Бастиано Романо (ЛП)

На самом деле ничего не вышло. Синдикаты Росси и Романо не стали ближе, чем были до брака. До тех пор, пока не появился я, скрепивший семьи чем-то более прочным, чем половинчатые брачные клятвы.
И все же не похоже было, чтобы Росси приехал сюда, чтобы выпить и поиграть в "Никс", но он приехал. Он больше не будет плавать лицом вниз в реке Гудзон за это. Прогресс, я бы сказал.
— Она моя жена. Я люблю ее.
Это было бы убедительным заявлением, если бы Джио не выпил два пальца виски после того, как сказал это. И этот запах секса в воздухе. Тот, кто страдает аносмией, мог бы почувствовать запах киски, прилипшей к его коже.
Я пробормотал проклятие и, наконец, повернулся лицом к отцу.
— Прекрати посылать мафиозных кроликов в мою сторону, Джио. Я лучше буду трахаться с шипованным фонариком.
Джованни "Джио" Романо запугивал людей. Он должен был. Это было в порядке вещей. Никто не разговаривал с капо Романо так. Никогда.
Кроме меня.
Не то чтобы я не любил отца. У нас были проблемы — прошлое, которое я хотел простить, но не мог, — но я любил его. Если бы он и дальше пытался заманить меня в преступный мир, эта любовь иссякла бы. Он думал, что если по счастливой случайности я влюблюсь в мафиозного кролика, то пойду по его стопам в семейном бизнесе.
Этого никогда не случится.
Уже нет.
Для этого потребовалось бы чудо, а я был не из тех, кто способен на такое.
Джио провел рукой по челюсти.
— Мы не чума. Мы — твоя семья.
Я выхватил бутылку из его рук, отказавшись от стакана и отпив прямо из бокала.
— Семья. Не коллеги. Не боссы. Семья. Господи, Джио. Это не конец света, если я не буду работать с тобой. Я здесь счастлив.
Не совсем.
Мне не нужны были деньги. Мое наследство превышало ВВП некоторых стран, а степень MBA в Уортоне давала мне ноу-хау, как приумножить свои инвестиции. Я уволил Льюиса и ушел с работы в Launder, Inc. восемь лет назад. Управление рестораном Ашера было моим занятием, чтобы отвязаться от Джио. Это не было моей страстью. Я вообще не был уверен, что у меня есть страсти, разве что перепихнуться, но и это уже надоело.
Работа здесь позволяла мне немного отстраниться от бизнеса семьи Романо. Формально это не было мафиозным заведением, но, несмотря на то что Ашер ушел из мафии, он был достаточно близок к семье, и Джио на некоторое время оставил меня в покое.
До прошлого месяца.
Примерно в то же время, когда Ашер сделал предложение Люси, Джио снова начал раздувать это дерьмо, подталкивая дочерей влиятельных мужчин Романо в мою сторону. Это нужно было прекратить, как Tila Tequila нужен фильтр.
— Ну, если ты планируешь провести остаток жизни, управляя студентами в баре, — Джио кивнул в сторону бармена, хотя мы оба знали, что на самом деле я управляю рестораном, трижды отмеченным звездами Мишлен, соединенным с баром гипсокартонной перегородкой слева от меня, — ты можешь хотя бы сделать себя полезным.
Я не клюнул на приманку, сосредоточившись на последней половине его фразы.
— Чего ты хочешь?
Он наклонил голову в сторону моего офиса и встал, не потрудившись заплатить за свой напиток или дать чаевые бармену, не то чтобы этот маленький говнюк этого заслуживал. Мы пошли туда, проходя по пути мимо комнаты отдыха, которую делили между собой работники бара и ресторана.
Моя бывшая Дана подмигнула мне изнутри. Я проигнорировал ее и стряхнул ворсинки с лацкана своего костюма. Как только мы вошли в мой кабинет, Джио запер дверь. Плохой знак. Да пошел я. Я был слишком пьян для серьезного разговора.
Обычно я не прибегал к алкоголю, чтобы прогнать своих демонов — даже после того, как Джио предал мое доверие восемь лет назад, — но сегодня у меня не было работы, а у Ашера, с которым я обычно тусовался бы сейчас, была невеста, которая монополизировала большую часть его времени. Не поймите меня неправильно. Я люблю Люси как сестру, но такие моменты напоминают мне о том, насколько я одинок.
Одиночество, за которое ответственен твой отец, — неумолимая часть моего мозга никогда не позволит мне забыть об этом. Одиночество, которое, вероятно, чувствует и Эверетт.
