Письма от другой (СИ)
В чью я комнату тайком
Желаю заглянуть…
— О боже, Мирон! Это что, "Король и Шут"?!
— Даааа, — протянул довольный Мирон. — Правда, супер, да?
— Да уж…
Ну, Наталья Юрьевна! Сколько сюрпризов в этой особе?! Не ожидал Даниил от неё такого репертуара, но ему почему-то стало весело и смешно.
— Мирон, если я сам не беру гитару, это не значит, что и вам нельзя. Берите, конечно, но только с Натальей Юрьевной и аккуратно, как ты сказал. Пусть она тебя немного научит играть.
— Да, она учит.
— Только не "Куклу колдуна", хорошо, сын? "Журавля" хоть.
— Ну почемууууу, папа?
Даниил не выдержал, и всё же расхохотался.
…Зинаида Дмитриевна долго разглядывала Наташу, цокала языком, а потом вдруг обняла, потрясла за плечи:
— Молодец, молодец! Вот совсем же другое дело! Как думаешь, а я уже стара для таких фокусов? Вот бы мой Петя удивился!
— Что вы говорите такое, Зинаида Дмитриевна! Ничего вы не "стара"! Я вам дам адреса потом.
Они услышали шаги и замолчали. Зинаида Дмитриевна доваривала кашу, а Наташа взбивала блендером творог с ягодами для Мирона. Сегодня его разбудили рано, у них с утра бассейн.
В кухню вошли Даниил Александрович и Мирон. Сейчас позавтракают, и все по делам. Наташа успела с утра отправить письмо в издательство. Главный редактор должен уже выйти из отпуска.
Они уже сидели за столом, когда Наташа подошла и подала творог Мирону. Рука Даниила Александровича, в которой он держал ложку, замерла на полпути. Он почему-то вспыхнул и заморгал.
— Вааааау! — воскликнул непосредственный Мирон. — Наташа Юрьевна! Ты стала ещё красивее!
"Куда ещё-то?" — с иронией подумала Наташа. Интересно, Мирон правда считал её красивой, или он уже с детства знает, что нужно женщине сказать?
— Спасибо, Мирон, — невозмутимо сказала она. Даниил Александрович вернулся к каше, но всё ещё пребывал в оторопи. Если так будет продолжаться, ему скоро самому придется идти к старому психотерапевту.
То этот загадочный роман, то Наталья Юрьевна с сюрпризами каждый день!
— Теперь тебе надо юбку, Наташа Юрьевна, — как ни в чём не бывало продолжал Мирон. — Такую пышную, длинную.
— Мирон, — предостерегающе проговорил Даниил, к которому вернулся голос. — Скромнее, хорошо?
— Хорошо, папа, — Мирон не расстроился, продолжал улыбаться, хитро глядя на Наташу.
Не успел Даниил отойти от утреннего стресса, от Натальи Юрьевны, поразившей его воображение, как Зинаида Дмитриевна вечером подлила масла в огонь. Он знал, что она любит поговорить, и не останавливал её, иногда просто "отключался", думал о своём.
Мирон с Натальей Юрьевной были на рисовании, Даниил вернулся с работы и ужинал.
— Видимо, кавалера завела наша Наташа, — загадочно проговорила Зинаида Дмитриевна.
Да что же это? Ему дадут сегодня поесть спокойно?
— Кавалера?
— Ну да. Похорошела вон как! И завтра днём попросила меня посидеть с Мироном, она пойдёт куда-то на пару часов. На свидание, наверно уж. Хотя не сознаётся, говорит, деловая встреча. А какие у неё дела? Её дела все здесь!
"Свидание днём на пару часов?! Женатого нашла?".
Почему-то Даниил никогда не задумывался о том, что в жизни Натальи Юрьевны может появиться мужчина. И он отнимет её у них с Мироном? Лучше уж пусть женатый! Он не отнимет… Зачем она стала такой красивой? Лучше бы оставалась прежней…
Даниил не доел свой ужин, и весь не в духе ушёл к себе.
Одно радует: прибывший из отпуска загорелый и белозубый Палыч сообщил, что Нэт Уайт объявилась, и даже ответила. И завтра Палыч встречается с ней за ланчем в неформальной обстановке.
…- Ну как, Палыч?
— Данила, она офигенная!
— Офигенная? Как изысканно, Палыч!
— Завтра она будет здесь в одиннадцать! Сам увидишь! Она такая… воздушная, лёгкая, хрупкая! И в то же время, в ней чувствуется очень твёрдый стержень! В ресторане отказалась встречаться, согласилась только в кофейне. Рассуждает здраво, голос — просто музыка…
— Паааалыч! Тебя опять заносит! Как тебя жена терпит?!
