Великий и Ужасный (СИ)
Я невольно залюбовался ее прелестями, ощупывая взглядом всю обнаженную фигуру — от ладненьких ножек до озорных зеленых глаз и, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее немедленно, поднялся с табуретки.
— Ну, миленький, ну, правда! Ну, зачем оно тебе надо? Ну, беда же будет! — топнула ножкой она. — Увидимся еще, ага?
Накинув халат на плечи, я забрал кард, который сиротливо стоял все это время у входной двери, и вышел вон.
Ну и чуйка у этой Кристины! Успели минута в минуту!
Снизу послышались тяжелые шаги и лязг металла, и потому я совершил единственный разумный маневр в этой ситуации: поднялся по лестнице выше, постоял на усыпанной окурками площадке третьего этажа, ощутил запах бензина и гари, и по-гномьему гулкий голос произнес:
— Кристинка! Открывай! Умаялся я церберов жарить! Пива хочу — сил нет! — это точно был тот тип с огнеметом.
Похоже, я совершенно случайно закадрил подружку местного авторитета!
* * *вот, теперь самое время подписаться на автора. это тот самый момент, которого вы ждали, лучшего уже не будет))
Глава 6
Дальнейшие перспективы
— Хуеморген, герой-любовник! — приветствовал меня Фриц из-за прилавка.
В забегаловке было пусто, сам гном занимался тем, что чистил стволы солидного обреза-«горизонталки», время от времени поглядывая сквозь них на горящую на потолке лампочку. Вокруг лампочки вились мухи.
— Это почему доброе утро-то, если вечер только начался? И с какого перепуга я — герой-любовник? — поинтересовался я, подходя поближе и извлекая из-под полы женского махрового халаты длинный орочий меч.
— А потому, что привычка у меня такая — доброго утра желать! Утро — оно в принципе добрым редко бывает, хоть когда его желай — лишним не будет. Оно с утра как? То не с той ноги встал, то малость недоспал, то не с той переспал! Вот он, кстати, и ответ на твой второй вопрос: час назад ты церберов в закоулках потрошил, красовался там со своей вот этой урук-хаевской кочергой и ловил с балкона некую Кристинку с красивыми ножками, а теперь заявляешься в одних трусах и женском халате! Ну, и кто ты после этого?
— Э-э-э-э… Вопросов становится всё больше: и как ты это всё узнал? А-а-а-а! Гоблины! Чертовы коротышки снимали всё на видео!
— У тебя есть проблемы с коротышками? — грозно ляпнул на стол пудовые кулаки гном.
— У меня есть проблемы с гоблинами! — дипломатично поднял вверх ладони я. — И с одеждой.
— С башкой у тебя проблемы. Какого хрена ты трахал девку Густава Игельшнойцхена? Совсем берега попутал? Сначала ребят Щербатого оприходовал, теперь — Кристинку! — Хуеморген явно пребывал в возбужденном состоянии.
— Не приходовал я никаких ребят! — возмутился я. — Как это вообще пришло в твою бородатую голову!
— А-а-а-а, значит, с Кристинкой — было? Ну, и как она? Огонь? — потер руки Фриц. — Баба классная, тут половина Проспекта на нее облизывается, но Густав жутко ревнивый… Подпалит он тебе яйца, любовничек, и будет у тебя в штанах недостаток… Он у тебя и сейчас есть, недостаток в штанах. Очевидно просматривается, поскольку штанов тебе явно недостает!
— Ар-р-р-р!!! Я ж щас и в рожу тебе тресну, не погляжу, что старше меня вдвое и вообще — работодатель! — гном умел бесить, это точно. А урук-хай прекрасно умели беситься.
— Втрое, — отмахнулся Хуеморген. — Втрое я тебя старше. Но какая, хрен, разница. если у гномов совершеннолетие — в тридцать, а у вас, скороспелок — в шестнадцать? Тебе сколько? Пятнадцать? Девятнадцать? С вашими рожами хрен разберешь! Страшные, как смертный грех!
Пришлось сделать неопределенный жест рукой: я и сам не знал! Предположения были примерно такие же, как и у Фрица, но паспорта своего я не видел, даже вахмистр Перепелка его не спрашивал. Тут идентифицировали как-то по-другому? Ну да, по костям из погребального костра, например.
— Ладно, смотри! Красовался тут как стриптизерша на шесте, еще и позы красивые принимал! Фу таким быть! — Хуеморген сунул мне в лицо планшет и ткнул пальцем в какой-то значок на экране.
