Босиком в саду камней 3
Вспоминаю Ю Сю и прошу для нее милосердия. Пусть она переродится в принцессу! Или в прекрасный цветок, которым все будут любоваться, и наслаждаться его ароматом.
Не забываю и про Лин Вана. Пусть мой князь меня простит! Я все для этого сделаю!
Ну, и император, как без него? Избавь его, о великая и справедливая Гуаньинь от пагубной страсти! От зависимости и морока! Верни ему светлый ум и уйми тоску его сердца!
В общем, увлеклась. Не знаю, просветлилась или нет, но легче мне стало. Очнулась я почти в полной темноте. Лишь единственная свечка теплилась перед алтарем. Мне показалось, что по лицу Гуаньинь потекла слеза. Меня, похоже, услышали!
Торопливо поправляю фитили в чугунных подстаканниках, чтобы богиня не почувствовала себя брошенной, когда я уйду. В один сую аж пачку свечек, хвала Конфуцию, нашлись тут! Не целиком, а огрызки, но мне лишь бы до моих покоев добраться. Главным образом, не свалиться в пруд.
Бреду, подняв повыше чугунную кружку, и улыбаюсь. Все будет хорошо. Гуаньинь поплачет над моей бедой и поможет.
– Госпожа! – кидаются ко мне две придворных дамы и один солдат, командир маленького отряда, который полез со мной в горы. – Где вы были?!
– Молилась, – сурово говорю я. – Ну а вы? Поесть раздобыли?
Толку от знатных дам мало, когда они покидают свою золотую клетку и сталкиваются лицом к лицу с реальностью. Ужин скудный, но я не жалуюсь. Монастырь ведь! Не грех и попоститься. Сплю крепко и с улыбкой на лице.
А утром мне предлагают осмотреть старинный Храм. Вот что за натура?! Все мои мысли лежат в той самой Восточной части, куда мне заходить категорически не рекомендовали!
Подтягивается моя остальная свита, которая заночевала в горах. Хвала Конфуцию нашему мудрому, все живы! Но мне теперь надо бы дать людям отдых. Я ведь планировала вернуться в Пекин уже сегодня. Но придется задержаться еще на одну ночь.
Пока леди из моей свиты радуются воссоединению и обмениваются впечатлениями, я потихоньку отстаю. И тайком иду… Куда бы вы думали? Конечно! В запретную для меня часть буддийского Храма. Интересно, что там прячут? Или… кого?
Аккуратно раздвигаю кусты. И невольно испытываю разочарование. Это всего лишь тренировка. Монахов натаскивают на восточные единоборства. Совершенствуют их мастерство. Картинка в стиле сериала про Шаолинь. Ровные ряды крепких, как дубы наголо обритых мужиков в оранжевых балахонах, монотонная работа. Монахи раз за разом повторяют одни и те же движения.
Другая часть также монотонно выполняет физические упражнения, что-то типа зарядки. Казарма, короче. Я вижу маленькую армию, которая похожа на боевую машину. Вооружены бойцы не шестами, а почему-то алебардами. Но еще больше впечатляет.
Это никакое не зрелище, как тот показательный бой, который устроил для меня когда-то генерал Лин Ван. Чтобы продемонстрировать мужскую доблесть и покорить мое сердце. Или огненное шоу принца Ран Мина, мощная атака на мою чувственность. Это просто…
Стоп!
Мое сердце на мгновение замирает, а потом пускается галопом. Я вот-вот возьму барьер! Мои эмоции на взлете! Потому что Учитель роботов-монахов, это принц Ран Мин!
Он жив! А что меня удивляет? Его тело так и не нашли. Он исчез, сгинул. И вот теперь я нахожу его в старейшем буддийском монастыре!
Так вот почему я улыбалась во сне! Я ведь его вчера узнала! Ну, почти. И он меня узнал. Но вместо того, чтобы подойти и что-нибудь съязвить, Мин просто ушел. Молча.
А, может, у него с памятью того? Амнезия. Да не похоже. Все он помнит, включая технику восточных единоборств. Вон как алебардой машет! Вдохновенно!
Ну, спасибо тебе, Гуаньинь! Значит, так ты решила. И что мне теперь делать? Бежать? Или подойти к нему? Не сейчас, конечно, на глазах у его подопечных, которые, возможно и не догадываются, что перед ними – принц правящей династии.
О, Боги! Христос всемогущий, заступник наш! Святая Гуаньинь! Будда всевидящий! Ну кто-нибудь из вас меня слышит?!
