За твоей улыбкой (СИ)

- Спасибо. Кушай-кушай, - сказал он, достав мне вторую вилку, а сам стоя буквально закинул в себя яйцо. – Жидкий желток. Как в детстве. Обалдеть! – смаковал он, запивая кофе. – Спасибо, - отерев руки и уголки губ салфеткой, Максим залпом допил кофе.
- На здоровье.
- Теперь ты, - он требовательно посмотрел сначала на меня, потом на оставшееся яйцо.
- Я не умею так быстро есть, как ты.
- Как умеешь. Пока не съешь, я буду стоять над тобой.
Нехотя, я съела это яйцо. Конечно, не так быстро, как это сделал Максим, но тоже стоя.
- Молодец. Если захочешь что-нибудь поесть, позвони мне, я закажу доставку. Хотя… продукты я, в любом случае, закажу. Потому что в холодильнике ничего нет.
- Езжай уже, - вздохнула я, но лёгкая улыбка коснулась уголков моих губ. – И спасибо, что забрал меня к себе. Мне, правда, стало легче.
- Только не убегай, хорошо?
- Хорошо.
  
Глава 23. Маша
 
Глава 23. Маша
Стоило только подумать о маме, как я сразу начинала плакать. Слёзы мгновенно наворачивались на глаза и делали лицо мокрым. Нужна была всего одна секунда, всего один кадр из памяти, связанный с мамой, чтобы я вновь потеряла шаткое равновесие.
В день похорон я не узнала маму. Не поверила, что там лежит она. Сама на себя не похожа, совсем не то лицо. Только одежда её и платок на голове.
Я не помню, кто был рядом со мной. Вереница безликих людей, большую часть которых я не знала и никогда ранее не видела. Из знакомых только Ася, тётя Галя и папа, который пытался робко приобнять меня за плечи, но с такой же отдачей, которую он получал от меня, он мог обнять любой из памятников на кладбище. В общем-то, остальные тоже. 
Я не реагировала ни на кого. Делала только то, что делают другие, видимо, потому что понимала, что они знают, что делают: поцеловать лоб, коснуться ног, бросить горсть земли, положить цветы…
Единственное, что я не приняла и не поняла – застолье. Почти банкет.
Похоронив маму, они просто сели есть и трепаться на повседневные темы, пытаясь и меня втянуть в этот разговор. И пили. Подходили, дышали мне в лицо, выражая что-то похожее на соболезнования и надежду на то, что я скоро выйду замуж. Пихали мне в руку стопку с водкой и искренно не понимали, почему я не поддерживаю сюр, заключающийся в том, что похороны стали походить на празднование чьего-то дня рождения. 
Я ушла. Ася со мной. Но кажется, эта вонь от незнакомых пьяных людей до сих стояла в моём носу.
Пришлось вновь отереть слёзы и пообещать себе, что я вот-вот возьму себя в руки. Сидеть на кухонном окне и приступами проливать слёзы – не лучший способ занять два часа жизни.
Мой телефон, лежащий на кухонном столе, издал протяжную вибрацию. Спрыгнув с подоконника, я подошла к столу, взяла телефон и ответила на звонок. Звонила Ася.
- Если ты сейчас же не откроешь дверь, я вызову полицию, пожарных и МЧС! – почти кричала на меня подруга. – Какого чёрта в твоей квартире нет ни единого звука? Я уже двадцать минут барабаню в дверь.
- Прости, - я виновато зажмурила глаза, понимая, что забыла Асе написать о том, что со вчерашнего вечера нахожусь не дома. – Я у Максима.
- У Максима? Как? Почему у него?
- Он приехал, забрал. Сказал, если не открою, выломает дверь.
- Слава Богу! – выдохнула подруга с облегчением. – Хоть у кого-то получилось вытащить тебя из норы, - после похорон я закрылась в квартире, не желая никого видеть. К сожалению, Асе тоже досталось. Я понимала, что она хотела меня поддержать, но вместе с тем я понимала, насколько ей это тяжело. Мне кажется, она плакала ничуть не меньше меня. Стоило мне начать плакать, как она тоже подключалась, но при этом старалась утешить меня. Поэтому я не придумала ничего лучше, кроме как оградить её от меня закрытой дверью квартиры, чтобы хотя бы ей не было так тяжело, как мне. – Сейчас-то к тебе в гости можно?
С секунду подумав, я ответила:
- Можно.
- День становится всё лучше и лучше, - произнесла Ася, а я услышала фоном её шаги по лестнице подъезда. - Адрес ты же мне скинешь?
  
