Убивать чтобы жить 7 (СИ)

Благодаря помощи Кидраса, удалось минимизировать затраты пыли на каждую отдельную деталь. Единственной проблемой была необходимость постоянного контроля производственного процесса со стороны кристалла. Сложностей возникала масса и каждая требовала дополнительного согласования. Самым простым вариантом было расширить уровень допуска Кидраса, чтобы он перестал дергать Идеалов каждые десять минут, но Гефест на это пойти не мог.
Потому что третью ошибку он себе уже не простит. Дело было даже не в том, как на это отреагирует Ахилл. Для генерала всегда на первом месте оставалось личное восприятие окружающего мира. Слава был отличным лидером, за которым можно было пойти хоть на край света, хоть в пасть к Лирдагам. Но глава корпуса Идеалов даже близко не мог так изнасиловать мозг Гефесту, как это делал он сам.
Главной ценностью генерала был профессионализм в выбранной сфере. Никто и никогда не мог превзойти его. Любую свою ошибку Юра воспринимал, как вызов. Любой провал — как личную катастрофу. И в последнее время эти катастрофы случались слишком уж часто. Когда-то, ещё в первые годы после модификации, Юра пообещал себе, что никогда не станет причиной гибели человечества. Сейчас он был как никогда близок к тому, чтобы нарушить данное слово. И сам это понимал.
— Что там у тебя? — неохотно отвлекаясь от работы, проворчал генерал. — Мы же уже согласовали последние изменения? Там на сутки работы.
— Это не имеет отношения к текущим задачам, друг Гефест, — ответил Кидрас. — Скорее, вклад в будущее. Я руководствуюсь изначальным планом друга Ахилла. Он подразумевает мою полную интеграцию в вашу Систему.
— Ты хочешь взять на себя управляющие функции? — изучив предложенные изменения, прямо спросил Юра. В последнее время кристалл практически перестал скрывать своё стремление занять доминирующее положение в человеческой Системе. Каждый раз причины его требований были разными, но все они сводились к одному и тому же. — Мы это уже обсуждали. Если наша Система получит полноценный физический носитель, то её можно будет уничтожить. Пока она распределена — мы можем восстановить её в любой точке пространства.
— Эффективность управления энергией увеличится на триста процентов, друг Гефест, — возразил Кидрас. — Скорость отклика вырастет почти вдвое. Я понимаю твои опасения, но представители моей колонии работают в два раза лучше остальных представителей вашей расы. И энергии они вырабатывают больше. Если у меня будет возможность работать со всем вашим видом, то победа над врагом станет вероятнее на сорок шесть процентов. Это существенная величина при противостоянии двух разных видов.
— Это не входит в первоначальный план Ахилла, друг Кидрас, — усмехнулся Гефест. — Я проверил модель Левиафана не один раз. Твоя зона ответственности ограничена этим судном. На данный момент, я считаю подобную компоновку оптимальной.
— Я помог восстановить работу всей вашей сети в этом секторе и уверен, что подключение всех активных пользователей через меня существенно улучшит положение на всех планетах вашего вида, — невозмутимо ответил разумный кристалл. — Есть масса моментов, которые не позволяют вам работать на общее благо более эффективно. Их можно исправить без серьезного вмешательства в мышление отдельных представителей.
— У людей такое не принято, — жестко ответил Гефест. — Мы не вычищаем мозги своим сородичам ради общего блага и не используем рабский труд. Ни представителей человечества, ни других видов.
— Это ложь, друг Гефест, — внезапно произнес Кидрас. — Я проанализировал всю доступную историю вашего вида. У вас не принято рабство в традиционном его виде, но есть много других. Если тебя смущает формулировка, то я могу её заменить. Экономические ограничения, добровольное сотрудничество ради успеха потомства, вынужденное пребывание на плохо освоенных территориях вашего вида. Продолжать можно долго.
— Эти меры не ограничивают мышление человека, — покачал головой Гефест. Это был уже не первый подобный разговор, но с каждым разом кристалл заходил всё дальше и дальше. Сдерживать свой гнев генералу становилось с каждым разом труднее, но он держался. Ахилл приказал дождаться его возвращения и Юра был намерен выполнить этот приказ любой ценой. — Личная свобода не страдает. Условия человеческого общества были и остаются такими, что каждый может свободно развиваться. Это касается каждого представителя нашего вида.