Мин – монах!!!
Его голова обрита, и похожа на бильярдный шар. Хотя, что я несу? У принца прекрасной формы череп, Ран Мину все идет, даже полное отсутствие волос. Но балахон! Оранжевый! Это означает, что принц принял постриг!
Мне хочется рыдать и смеяться одновременно. Это сколько же грехов ему придется замаливать?! Нет, у него точно часть памяти отшибло! Не всю, раз меня он помнит. А прочие свои «подвиги»?
У меня мало времени, чтобы принять решение. До вечера. Рано утром мы выдвигаемся в столицу. Я могу встретиться с Мином лишь под покровом ночи. Втайне ото всех. И то если смогу его отыскать в этом огромном монастыре.
А, может, мне просто уйти? Молча. Как и он вчера ушел. И сделать вид, что мы незнакомы.
Я в смятении.
Но вдруг меня как током ударяет! Нет, не случайно именно сюда меня занесло! В этот древний храм! Потому что принц Ран Мин – идеальный регент!
Достаточно знатен, с этой стороны не будет возражений. Он племянник императора, причем, сын его старшего брата. Самого родовитого дворянина империи. Да он теперь покойник, но род-то не угас!
Боевые качества? Мин по-прежнему в прекрасной форме, это я вижу, не слепая. Армию вполне сможет возглавить, случись гражданская война.
Но кроме того принц Ран Мин умен и хитер. Искусный дипломат. Выдающийся политик. Жестокости ему тоже не занимать.
Но он – монах!!!
А разве я не упоминала, что буддийские обеты обратимы? Но если сам Ран Мин не захочет их обратить? То есть, отменить.
Мне определенно надо с ним поговорить! Эти монахи когда-нибудь угомонятся? Есть же у них обеденный перерыв! Сколько я еще должна торчать в кустах?! Меня, небось, уже ищут.
Но поскольку это храмовый комплекс, да еще огромный, как я не раз упоминала, то поиски могут затянуться. А кричать здесь не положено. Поэтому я запасаюсь терпением и жду удобного момента.
И он, это момент наступает. Ран Мин делает знак: стоп! И монахи дружно опускают алебарды. Потом садятся прямо на землю и начинают медитировать. Духовные практики после телесных изнуряющих испытаний, это нормально. Сама когда-то йогой занималась. Сначала выжмут, как половую тряпку, а потом – в позу трупа. Шавасана называется.
А принц тем временем направляется в мою сторону. Вот повезло! Что он обедает в другом месте, и я могу его бывшее злодейство перехватить. Похоже, Ран Мин больше никого не пытает и не казнит. Наставником в буддийском монастыре подвизается. Видать, Лин Ван его высочество крепко приложил! Аннулировал карму принца одним ударом! И бывший главный палач империи встал на путь покаяния и просветления. Идет к нирване полным ходом!
Невольно поправляю прическу и облизываю пересохшие губы. Готовясь пропеть:
– Какая встреча! Мин, ты красавчик, несмотря на полную потерю волос!
И вдруг слышу:
– Стой там, Мэй Ли. Тебя никто не звал. Я уже давно за тобой наблюдаю. Но поскольку ты уходить не собираешься, мне пришлось остановить тренировочный бой. И подойти самому. Тебе разве не сказали, что женщинам здесь делать нечего?
Я испытываю глубокое разочарование. Выходит, он давно меня заметил, но решил сделать вид, что мы незнакомы. Со вздохом говорю через кусты:
– А поздороваться не хочешь?
– Я еще вчера дал понять, что говорить с тобой не собираюсь.
– Но ведь говоришь!
– Уходи! Это все! Больше ни слова!
И этот туда же!
Люди добрые, что с мужиками-то делается?! Один торчит безвылазно на Стене, строителя из себя изображает, другой утонул в беспросветной печали, залив глаза и разум дурью, третий заперся в монастыре! Постриг принял! А империя гибнет! Вот-вот, и ее разворуют беспринципные алчные Гао! Пока еще вырастет Третий принц! И каким он вырастет под влиянием регента-дяди?
Даже если у мальчика есть задатки, чтобы стать дельным правителем, на него будут давить и всячески оттирать от реальной власти.
Я беру себя в руки. Этого нельзя допустить. Ну, хоть одного настоящего мужчину я могу привести в чувство?! И вернуть к жизни. Не будь я настоящая женщина! Ну, держись, принц Ран Мин!