Небольшие последствия первой любви (СИ)

— Нас могут застукать. — Стефан отстранился от Вайзера лишь через несколько минут. Из прически выбились отдельные волосинки, а самые длинные даже норовили попасть в рот. В котором, кстати, из-за Адама пахло примерзким табаком, от которого Стефана начинало тошнить. — Твоя репутация…
— Это моя личная…
Вайзер мял его задницу через легкую ткань брюк, рубашка у Стефана задралась вверх, открывая голый живот, именно то, что Стефан старался скрыть. Раньше он был плоским, ровным и красивым, но двое родов подряд повредили этой красоте.
  
Стефан слегка приподнялся, и рука Вайзера тут же полезла дальше.
— Ты до сих пор думаешь, что можно разделить личную жизнь и работу? — спросил Стефан, сдерживаясь из последних сил. — Что одно не повлияет на другое?
— Думаю.
— Идиот. Весь офис за обедом не твои проекты обсуждает.
Вайзер прижал его к себе. Но убрал руки с попы и переместил на спину. Стефан устроил подбородок у него на плече и тяжело дышал. Вайзер тоже весь разгорячился и пах сейчас он сильнее, чем кофе.
— Адам. — Позвал Стефан. — Мне надо ехать. Джейку нужен поезд.
Руки разжались и освободили Стефана.
— Приедешь в воскресенье? — спросил Вайзер.
Стефан слез с него и поправил рубашку. Альфа потуже затянул галстук, оттряхнул брюки, разгладил их и вернулся к столу. Допил кофе.
— Я постараюсь. — Ответил Стефан.
— Вообще-то, я хотел с тобой сегодня поужинать.
— Не получится.
— Может, подвезти тебя? Если ты в торговый центр, то нам по пути, заеду в супермаркет за продуктами.
— Тебе не совсем по пути. — Стефан смущенно прикусил губу. Он опаздывал, но он не хотел, чтобы Вайзер подвозил его туда. Он мог увидеть детей, или дети могли увидеть его. Этого Стефану не хотелось. Одно дело разговаривать о них, а совсем другое — соединить эти две разных стороны жизни в одном кадре. В чем-то они с Адамом были все-таки похожи — они все хотели в своей жизни разграничить.
— В воскресенье. — Ухмыльнулся Вайзер. — Найди время. У меня будет для тебя сюрприз.
Стефан испугался. Он не любил сюрпризы.
— Адам…
— На сегодня можешь быть свободен. — Тон сменился на более холодный, отстраненный и официальный.
— … я не люблю сюрпризы.
— Позвони мне в субботу, договоримся о времени.
***
Анри купил мячик, а Стефану пришлось платить за поезд. Альфа выглядел неважно. Стефан еще со времени их совместной жизни понял, как Анри болезненно относится к его самостоятельности и возможности заработать больше, чем он. Стефан не знал всех подробностей его жизни, но знал, что он тоже сейчас живет с родителями, а работает лишь ассистентом на несложных операциях. И неизвестно было, сколько продлится его отстранение. Анри был не слишком разговорчив. Стефан считал, что он сам виноват. Анри хотел работать за идею, Стефан же из всех прелестей профессиональной жизни выбирал более доходные. Каждый получил свое.
Джейк был счастлив. Он пытался сам тащить эту огромную коробку с поездом и никому не хотел ее отдавать. А Коллину не дал даже посмотреть картинки, нарисованные на упаковке. Колин не плакал. Ему понравился мячик и небольшая порция картошки. Он, как и всегда, спокойно принял все то, что ему дали и остался доволен этим.
Джейк, тоже в своей обычной манере, не закрывал рот даже тогда, когда пытался пережевывать пищу. Стефан уже не хотел слушать эту болтовню, и не хотел больше продлевать это неловкое присутствие рядом с Анри, поэтому оставил с ним детей за пластиковым столиком в ресторанном дворике, а сам спустился на этаж ниже, и зашел в приглянувшийся ему книжный магазин.
Он хотел посмотреть еще книги, связанные с финансами или управлением. Все, что было в папиной коллекции, Стефан уже перечитал и основную информацию извлек. Современные издания стоили очень дорого, и он мог позволить себе разве что одну книгу в месяц, не больше. Зарплата росла, но вместе с ней росли и запросы детей, и теперь, из-за Анри они были полностью на нем, как и папа, перешедший на неполный рабочий день и получающий совсем незначительную сумму. На папу Стефан не сердился. Тот уже давно предлагал ему забрать с его счета крупную сумму. Эти деньги папа копил почти с самого рождения Стефана, думал они пойдут ему на колледж и, вообще, на уверенное начало взрослой жизни. Папа знал, что большего он ему дать все равно не сможет.