 
— Внутри вашего вида много противоречий и конфликтов, — произнес разумный кристалл. — Они пронизывают всю вашу историю и ведут к самоуничтожению расы. Это ваш путь, который позволяет вам исследовать вселенную. Как представитель иного вида, я не имею права вмешиваться в ваши внутренние дела. Но я не могу допустить, чтобы ваш вид нёс угрозу другим. В том числе моему.
— Ты мне угрожаешь? — потрясенно взревел Гефест. — Ты угрожаешь мне, после того, как с нашей помощью обрел полноценный разум⁈ Ты находишься здесь только потому, что Ахилл увидел в тебе ценность. Какую угрозу мы можем нести твоему виду, если ты вообще один в Галактике?
— Это не так, — невозмутимо возразил Кидрас. — Мой вид исследует этот мир гораздо дольше твоего. И процветание человечества во многом связано с болью и страданиями моего вида. Только благодаря нам, вы смогли так широко распространиться по Галактике. Только благодаря тому, что ваш вид использовал рабский труд моих сородичей, вы сумели добиться процветания.
— Что за бред? — покачал головой Гефест. — У Идеалов всегда был полный доступ ко всем технологиям нашей расы. Нигде и никогда я не встречал упоминаний о том, что кто-то находил подобные тебе кристаллы. У меня масса работы, Кидрас. И у тебя тоже. Мы можем вернуться к этому разговору позже. Когда вернется Ахилл. Если ты сможешь найти какие-то аргументы в пользу своей теории, то мы будем рады их выслушать.
— Мне не нужно искать аргументы, друг Гефест, — внезапно ответил кристалл. — Они вокруг нас. Сам принцип отбора энергии внутри вашей сети построен по принципу циркуляции силы в физических носителях моего вида. Части моих сородичей находятся в ядре станций, которые обеспечивают работу вашей сети. Они также есть в важнейших узлах вашей системы и в вас самих. Я не хочу противостояния с вашей расой. Друг Ахилл позволил мне помочь вам в борьбе с нашим общим врагом и я готов это сделать. Только предлагаю вариант, чтобы помощь была максимально эффективной.
— Я услышал твой вариант, — почти спокойно ответил Юра. Слова кристалла зацепили генерала за живое. Как любой изобретатель, Гефест очень серьезно подходил к вопросам окружающего его мира. Человеческая Система была одним из тех аспектов, которые невозможно было разобрать на части. Она просто была и этого было достаточно. По какому принципу работает отбор энергии Юра не знал, но верить на слово разумному булыжнику он не собирался. Двух ошибок было вполне достаточно, чтобы прислушаться к голосу разума и оставить решение этого вопроса Славе, как он и приказал. — И дал свой ответ. Мы вернемся к обсуждению этого вопроса, когда вернется Ахилл. В любом случае, изменить твой уровень доступа может только он, как единственный обладатель допуска первого ранга.
— Тогда позволь мне задать вопрос, — прозвучал в помещении голос Кидраса. — Ты думал о том, почему тебе так комфортно на этой станции? Почему ты чувствуешь эмоциональный подъем каждый раз, когда проходишь мимо ядра этого ретранслятора?
— Потому что эта станция — символ победы и возрождения человечества, — без колебаний ответил Гефест. — И потому что я сам приложил руку к разработке подобных станций по всей Галактике. Такой ответ тебя устраивает?
— Вполне, — ответил Кидрас. — Спасибо за откровенность, друг Гефест. Как ты и сказал, мне лучше поднять этот вопрос, когда вернется друг Ахилл. Возможно, он знает о происхождении величия вашей расы больше тебя.
Навязчивый голос разумного кристалла наконец исчез и Юра вернулся к работе. Минут десять мерно бухал молот. Очередная заготовка меняла форму под действием энергоматриц. Генерал работал над блоком распределения энергии одной из частей Левиафана. Пришлось существенно увеличить количество кидриума в изначальной заготовке, чтобы блок мог справиться с необходимыми нагрузками.