— Посмотрим, что завтра запоёшь, Данила! Кстати, она свободна, я подозреваю. Присмотрись.
— Отстань, Ханума ты наша! Не надо меня сватать.
Наташа вернулась домой со встречи. Сергей Павлович производил хорошее впечатление, всё ей разъяснил. Но завтра ещё предстоит встреча с владельцем и директором издательства.
Наташа подгадала так, чтобы поехать в издательство, пока Мирон на музыке. Он там будет полтора часа, она успеет. Клавдия Игнатьевна преподавала музыку ещё Даниилу Александровичу, и Мирона оставляли у неё на время занятия, доверяли. А издательство как раз недалеко от её дома.
…Даниил сидел у себя в кабинете и напряжённо ждал. Наконец-то он увидит эту загадочную Нэт Уайт! Настал момент истины!
— Сюда, Наташенька, — донёсся бодрый голос Палыча. — Проходите.
Двери распахнулись, Даниил поднялся навстречу, и они оба застыли, глядя друг на друга. Один Палыч, рука которого лежала на плече Натальи Юрьевны, был чертовски бодр и весел.
Глава пятая
Наташа пришла в себя первой. Подошла, подала руку для пожатия, сказала какую-то дежурную фразу.
"Почему, ну почему я такая святая простота? Не могла за всё это время зайти на сайт издательства, посмотреть информацию более подробно?!".
Но ведь она даже предположить не могла ничего подобного.
— Мы присядем, Даниил Александрович? — спросил Палыч, чтобы вернуть к жизни начальника, по какой-то причине впавшего в ступор. Автор, конечно, очень хороша, но не до такой же степени!
— Да-да, конечно! — и Даниил сам тоже опустился в кресло. Снял очки, потёр глаза. В надежде, что "Наташенька" исчезнет, и всё это окажется лишь дурным сном.
Нет, она по-прежнему сидела напротив, протягивая ему паспорт. Он взял, сделал вид, что посмотрел, покивал. Подумал. Палыч удивлённо смотрел на него. Это, наконец, заставило Даниила встряхнуться.
— Это ваш первый писательский опыт, Наталья Юрьевна? — откашлявшись, спросил он.
— Да. Я обдумывала роман больше года, потом работала над ним восемь месяцев.
— Какое у вас образование?
Она достала из сумки и протянула ему диплом. Он внимательно изучил. У Леры был точно такой диплом, этого же института, этого же факультета, этого же года выпуска. Только синий. У Натальи Юрьевны красный. Филолог.
Итак, его догадка подтвердилась. Наталья Юрьевна была третьей в их компании, оставаясь за кадром.
— Работаете по профессии? — он поднял бровь. Спокойствие давалось ему очень тяжело. Больше всего ему сейчас хотелось заорать и что-нибудь разбить.
— Нет, никогда не работала. Вот трудовая книжка, ознакомьтесь.
— А сейчас чем занимаетесь? Работаете?
— Да. Няней. Мой воспитанник сейчас на уроке музыки, поэтому я ограниченна во времени.
— Что ж, мы войдём в ваше положение. Договор можете взять домой, изучите, подпишете оба экземпляра, и завезёте Сергею Павловичу.
Палыч закивал. Наконец разговор стал похож на деловой.
Даниил протянул Наталье Юрьевне файл с договором.
— Ещё такой вопрос, Наталья Юрьевна! Сюжет. Это какая-то история из личного опыта? Очень правдоподобно всё описано, события, чувства героев.
— Нет, сюжет полностью вымышлен, от и до, — не моргнув глазом солгала она, и Даниил почувствовал приступ отчаяния.
— Понятно. Надо же. Ну что же, не смею задерживать, — Даниил поднялся. — Подписанный договор мы ждём в течение трёх дней. И вы не должны больше ни с каким издательством заключать договор, иначе предусмотрена неустойка.
— Да, я поняла. До свидания!
— Наташенька, я провожу, — Палыч резво встал, и они вышли. Даниил в изнеможении опустился в кресло, снял очки, бросил на стол, закрыл глаза.
— Нууу! Что я говорил! — радостный Палыч вернулся в его кабинет. — Вижу, ты пропал, Данила!
— Не то слово. Палыч, не забывай, что ты женат. Не надо морочить голову девушке, — ему было неприятно, что Палыч увивается так вокруг Натальи Юрьевны, хватает её за плечи, называет "Наташенька".