Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Тоби возомнил, будто сможет меня остановить? Ему не хочется, чтобы его нашли?
Не ему мне указывать, прекращать или нет. Никто не вправе это делать. Орен схватил меня. Я стала сопротивляться. Мне хотелось с кем-нибудь подраться. И он это понял. Покалечить саму себя он мне не давал, но излить гнев на него позволил. Это меня только сильнее взбесило.
Я вывернулась из его хватки и кинулась на кирпичную стену.
  
— Наследница. — Джеймсон неожиданно преградил мне путь. Я попыталась вовремя затормозить, но не успела, и кулак врезался ему в ребра. Но он и глазом не моргнул.
Я опустила руки и уставилась на Джеймсона, с ужасом осознав, что только что его ударила.
— Прости меня. — Никто не давал мне права так бесноваться. Ну и что, что Тоби велел мне прекратить поиски. Ну и что, что он не хочет, чтобы его нашли! Мне-то что с того?
Я тут при чем?
— Скажи, чего ты хочешь. — Джеймсон не флиртовал. Не пытался напустить загадочности или для чего-то меня использовать.
Я вдохнула — медленно и тяжело.
— Сломать эту чертову стену.
Джеймсон кивнул и посмотрел поверх меня на Орена.
— Нам понадобится кувалда.
  
Глава 54
 
Я принялась ломать стену, кирпичик за кирпичиком, а когда руки до того устали, что уже не держали кувалду, Джеймсон меня сменил. Одним мощным ударом он пробил такую большую брешь, что я без труда смогла влезть внутрь.
Он последовал за мной.
Орен нас отпустил. Он даже не попытался протиснуться следом, а остался у входа в крыло, чтобы уберечь нас от всех, кто мог посчитать, будто здесь нам не место.
— Ты, наверное, думаешь, что я совсем спятила, — сказала я, бросив украдкой взгляд на Джеймсона, пока мы шли по коридору, выложенному мрамором.
— Я думаю, что ты наконец отпустила, — тихо произнес он.
Мне вспомнились прикосновения к его коже в джакузи. Вот что такое отпускать. Я же вечно цепляюсь за что-то. И сама порой не знаю, за что.
— Он не хочет, чтобы я и дальше его искала, — сказала я. Стоило только произнести эти слова вслух, и они обрели реальный вес.
— Из чего следует, что он считает, будто это нам по силам, — заметил Джеймсон.
Нам. 
Я зашла в спальню Тоби. Ультрафиолетовые лампы отсюда так никто и не унес. Джеймсон зажег их. Стены по-прежнему были покрыты письменами.
— Я вот о чем подумал, — продолжил Джеймсон доверительным тоном. Казалось, бег его мыслей не замедляется ни на секунду. — Старик оставил Ксандру выполнимое задание. Игру, изначально придуманную для Зары и Скай. Получается, если мы доведем ее до конца, это и будет финал. Все эти зацепки к чему-то ведут. Я чувствую это.
Я шагнула ему навстречу. Еще. И еще раз.
— Ты тоже чувствуешь, да? — спросил он, когда дистанции между нами не осталось вовсе.
Да, я чувствовала. Гонка набирала скорость. Близился финал охоты. В конце концов мы обязательно узнаем, что означают даты на кольцах. Мы уже приближаемся к развязке. Джеймсон и я.
Я прижала его к ближайшей стене. Повсюду вокруг виднелись записи Тоби, но сейчас мне совсем не хотелось думать о нем — о человеке, велевшем мне прекратить поиски.
Мне вообще ни о чем не хотелось думать, поэтому я поцеловала парня, стоящего передо мной. На этот раз поцелуй не был ни грубым, ни торопливым. Он был неспешным, ласковым, пугающим, безупречным. Впервые за всю свою жизнь я не чувствовала одиночества.
  