- Ты сейчас хочешь приехать?
- Нет, блин. Через год. Конечно, сейчас! У меня подруга не пойми где спряталась, а она спрашивает, когда я хочу её увидеть! - ворчала Ася, как старая приподъездная бабка.
- Ладно. Сейчас пришлю тебе смс. Только мне придётся выйти из дома, чтобы узнать его номер. И квартиры тоже.
- Только потом сразу обратно в квартиру к тому красавчику. Мне, по-любому, влетит, если ты опять где-нибудь потеряешься. 
- От кого?
- От Максима твоего! Знаешь, какой он властный? Это он только при тебе, похоже, душка. А мне он недвусмысленно даёт понять, что он взрослый дядька, а я сопля неразумная.
- Он не такой, - поморщилась я.
- Конечно, он при девушке, которая ему нравится, не такой.
- Я ему не нравлюсь. Он просто… просто хороший человек.
- И что? Ты не можешь нравится хорошему человеку? – фыркнула подруга. – Ладно, выходи на улицу и присылай мне адрес, чтобы я знала, на какую остановку мне идти. 
- Сейчас выйду.
  
Глава 23.1
 
Глава 23.1
Я надела куртку и ботинки. Намотала на шею шарф и не поленилась надеть шапку.
В прихожей в тумбочке нашла ключи от квартиры Максима.
Открыла дверь и сразу наткнулась на курьера, который привёз четыре пакета продуктов для Гордеева Максима. Фамилию его я не знала, но то, что Максим говорил утром о доставке, помнила.
Пришлось снять ботинки, пронести пакеты в кухню и разложить продукты по полочкам. Много сладкого, йогурты, мясо, крупы, овощи. В принципе, дней десять в магазины можно не заглядывать.
Снова надев ботинки, я спустилась на улицу и скинула Асе адрес моего временного обитания.
И, наверное, я давно не дышала свежим воздухом, ибо возвращаться в квартиру пока не хотелось. Вдохнув полной грудью прохладный ноябрьский воздух, я на несколько секунд прикрыла глаза, словно пытаясь прийти в себя. В голове стало пусто. И, наверное, за последние пять дней это самое приятное, что со мной случалось.
Открыв глаза, я увидела вдалеке пустую детскую площадку и приняла решение посидеть немного на качелях, пока не приедет Ася.
Отряхнув сиденье от тонкого слоя снега, я села и вяло оттолкнулась от земли, слегка покачиваясь на качелях. Спрятала руки в карманы и осталась сидеть, глядя прямо перед собой на разноцветный рай для детишек. Горки теперь напоминали целые замки. Пластиковые и безопасные. В моём детстве были металлические горки, на одной из которых в возрасте семи лет я порвала новые штаны. И в тот же день я научилась шить, когда мама посадила меня со швейным набором в своё кресло и вместе с тем поставила перед выбором: пришить заплатку или постоять в углу.
Это было самое ужасное, что я сшила в своей жизни - желтый клочок неровно отрезанной ткани на красные штаны. А на следующий день я оторвала эту заплату на той же горке. Выводов не сделала, но шить с тех пор научилась.
И качели… Когда я была подростком, лет двенадцать-тринадцать, у нас во дворе, зажатая между двумя пятиэтажками стояла детская площадка, на которой всё было металлическое. Видимо, раньше дети были крепче, нежели сейчас. Сейчас у них всё пластиковое, местами деревянное, и имеется резиновое покрытие под ногами. В моё время, когда мы жили в другом городе, детские площадки были металлическими, краска с них давно сползла, а из деревянного там была только доска для качелей, на которую нужно было садиться по краям. О покрытии под ногами там даже речи и не было. Я до сих пор помню яму под качелями, протёртую детскими ногами, камни, на которые больно падали коленками, и подорожники, которые сразу прикладывали к раненным коленкам – проткнуть ногтем, плюнуть и приклеить. И не дай Бог мама узнает, что я что-то себе повредила, сразу запретит выходить на улицу. Поэтому, даже если твою ногу проткнуло гвоздем, ты лечишься подорожником и гуляешь дальше.