Запустилось видео: похоже, это был какой-то хостинг типа Ютуба, смешанный с новостным агрегатором. Под рубрикой «Proryv Htoni I ataka Cerberov v San-Sebast’yane» имелось несколько видео, но на самой вершине топа было два: «Krovozhadnyj uruk-haj potroshit psov zdorovennym mechom» и «Klassnye sis’ki i mnogo krovi». На видосах черноволосый звероватый громила в черной футболке эффектно и пафосно убивал чудищ — как в кино: брызги крови во все стороны, блеск стали, волосы длинные туда-сюда эпично телепаются… А еще он ногами раздавил одного из адских псов и поймал с балкона рыжую красотку в халате. «ZANIMAJTES' LYUBOV’YU, A NE VOJNOJ!» — вот что я прочел на спине молодчика, когда сей неизвестный герой (кто бы это мог быть?) — во время своего феерического прыжка на череп чудища повернулся спиной к камере.
— Сука! — сказал я. — Пять лет арт-фехтования так просто не проходят.
— Что? — удивился Фриц.
— Кузя — сука, говорю. Там просмотров уже пара десятков тысяч. И они вот прямо сейчас растут. Надо будет с него бабла состричь, с прохвоста мелкого. Охерел совсем! Монетизация-то на этом хостинге есть?
— Херас-с-се! — вытаращился гном. — Ты что-о, во всей этой блогерской педерастии разбираешься? Я всё больше подозреваю, что ты нихера не урук! Уши покажь!
Я от неожиданности оттопырил рукой одно ухо, и Хуеморген облегченно выдохнул:
— Не, отбой. Мамка-то твоя или из наших, или из человеческих баб была. Никаких сраных эльдарских эльфов.
— Да чего с этими эльфами не так? Что ты каждый раз пыхтишь, как про них вспоминаешь? — решился спросить я.
— Э-э-э-э, брат Бабай, это ты эльфов не знаешь! И ладно еще лесные, наши, русские лаэгримы, или там галадримы с Великих Равнин… Они хоть мозг не парят никому. А высшие, эльдарские эльфы это… — он скривился и как будто процитировал: — ' Выйди из зоны комфорта, сделай двенадцать шагов, помоги себе сам…' Бе-е-е-е, блевать тянет! Или вот это: «Почему мы не можем с автомобилей пересесть на шеи экологически чистых рабов? Почему мы не можем всё вокруг засадить цветочками, питаться одной ботвой и не пить пива?» Да потому что, ять, не можем! Лицемерные ублюдки — вот кто они такие! Эльфийка из Авалона советует уральскому гному выйти из зоны комфорта, обосраться можно! Я, может, войти в нее уже почти пятьдесят лет пытаюсь — и всё никак! У-у-у-у!
Явно задетый за живое, Хуеморген разве что пар из ушей не пускал. Он сердито достал из-под прилавка две бутылки пива, одну протянул мне:
— Будешь? — пропыхтел гном.
Об угол стойки, двумя короткими ударами мы открыли кронен-пробки и, не теряя времени, чокнулись горлышками: дзин-нь!
— Ну, за зону комфорта! — следующие несколько секунд в закусочной слышалось только бульканье хмельного напитка, который лился в наши глотки.
— Уф! — сказал гном, когда бутылка опустела. — Теперь касаемо твоей одежды: в трусах ты работать тут не будешь. Штаны парусиновые я тебе дам, закатаешь до колен — будет нормально. Денег тридцать тоже дам — сходишь к Ипатьевне, в магазин за углом, купишь футболку. Ну, ты знаешь, Резчик там же тебя и одевал. Только возьми что-то человеческое! У меня на тебя большие планы: мне нужна подмена тут, за прилавком. А то вскоре придется удалиться на неопределенный период времени…
Он так и сказал — «вскоре» и «удалиться». Филолог, черт его дери!
А я взял у него штаны и деньги, скинул в подсобке халат и пошел за футболкой.
* * *Это был самый обычный секонд-хенд, но назывался он тут исконно по-русски: «VTORYE RUKI». И единственный отдел, где имелись шансы найти условно подходящую для меня по размеру одежду, оказался секцией для толстых женщин! Вот в чем был сраный секрет ублюдских футболок! А я-то думал…
Ипатьевна — сама по себе немаленькая бабища славянской раскрашенной наружности — с видимым извращенным удовольствием предложила мне три черные футболки на выбор. Я, не глядя, взял одну, напялил на себя и, покрутившись перед зеркалом в раздевалке, выматерился. На спине значилось: «HEJ, PRINCESSA! MEN’SHE STRESSA!»