 
Я сглотнул и сел за свой стол, не потрудившись предложить место Джио. Он бы занял его, если бы захотел. Такими уж мы были людьми. Забирающие. Мы отдавали только тогда, когда речь шла о семье, и даже тогда число людей, которые носили фамилию Романо или, как Ашер, Люси и наш нынешний киллер Николайо, проложили себе путь в сердце этой семьи, было невелико.
— Нам нужно поговорить о делах.
— О моих или твоих делах?
Одна из его запонок упала на пол. Он пнул ее под мой стол, снял оставшуюся и выбросил в мусорное ведро, как будто она не стоила месячной арендной платы в Гринвиче.
— Наших.
Перевод: Бизнес Романо.
В переводе на язык: ничего такого, во что мне хотелось бы вникать.
Я сдержал ругательство. Я пришел в L'Oscurità, чтобы уйти от мафиозных дел, а не для того, чтобы Джио при каждом удобном случае бросал мне их в лицо. В любой момент в здании ужинало и обедало не менее дюжины мафиози, но реальный доход L'Oscurità был на сто процентов легальным.
Джио проигнорировал мое раздражение.
— Твой дядя Фрэнки пронюхал, что среди нас завелась крыса.
Я рассмеялся, сдерживая недоверие.
— Без шуток? Ты видел кого-нибудь склонного к суициду в последнее время?
— Это не шутка. Наш человек в бюро подтвердил это.
А наши информаторы из ФБР никогда не ошибались.
— Черт. — Проклятие пронеслось мимо моих губ, и вполне заслуженно. По своей природе семейный бизнес был связан с тонкой экосистемой, и даже малейшие толчки могли его нарушить. — Зачем мне это рассказывать?
Уничтожение крыс входило в юрисдикцию главы семейства Романо. Дядя Винс. Мой любимый дядя. Самый сострадательный Романо. Вот и выходит, что у него будет моя самая нелюбимая работа.
— Винс сузил список до четырех возможных людей. У нас есть хвосты по трем из них, но ты нам нужен по последнему.
Я обвел жестом пустую комнату. Никаких полок. Только стол и стулья.
— У меня есть бизнес, который нужно вести.
— Он здесь. Работает на тебя, Бастиан.
Я знал, что Джио не имел в виду оскорбление, но все равно воспринял его как оскорбление.
— Ты хочешь сказать, что я нанял крысу? — Каждый сотрудник здесь проходил тщательную проверку. Я затаил обиду на Джио, но никогда не стал бы вымещать ее на Ашере и остальных членах моей семьи или рисковать их жизнями.
Но ты же сам нанял этого некомпетентного бармена, — напомнил мне придурок.
Ты даже не помнишь, как его зовут, — согласился я.
От меня не ускользнуло осуждение в глазах Джио. Они переключились на монитор системы безопасности передо мной.
— Я говорю тебе, чтобы ты был чертовски уверен, что твой дом чист. Пока она не начала заражать мой.
Я провел усталой рукой по лицу. С тех пор как он расплатился с Эльзой, Джио искал способ изменить наши отношения. Он никогда раньше не проводил такую черту между мной и семьей. Он был настроен серьезно, и это заставляло меня быть более бдительным, чем мне хотелось бы, находясь навеселе.
Крыса никому не нужна. Крыса в L'Oscurità — еще хуже. Это означало, что все, на кого мне было наплевать, — Ашер, Люси, Николайо, Джио, Эверетт и остальные члены моей семьи — находятся под угрозой. Я бы позаботился о крысе, если бы меня не попросили. Когда люди трахались с тем, что принадлежало мне, я оставлял их без члена. Все просто.
— Хорошо. Я позабочусь об этом. — Я вытащил телефон из кармана и разблокировал экран, отстранив Джио.
Он кивнул.
— Увидимся, сынок. — Его шаги остановились в нескольких футах от двери. — Видел в последнее время дочку старика Тони? У нее сиськи до пят. — Он вытянул руки на расстоянии фута от груди.
Я не обратил на него внимания, сказав:
— Будь добр, отвали, Джио.
Он смеялся всю дорогу до двери, и когда ручка захлопнулась, я испустил долгий выдох. Забота о семье — вот как меня всегда втягивали в мафиозную жизнь. Какое-то время мне удавалось просто руководить L'Oscurità, но все признаки указывали на то, что моя отсрочка подходит к нежелательному концу.