то все, что ими написано, останется зримым.
Я просмотрела распоряжения Тобиаса Хоторна в отношении Лафлинов, Орена, его тещи. Ничего. Добралась до пункта, где речь шла о Заре и Скай, провела по строкам пленкой, и они исчезли. Спустилась к следующему предложению.
«Моим внукам, Нэшу Уэстбруку Хоторну, Грэйсону Давенпорту Хоторну, Джеймсону Винчестеру Хоторну и Александру Блэквуду Хоторну…»
Я скользнула квадратом по странице – и слова снова пропали, но не все. Осталось четыре.
Уэстбрук.
Давенпорт.
Винчестер.
Блэквуд.
Впервые за все время я обратила внимание на то, что все четверо сыновей Скай носят ее фамилию, фамилию своего деда. Хоторны. А вот средние имена у них похожи на фамилии. Но чьи? Их отцов? Пока раздумывала над этим, я успела просмотреть остальную часть документа. В глубине души я допускала, что когда доберусь до своего имени, что-нибудь произойдет, но оно тоже исчезло, как и весь остальной текст – все, кроме средних имен внуков Хоторна.
– Уэстбрук. Давенпорт. Винчестер. Блэквуд, – повторила я вслух, чтобы лучше запомнить.
А потом написала Джеймсону, гадая, перешлет ли он эти новости Грэйсону.
Глава 37
– Куда бежим, детка? Где пожар?
Я уже вернулась в Дом Хоторнов и спешила на встречу с Джеймсоном, когда путь мне преградил еще один из братьев – Нэш.
– Эйвери только что ознакомилась с особой версией завещания, – сообщила Алиса, идущая следом. Не рассказывает она ничего своему бывшему, как же.
– Особой версией завещания? – переспросил он и посмотрел на меня. – Справедливо ли предположить, что это все как-то связано с той несусветной чушью, которую старик написал мне в письме?
– В письме… – повторила я, судорожно обдумывая услышанное. В принципе, ничего удивительного в этом не было. Как-никак, Грэйсону и Джеймсону Тобиас Хоторн оставил одинаковые подсказки. Выходит, и Нэшу тоже – а возможно, и Ксандру.
– Но не волнуйся, – протянул нараспев Нэш. – Я пас. Я ведь уже говорил, что деньги мне не нужны.
– На кону вовсе не деньги, – твердо сказала Алиса. – Завещание…
– …неизменно, – закончил за нее Нэш. – Кажется, я уже пару раз это слышал.
Алиса сощурилась.
– Слушатель из тебя всегда был неважный.
– Слушать и соглашаться – разные вещи, Ли-Ли, – парировал он. Это милое прозвище вкупе с дружелюбной улыбкой и не менее ласковым тоном мгновенно наполнили комнату напряжением.
– Мне пора, – сообщила Алиса и с молниеносной скоростью повернулась ко мне. – Если вам что-нибудь понадобится…
– …звоните, – закончила я за нее, гадая, насколько заметно было, как поползли вверх от изумления мои брови, когда я услышала их разговор.
Алиса захлопнула за собой дверь с оглушительным треском.
– Может, расскажешь, куда это ты так спешишь? – переспросил Нэш, когда мы остались наедине.
– Джеймсон попросил встретиться с ним в солярии.
Нэш выразительно вскинул бровь.
– А ты вообще в курсе, где этот самый солярий находится?