Глава 55
 
На следующий день в школе я не стала ждать, пока Джеймсон меня отыщет. Я сама его нашла.
— А что, если те цифры — вовсе не даты? — предположила я.
Ответом мне стала лукавая, неторопливая, кривая ухмылка.
— Наследница, ты прям с языка сняла.
* * *
Я думала, он снова поведет нас на крышу, но нет: мы отправились в одну из комнаток проектной лаборатории. Маленькое квадратное помещение, стены которого от пола до потолка были увешаны маркерными досками. Посередине стояло два офисных кресла — и ничего больше.
Эли хотел было зайти следом за нами, но Джеймсон многозначительно провел ладонью по моей спине и прильнул губами к шее, чуть ниже линии челюсти. Я откинула голову. Эли густо покраснел и вышел из комнаты.
Джеймсон захлопнул дверь — и приступил к работе. К спинке каждого из кресел крепилось пять маркеров, которые можно было стирать губкой. Джеймсон взял один из них и начал выводить на доске напротив цифры.
— Восемь, три, семь, пять, — произнес он вслух.
— Девять, семь, четыре, восемь, — продиктовала я ему остальные цифры.
Теперь, когда они были записаны без черточек, простор для истолкований заметно расширился.
— Код от замка? — предположила я. — Пин-код?
— Явно не номер телефона и не индекс — цифр маловато, — Джеймсон отступил, опустился на одно из кресел и отъехал на нем назад. — Адрес. Комбинация чисел.
Мне вспомнилось, как мы с ним прыгали с вертолета, вот только тогда в голове у меня крутились другие цифры. Воздух между нами был наполнен электричеством — совсем как теперь. Мы летели с огромной высоты, но уже через тридцать секунд он заметно ко мне охладел.
Но теперь-то все было иначе — теперь мы с ним оказались на равных. У меня не было никаких ожиданий. Я контролировала ситуацию.
— Координаты, — предположила я. В прошлый раз такую версию выдвинул Джеймсон.
Он развернулся ко мне в кресле и, оттолкнувшись ногами от пола, подкатил ближе.
— Координаты! — повторил он, и в глазах заплясали огоньки. — Девять-семь-четыре-восемь. Если порядок цифр верный, то девять — это градусы. Девяносто семь — многовато.
Я припомнила уроки географии в пятом классе.
— Широта и долгота измеряются в диапазоне между –90 и 90 градусами.
— Ничего вы в цифрах не смыслите, — перебил нас кто-то.
Мы с Джеймсоном обернулись к двери. На пороге стоял Ксандр. Из-за спины у него выглядывал Эли, все еще красный как рак. Ксандр зашел в комнату, закрыл дверь и, не теряя времени, повалил брата на пол.
— Сколько раз тебе повторять? — процедил младший Хоторн. — Это моя игра! Никто не отыщет разгадку без меня! — Он вырвал маркер из рук Джеймсона и поднялся. — Это было дружеское нападение, — заверил он меня. — Ну, в целом.
Джеймсон закатил глаза.
— Так, значит, мы в цифрах ничего не смыслим, — повторил он слова брата. — А еще непонятно, где тут долгота, а где широта, так что эти самые девять градусов могут быть и северными, и южными, и западными, и восточными.
— Восемь-три-семь-пять, — я схватила еще один маркер и подчеркнула другую комбинацию цифр. — Здесь число градусов может равняться либо восьми, либо восьмидесяти трем!
Джеймсон улыбнулся.
— К северу, югу, востоку или западу.
— И сколько же получается возможных комбинаций? — задумчиво спросил Ксандр.
— Двадцать четыре! — хором ответили мы с Джеймсоном.
Ксандр с подозрением уставился на нас.
— По-моему, вы что-то от меня скрываете, а? — поинтересовался он, кивнув в нашу сторону.
Джеймсон бросил на меня быстрый взгляд.
— Да нет, ничего такого, — произнес он таким тоном, что сразу становилось понятно — «ничего» — это сильное преуменьшение.
— Не мое дело! — заключил Ксандр. — И все же для справочки: вы, мои влюбленные пташечки, ошибаетесь. Возможных локаций не двадцать четыре, а куда больше.
Джеймсон нахмурился.
— У меня все хорошо с математикой, Ксан.
— Не сочти за дерзость, старший братец, но существует три способа записи координат, — с широкой улыбкой сообщил Ксандр. — Градусы, минуты, секунды. Градусы, десятичные минуты. И десятичные градусы.
  
— У нас тут всего четыре цифры, — напомнил Джеймсон. — Возможно, мы имеем дело с десятичными градусами.
Ксандр ему подмигнул.
— Возможно — это не ответ, братишка.
* * *
— Тихий океан! — крикнул Джеймсон, и я записала это название рядом с соответствующими координатами. — Индийский океан. Бенгальский залив.