Уже больше месяца Стефан серьезно думал над этим вопросом. Если папа скопил такую сумму, то нужно было поступить с ней с умом. Но вот как, Стефан пока не понимал.
Новые книги в основном повторяли идеи старых. Стефан ничего не собирался покупать, а просто перелистывал страницы, стремясь спрятаться за книжными стойками от надоедливых консультантов.
Адам замечал старые учебники в его руках уже несколько раз. И всегда комментировал это.
— Это уже устарело. — Говорил он. — Двадцать лет назад были совсем другие формы отчетности.
— Ну и что?
— Если ты так хочешь читать, купи что-нибудь поновей. Но полезнее будет, если посмотришь сегодняшние отчеты.
— Это твоя работа.
— Это вклад в твое развитие. Краткое резюме по этим отчетам предоставишь после обеда, а кофе через пять минут в кабинете! — как всегда говорил Адам.
Стефан считал, что он пьет слишком много кофе. Он уже не успевал его варить.
Стефан ничего не купил. Он вернулся за столик лишь через полчаса, когда дети наелись и теперь сонно рассматривали свои новые игрушки. Анри вяло жевал пластиковую трубочку, через которую пил газировку.
— Ты куда пропал? — спросил он.
— Книги смотрел. — Стефан сел на единственный свободный за их столиком стул. — Я вызываю такси.
— Денег много? — недовольно спросил Анри.
— Я не потащусь с двумя детьми и этой коробкой на автобусе.
Анри уехал на метро, а Стефан с засыпающими Коллином и Джейком на такси. Папа, как оказалось, взял подработку со стороны и сидел на кухне с калькулятором и ворохом бумаг, даже не вышел их встречать.
Разрешив детям играть с новыми игрушками хоть до утра, потому что сил на очередные истерики и укладывания в кровать у Стефана не было, он очень долго торчал в душе, а потом помогал папе разобраться в отчетности. Вдвоем они управлялись намного быстрее.
— Ты начал лучше понимать. — Заметил папа, устало снимая очки и растирая глаза. Он поднялся с места и поставил чайник на плиту. — Сделаю чай.
— Я каждый день такое вижу. — Усмехнулся Стефан. — Мне не тяжело.
— Секретарей подпускают к отчетности?
— Да, если начальник ленивый попался. — Стефан отложил бумаги. — Они хотят знать, куда уходят их деньги?
— И найти ошибку в расчетах.
— Все в дебеторке. И деньги там, и в расчетах бардак.
Папа налил им по кружке чая и снова сел на свое место. Он нашел документы по расчетам с клиентами и по дебиторской задолженности и снова застучал пальцем по стертым кнопкам калькулятора. Стефан отодвинул от себя всю отчетность. Ему этого хватало на работе. Все-таки за зарплату секретаря он был не совсем секретарем. Да, Вайзер обеспечил ему надбавку за дополнительную работу, Стефану доплачивали за работу над текущими проектами. Но он все равно оставался секретарем. Варил кофе, вел ежедневник и отвечал на звонки. Спал с начальником.
В последний месяц появлялось чувство неудовлетворенности своим местом в этой офисной иерархии. Стефан опять хотел большего. Он всегда, всю жизнь, хотел большего.
И он не знал, в деньгах ли дело, или в желании иметь больше власти и уважения.
В его комнате становилось шумно. Дети шумели. Точнее, шумел только Джейк, звонкий голос разносил невнятные слова по всей квартире. Стефан знал, что дорогу они сами не соберут, они для этого были еще тупенькие. Хорошо, что мозгов хватало не жрать мелкие детали, хотя все производители уверяли, что такое непременно должно быть у детей младше трех лет.
  
— Ты сможешь дать мне все деньги со счета? — спросил Стефан, когда Джейк замолк. Хорошо, что замолк, а то пришлось бы идти к ним, а Стефан не хотел подниматься до тех пор, пока он не допьет чай.